Механический волшебник - Михаил Ланцов

— А почему он погибнет?

— Потому что он не умеет накапливать ману из окружающего пространства, как существа этого мира. Он просто развеется, как утренний туман, так как мана для него сродни воздуху.

— Хм… любопытно.

— Ничего любопытного, разорвать этот канал ещё никому не удавалось.

Но Дален задумался. Ему в голову пришла мысль о заклинании, которое в игре носило название антимагический барьер. Смысл там был таков: вокруг выбранного материального объекта создавалась сфера защитного поля с очень любопытным свойством. Барьер перенаправлял любую магическую энергию, в любом её виде проникавшую внутрь, в Фейд. То есть своего рода логическая петля. Мало того, энергию для своего существования барьер брал из своего внутреннего объёма. Иными словами, если такое заклинание наложить на мага, то оно будет защищать его от абсолютно любой магии, питаясь его собственной маной, и будет рассеяно после того, как мана закончится. В случае же с демоном, если тот очень быстро не сообразит и не рванёт в Фейд, что не каждому будет под силу, то барьер его просто пожрёт, так как прямой канал в мир теней — это очень мощный поток маны. Обычных мелких демонов такое заклинание будет фактически испарять менее чем за секунду, не давая никаких шансов на выживание.

— Так-с. Вон там под деревом валяется не так давно сдохшая птичка. Ты можешь призвать в неё демона?

— Конечно. Но зачем?

— Сделай. Нужно кое-что проверить.

Морриган хмыкнула, но буквально секунд пять спустя листва под деревом зашевелилась, и оттуда вылезла полусгнившая ворона, в теле которой отчётливо шевелились червяки. Дален сосредоточился, создал вокруг вороны сферу, привязав её к тушке. Для большей эффектности он придал шарику кровавый цвет. После чего задал стенкам нужное свойство. Мгновение спустя ворона рухнула на землю, а шарик исчез.

— Как? — Морриган повернулась к нему с искренним удивлением на лице.

Объяснение затянулось надолго, так как она была далека от нужного уровня понимания природы магического поля. Заодно Дален оттачивал заклинание в плане скорости его плетения и экономности. Ведь демонических врагов могло быть сколько угодно. Заклинание было названо им с некоей толикой юмора — «анальный шарик». Даже Стен улыбнулся, когда до него дошло то, как оно работает. Ведь почти все члены отряда были вынуждены слушать практически бесконечные объяснения своего командора, посредством которых и бесчисленных примеров он пытался донести до Морриган механику действа. Теоретически девушка всё быстро поняла и прониклась. А вот практически ей пришлось буквально на пальцах объяснять некоторые свойства магического поля, о котором она, впрочем, и не догадывалась. Бедный трупик вороны замучили до его почти полного распада. Ведь некоторые демоны, попадавшие в тушку, пытались сбежать, понимая, что стали подопытными кроликами. Ворона даже пару раз умудрялась взлететь. Но Дален, тратя на плетение около секунды и доводя до автоматизма это действо, не оставлял «товарищам» никакого шанса.

В конце концов Морриган методом «научного тыка» под чутким руководством своего наставника поняла, что и как нужно делать. Правда, ей пришлось использовать вербальную и визуальную составляющую, чтобы относительно быстро формировать идеальную сферу и наполнять её правильными свойствами. Из-за этого плетение заклинания занимало у неё около трёх-четырёх секунд. Впрочем, в качестве подстраховки и такого навыка хватало.

Девушка была совершенно измождена, поэтому освоение Даленом обращения в другие существа решили отложить.

На следующей стоянке отряд уже потешался над командором. Чтобы не портить одежду в случае успешного обращения, ведьма порекомендовала ему её снять. Так что все наблюдали картину, представляющую обнажённую ведьму, сидящую по-турецки, и Далена в той же позе напротив. Само собой, у командора была нормальная такая эрекция, что отвлекало не только ведьму, но и самого мага.

Местные магические изыски для фактически самоучки Далена оказывались весьма непривычными и довольно сложными вещами. Даже сложнее, чем для Морриган его логико-энергетические структуры, которые он создавал в ходе плетения своих заклинаний. Если не вдаваться в подробности, заклинания обращения в то или иное существо были у каждого мага индивидуальны, важен был общий принцип действия.

Во-первых, надо вкусить плоти, а лучше крови того живого существа, в которое ты желаешь превратиться. Во-вторых — сформировать для себя слепок ощущений этого тотема — у каждого они были свои. В-третьих, одновременно с этим необходимо было быстро выйти в Фейд. В результате происходил своеобразный когнитивный диссонанс, баг, глюк системы, и тебя выкидывало обратно из Фейда уже таким, каким ты себя представлял. Правда, выход в Фейд при ясном сознании и без сна был сопряжён с неслабым расходом маны, так что начинающим магам перевоплощение недоступно.

Точность подражания заключалась в том, сколько плоти или крови ты вкусил. Например, после нескольких капель можно было получить только сильно искажённый образ, к примеру, волка с фиолетовой шкурой и зубами коровы. Как правило, для нормального усвоения образа требовалось несколько больших глотков крови или до килограмма мяса. Сам процесс преображения после подготовки был очень быстрым, две-три секунды, и всё.

Преобразование оборотня было сродни взлому игровой системы, в ходе которой происходила подмена модели и текстур, по крайней мере, так это выглядело со стороны. Эти мысли радовали Далена, тем более что до своего перемещения в этот мир он много играл в компьютерные игры, и подобные воспоминания немного грели.

Для ритуала Морриган изловила большую полевую мышку и, аккуратно сцедив кровь в оловянную походную кружку, добавила туда мелко накрошенные кусочки тела этого животного. Разумеется, без внутренностей, костей, шерсти и головы. Последние были желательны, но не каждый даже опытный маг мог заставить себя вкусить эту мерзость — вид у такого пойла был отвратительный и запах тошнотворный. Подобное обстоятельство резко сокращало круг магов, практикующих эти преображения. Далена не вдохновляло и то, что рядом с Морриган за хвостики был привязан к веточкам ещё десяток живых мышек, что «улучшало» эмоциональный настрой от вида кровавого крошева в кружке.

Заклинание тотема было довольно просто в плетении, но очень сложно в определении свойств. Морриган около часа на пальцах объясняла особенности, связанные с эмоциональным настроем. Местная практика магии строилась вообще в основе своей на ощущениях, образах и эмоциях, переплетая их в весьма сложные узоры. Так что, запоров первую мышку, остальных ему пришлось разделывать самому. И только на последней заготовке, к радости уже отчаявшейся девушки, он смог правильно наложить плетение и подготовить плоть и кровь для вкушения. Это дело оказалось настолько простым и лёгким, что он почувствовал себя полным кретином, искавшим сложности там, где их нет, и покраснел от смущения.

Две-три секунды — и всё, любая плоть и любая кровь может стать для тебя тотемом. Впрочем, Морриган не дала ему расслабиться. Зрители же жаждали зрелищ, а именно поглощения этого пойла командором. По большому счёту никто не верил, что это вообще нужно для превращения, то есть весь отряд думал, что девушка, пользуясь удобным моментом, издевается над Даленом. На вкус это кровавое крошево было весьма и весьма противно. По крайней мере, для человека, привыкшего есть мясо в варёном или жареном виде. С минуту после того, как он выпил содержимое кружки, ничего не происходило, кроме лёгкой, чуть сладковатой тошноты от осознания только что сожранной мыши. Зато потом странные и совершенно необычные воспоминания нахлынули сплошным потоком. Перед его сознанием за какие-то доли секунды пронеслась вся недолгая жизнь этого маленького серого существа.