Охотники Гора - Джон Норман

Я невольно усмехнулся. Возможно, во мне просто говорило дерзкое честолюбие. Чем больше рабов захвачено меньшим количеством воинов, тем выше значимость операции. Это свидетельствует о храбрости и тактическом мастерстве рабовладельца. То, что лесных разбойниц захватила всего лишь горстка мужчин, доставит мне громадное удовольствие и навеки опозорит память банды Вьерны. Может, они и пантеры, как сами себя называют, но при этом всего лишь женщины. Мы легко с ними справимся.

Мы взвесили различные тактические приемы захвата лагеря. Один из самых простых и безопасных отклонили сразу из-за колоссальных затрат времени, которые он предполагал. Способ заключался в осаде лагеря, и от нас в этом случае требовалось только сидеть и дожидаться, пока женщины, отрезанные от пищи и воды, окончательно не ослабеют, не потеряют надежду вырваться на свободу и не сложат оружие. Второй, довольно схожий с первым, но требующий значительно меньше времени способ заключался в поджоге лагеря разбойниц. При этом подразумевалось, что огонь вынудит осажденных покинуть жилища и искать спасения в лесу, где справиться с ними поодиночке не составит никакого труда. Этот способ, однако, сопряжен с определенным риском, поскольку пантеры оставят лагерь с оружием в руках, а паника сделает их действия непредсказуемыми. К тому же в общей суматохе многим потенциальным пленницам удастся бежать. К этому способу, правда, существует несколько дополнений, не совсем понятных для склада ума землянина, но на жителя Гора действующих безотказно и заключающихся, например, в поджоге окружающего лагерь участка леса, что действует на горианина ошеломляющим и парализующим образом. При этом сами нападающие испытывают ужас ничуть не меньший, чем осажденные. И дело здесь не только в ощущении подступающей со всех сторон опасности, но и в осознании величайшей катастрофы, постигшей лес, бывший до этого их домом, их убежищем, их другом. Гориане любят природу своей планеты, она — дитя, частица этого мира, и ее беды воспринимаются как свои собственные. Гориане могут часами наблюдать за движением облаков или кружащимися снежинками, а показавшаяся весной из-под земли травинка способна привести в неописуемый восторг, несмотря на всю суровость их характера. Я знал жестоких воинов, сердца которых буквально таяли при виде крошечных полевых цветов. Нет, лично я никогда бы не взял на себя ответственность перед горианами за поджог леса, за уничтожение этого прекрасного, могучего, великолепно отлаженного живого организма, за превращение его в груду пепла и обуглившихся мертвых головешек, за убийство леса, как называют гориане поджог.

— Нет, — решительно сказал я, — лес поджигать не будем.

Арн и его люди с радостью согласились.

Один из наиболее элегантных способов захвата неприятельского лагеря, требующий высокого мастерства, состоит в том, чтобы под покровом ночи проникнуть на его территорию и, беззвучно передвигаясь от хижины к хижине, ориентируясь только по звуку дыхания спящей женщины, связать свою жертву и заткнуть ей рот кляпом. Здесь, однако, малейшее неверное движение может поднять на ноги всю банду, поэтому каждому охотнику действовать необходимо крайне осторожно: один из них обнаруживает спящую женщину и, выбрав подходящий момент, затыкает ей кляпом рот, наваливается на нее всем телом и прилаживает кляп так, чтобы она ни в коем случае не могла его выплюнуть. Второй в это время быстро связывает руки и ноги женщины, после чего оба переходят к следующей жертве. Вся процедура занимает считанные секунды; если все идет хорошо, к рассвету уже вся банда разбойниц связана и готова к отправке.

Мы решили несколько упростить этот способ захвата рабынь и использовать сети для ловли слинов, которые помогут поймать и обезопасить не одну, а сразу нескольких девушек, то есть всех, кто находится в хижине. Поскольку мы сможем действовать во всех хижинах одновременно, нам уже нет необходимости опасаться поднятого девушками шума: это их не спасет. Мы сумеем проследить, чтобы ни одна из них не дотянулась до оружия, а потом, возможно даже позволив себе короткий отдых и перекусив тем, что отыщем в их лагере, мы одну за другой высвободим пантер из сети и надежно свяжем.

Мы осторожно окружили лагерь. Следовало проделать это быстро и с величайшей осторожностью, чтобы не потревожить выставленных часовых.

Нам это удалось.

За частоколом никого не было видно.

— С их стороны очень неразумно не выставить часовых, — прошептал мне на ухо Арн.

Я был с ним совершенно согласен. Мы неслышно подкрались к воротам, и я внимательно изучил узел на стягивающем створки кожаном ремне, чтобы в случае необходимости суметь завязать его точно так же. Узел оказался несложным, предназначался он только для того, чтобы не допустить за ворота диких животных. Я развязал узел, и один за другим мы беззвучно скользнули внутрь лагеря, а там распутали сети и обнажили ножи.

От земли тянуло сыростью; в лесу было по-утреннему прохладно. Начинало светать. Теперь нам будет легче различить силуэты спящих в хижинах девушек.

Недолго им осталось. Я кивнул окружающим меня людям. Разбившись по парам, держа сети наготове, мы осторожно приблизились каждый к своей хижине. Я подал знак Арну.

Он издал тихий пронзительный свист, напоминающий трель рогатого гимма. Мы все как один резко распахнули двери хижин и ворвались внутрь, готовые набросить сети на спящих девушек. Наша хижина была пуста.

Я едва не заревел от ярости. Через мгновение мужчины начали выходить из остальных построек.

— Они все ушли, — сообщил один из наших.

— Да, лагерь пуст, — подтвердил другой.

Мы обменялись хмурыми взглядами. Арн в бешенстве сжимал кулаки.

— Давайте на разведку, — приказал я двум матросам. — Все внимательно осмотреть. И быстро!

Очевидно, только теперь мои спутники начали отдавать себе отчет в том, что, находясь здесь, в этом лагере, мы сами могли попасть в ловушку женщин-пантер. Двое матросов как тени выскользнули из лагеря.

Не думаю, что разбойницы затаились где-нибудь поблизости от лагеря и ждали нашего появления: прежде чем решиться проникнуть за частокол, мы внимательно проверили все вокруг. Однако я вовсе не мог исключить другой возможности — женщины-пантеры каким-то образом сумели обнаружить нас еще на подступах к лагерю, отошли, позволяя нам пробраться за ограду, а теперь снова вернулись и наблюдают за нами. Эта гипотеза, конечно, выглядела вполне правдоподобной, но, думаю, вероятнее всего, они даже не подозревали о нашем присутствии поблизости и оставили лагерь еще до рассвета, отправившись по каким-то своим делам. Они могут просто охотиться, или же, узнав о появлении на их территории банды Хуры, о которой рассказывала Гренна, Вьерна и ее разбойницы вышли ей навстречу, чтобы разведать обстановку, а при удачном стечении обстоятельств и самим нанести удар. А может, затаились где-нибудь в десятке пасангов отсюда и следят за людьми Марленуса. Кто знает, по какой причине они могли покинуть лагерь? Это вполне могло быть никак не связано с нашим появлением.

Я огляделся. В лагере осталось не так уж много имущества. Незаметно, чтобы это место покидали второпях. Я разглядел несколько копий и связки стрел. Женщины-пантеры никогда бы их не оставили. Они вернутся.