Магфиг - Дмитрий Кружевский

А вообще все ужас и кошмар, да еще Батон из каморки высунулся и рожи строит – смешно ему, видите ли. А вот мне хоть плачь – ладно, пора выйти в народ и, так сказать, личным примером, а также тяжелой рукой…

Сперва я подошел к бобру – осторожненько так, чтобы не спугнуть, – тот как раз начал затачивать очередную деревяшку, да так смачно грызет, мне аж самому захотелось попробовать.

– Теодор.

Моя тяжелая длань опустилась на его макушку – и опля… Не, все-таки он не тот оборотень, что в наших фильмах, у тех что-то с генами намучено, а тут бабах – и на меня изумленно взирает обескураженный мальчишка с доской в зубах.

– Вкусно? – поинтересовался я.

– Не, – мотнул он головой, отплевываясь. – Пересушено.

– Понятно. – Я пальцем указал на пилу, затем на большие часы над дверью. – У тебя еще полчаса, иначе… – Я помахал двумя пальцами в воздухе.

Нет, конечно, я не зверь какой-то и сразу двойки направо и налево лепить не собираюсь, если честно, первые занятия вообще оценки ставить и не думал, но простимулировать парня в нужном направлении как-то надо.

Кстати, насчет часов. Мне их Крис придарил. Часы такие большие, круглые, весят что трактор, но дракоша их сам закрепил над дверью. Превратился, значит, прямо в классе – благо, место позволяло, – достал откуда-то металлический штырь и, всобачив в стену над дверью, повесил туда эти куранты. Я было испугался, что они будут бить, как их кремлевские сородичи, но Крис меня успокоил, сказав, что в них данного механизма не предусмотрено, а то, судя по их размеру и местной акустике… да я бы первый в ближайшую форточку выпрыгнул. Ну а так вполне нормально. Мои-то Дорофеич подрезал – сказал, что будет изучать нашу технологию, а по-моему, они ему просто приглянулись. Хотя часы, конечно, не «Роликс», но все равно без них как без рук. Был у меня еще старенький мобильник, но батарея села на второй день, а подзарядить… если только в кабинет к Мангалычу наведаться, но в принципе зачем он мне? Видать, придется все же гнома растрясти на свою собственность. Ну так вот… ах да, забыл еще сказать, что уроки тут не как в нашей школе – скорее больше на институт похоже. Урок идет час тридцать, с пятиминутным перерывом на пробежку до туалета, причем это надо еще умудриться за пять минут сделать, особенно если учесть, что у нас в крыле туалет был один… в прямом смысле один. То есть один толчок типа унитаз. И слава богу, что уроки только у мальчиков и классы не сдваивают, хотя ректор что-то намекал по этому поводу, но и Дорофеич обещал все починить, – теперь оставалось гадать, кто быстрее выполнит свое обещание.

Ну что-то я совсем отвлекся. Так вот, после того как я чуток разобрался с Теодором и даже вместе с ним распилил пару досок, направился к медитирующему эльфу. Дела у того явно прогрессировали, пропил увеличился эдак миллиметра на полтора, Теодор как раз вышел из очередного своего похода по нирване и не торопясь двигал пилой по доске со скоростью буквально пару миллиметров в час.

– Шустрее!

Бедный мальчик, его острые уши, по-моему, чуть в трубочку не свернулись, а пила задвигалась с такой скоростью, что ажно паленым запахло. Хе, такой вывод из нирваны еще наш сержант Рыбачко практиковал. Ходишь, бывало, на посту весь такой в нирване, бровями астрал щупаешь, а он как рявкнет: «Не спать!» – все, до конца дежурства как зеленый огурец, даже с пупырышками по всему телу. Похлопав ободрительно по плечу уже готового к дальнейшим подвигам эльфа, я отправился к Гаю. Наш герой как раз заканчивал заготовку дров из очередного куска бруса.

– Солдат, отставить! – рявкнул я, заставив Гая замереть с занесенной над головой ножовкой и, кстати, не только его одного. Лишь бедный эльф еще больше ускорился – м-дя, похоже, с ним я чуток переборщил… Ниче, отойдет.

– А вы продолжайте, – махнул я рукой остальным и вновь повернулся к застывшему герою. – Так, Тори, я что сказал делать?

– Ну… – Гай смутился. – Извините, нер, увлекся.

Я вздохнул. Ну что этому непутевому детине скажешь, да и времени до конца урока минут двадцать осталось.

– Ладно, все прибрать, и сострогай мне хоть одну досточку, понятно?

Тори кивнул, а я, бросив на него пристальный взгляд, молча отобрал ножовку и направился к дриаду, по пути пару минут полюбовавшись на творение Ома. А очкарик явно вошел во вкус и уже присобачивал к своей абстракции какие-то дополнительные элементы, делающие ее похожей на, на… да не знаю на что, но смотрится прикольно.

Дриад тем временем с тоской рассматривал то, что у него получилось, а именно – две резные жердочки. Не, для сидения они явно не годились, но талант у парня есть. Поэтому я его похвалил и одновременно отчитал за израсходованный материал. Две доски метровой длины и тридцатисантиметровой ширины превратить в плашки двадцатисантиметровой длины и десятисантиметровой ширины – экономия, блин.

Да, чую, тяжело мне придется.

Кстати, я тут как-то подумал – что мне делать, если решу вдруг родительское собрание устроить? Вот разбушуются мои архаровцы, и потребуется им ласковая родительская рука, приводящая обычно (по себе знаю) мозги во вполне вменяемое состояние путем приложения оной к определенной точке тела ниже копчика, а как мне их вызвать? Телефонной связи здесь как-то не наблюдалось, а с магическими прибамбасами я не особо лажу. Правда, Гоймерыч пообещал что-нибудь придумать, но особой надежды на него я не питаю. Не, в том, что он что-то придумает, я не сомниваюсь, главное – чтобы это что-то мне боком не вылезло: очень уж он любит меня в качестве объекта для своих экспериментов. Эх, сплошные проблемы и вопросы.

Короче, когда закончился урок, мы с Батоном долго сидели на верстаке и взирали на разложенные перед нами на полу поделки. Точнее, сидел я, а кот нарезал круги вокруг произведения нашего очкастого скульптора, гадая, что это. Поделку Грея он сразу отнес к пыточным инструментам и даже предложил испытать ее на гноме, на что я, усмехаясь, заявил, что спасать его не буду, а гвоздей на этом изделии много. Наконец кот угомонился и, пристроившись рядом, вопросительно посмотрел на меня, я посмотрел на него, затем мы дружно еще раз оглядели изделия моих учеников – и так же дружно вздохнули.