На чужих условиях - Крис Карвер

— Маргарет! — Килан немного нервничал, набирая номер дома Кроуфордов. — Привет. Извини, уже поздно, наверное, я разбудил тебя?

— Твоим звонкам всегда рады в нашем доме, Килан, и ты это знаешь. Что-то произошло?

— Не могу дозвониться до Алви. Ее телефон выключен, не могла бы ты ее позвать?

— Ох, прости, ее нет. Она ушла с друзьями, — голос Маргарет стал немного печальным. — Милый, у вас с Алви все в порядке? В последние дни она немного нервничает.

Килан вздохнул. В последние дни они не созванивались. Каждый раз, желая набрать номер, он чувствовал стыд и легкую панику от того, что предстояло сказать. Кармен считала, что он боится реакции Алви, и это было правдой. Но он боялся не ее злости, ревности или агрессии, нет. Он боялся, что Алви будет плевать. Что она скажет «Да, Килан, чувак, встречайся с кем хочешь, у меня ведь тоже есть любимый человек». Ему казалось, что его сердце разлетится на кусочки, если он услышит в голосе Алви равнодушие.

— Я… Я не говорил с ней. Маргарет, попроси ее перезвонить, когда она вернется.

— Хорошо, но, наверное, будет поздно.

— У меня будет утро, а она… Ей все равно, во сколько ложиться спать, судя по всему.

Он сам не знал, почему злился. Выводили из себя мысли о том, что едва за окном темнело, Алви куда-то шла. С друзьями, со своим парнем, с какими-то еще людьми. Даже ее мать не знала, где она, это нормально?

Он кинул телефон на кровать.

— Все в порядке?

Кармен наблюдала за ним все это время, сидя за столом с ноутбуком.

— Я позвонил ей впервые за три дня, а у нее телефон выключен. И она снова где-то шляется!

— Оу. Сколько ты говоришь ей лет?

Килан напрягся.

— Девятнадцать, а что?

Кармен пожала плечами.

— Похоже на тот возраст, когда все мы шлялись по ночам, не находишь?

Она была права, и это бесило еще сильнее.

* * *

Когда Алви была ребенком, Джулия забирала ее на выходных, они звали Эрин и втроем играли в настольные игры. Тогда это были детские наборы, которые часто терялись, приходилось постоянно обновлять их и, в конце концов, традиция исчезла так же легко, как исчезали детали от пазлов.

Поэтому, когда Джулия пригласила ее поиграть в настольные игры в субботу, то она с радостью согласилась.

Мэйси забрала ее на новой машине, подаренной Себастьяном, и они приехали к дому Рейнов последними. На полу в гостиной сидели Джулия, Эрин, Энди, Майк и Тесса. Компания, к слову, странная. С Эрин Алви почти не общалась, Энди едва знала, а с Майком и Тессой виделась дважды: в свой День рождения и на помолвке. Последние вызывали у Алви особо сильные эмоции: они были парой в Союзе и, судя по всему, отлично ладили. Они не выглядели, как Сиенна и Уилл, но также они были милы друг с другом, и Тесса напоминала Алви ее саму.

— Вы, ребята, недавно вернулись из путешествия, верно? — спросила Джулия, когда игра встала на месте и все уже просто сидели с вином, раскидав карточки по полу вокруг себя.

Майк притянул к себе Тессу.

— Маленький круиз, всего неделя. Тесса возвращается на работу с понедельника.

— Ох, как жаль.

— Да, но у нас есть новости.

Они переглянулись. Момент был напряженным и интимным. Алви почувствовала неловкость, Энди, судя по всему, тоже. Остальные были родственниками Майка, так что вели себя более непринужденно.

— Мы хотим усыновить ребенка, — торжественно заявила Тесса.

Алви замерла, глядя на нее с удивлением. Она… она одновременно светилась радостью и не походила на того, кто готов стать матерью. Она была молода, не старше двадцати двух, она была человеком и могла обратиться в Центр для зачатия ребенка-человека. Центры были созданы, чтобы заниматься этим, они помогали рожать здоровых, чистокровных людей, отдавая их потом в семьи, где их ждали и любили. Алви и сама мечтала, что однажды сможет отдать свои материалы в Центр, чтобы завести ребенка, который был бы похож на нее. Она мечтала об этом в детстве, но после поняла, что ребенок-человек никогда не будет свободен по-настоящему. Прямо как она. Всегда найдется кто-то, кто пожелает вступить с ним в Союз.

Не сдержавшись, она спросила:

— Почему именно усыновление?

Майк кивнул. Он понимал, о чем Алви спрашивает. В приютах не было людей. Их не бросали. Их было так чертовски мало, что, едва обнаруживался ребенок-беспризорник без волчьего гена в крови, ему в мгновение ока находили новую семью, проверяя всю родословную будущих родителей на пять поколений.

— Человек — это ответственность.

— Тесса — человек! — Алви не могла понять, почему ее так возмущало и злило это. Возможно, она просто ненавидела сам факт того, что люди в Союзах могли жить нормально, что они хотели заводить детей, любили друг друга и были настоящей семьей. Она ненавидел все то, чего у нее не могло быть, и с каждым днем все сильнее злилась.

— Да, и у нас еще будет шанс завести своего малыша, но мы должны убедиться, что готовы.

— То есть, усыновленный ребенок-волк будет вашей проверкой на прочность?

— Алви, я не об этом.

Она почувствовала, как Мэйси сжала ее руку, но злость уже взяла верх. Все это — отношение людей друг к другу, их беспечность, их эгоизм, выводило из себя. Ее тошнило от глупости ее собственной семьи и окружающих ее людей. Ее тошнило от этого мира, где такие семьи считались чем-то нормальным, а люди, находящиеся в шаге от женитьбы, могли встречаться с другими людьми. Ее тошнило от того, что она и сама оказалась в таких условиях, сама себя втянула в них и никак не могла выбраться.

Она перевела взгляд с Майка на Тессу и спросила:

— Он тебе не противен?

Краем глаза она видела, как вздрогнул Майк, как Джулия закрыла лицо руками. Но она не хотела на это смотреть, поэтому взяла куртку и вышла в сад.

* * *

Позже, когда Алви развела огонь в беседке, к ней присоединился Энди. Он протянул ей бутылку пива и сел на скамейку, кутаясь в шарф. Вечер был прохладным, мокрая после дождя трава испаряла влагу, в воздухе ярко пахло цветами и недавно скошенной травой.

— Джулия злится?

Энди помотал головой.

— Нет. Они с Майком распечатали виски. А вот Тесса расстроена.

— Я не хотела ее задеть, я не…

— Ты знаешь, что семья Майка забрала Тессу у отца-психа, когда ей было десять?

Алви подняла на Энди взгляд.

— Что?

— Он издевался над ней, — его тон был таким холодным, что Алви потерла плечи руками. — Да. Я имею в виду то, о чем ты подумала. Алви, мой отец издевался надо мной тоже, и я знаю, как это — наконец, попасть в семью, где тебе не нужно вздрагивать каждый раз, когда ты слышишь скрип половиц.