Птицедева - Светлана Гамаюнова

– Мне совсем разонравилось задумываться и анализировать с тех пор, как ты появилась у меня в голове, я все переложила на тебя, и мне это нравится. Это плохо, да?

– Это плохо, – сказала Ника, – очень плохо, я не хочу, чтобы ты потеряла себя. Сегодня вечером летим на Буян, хочу посоветоваться с тетушками.

– Давай утром, хочу к Карену, – приуныла я, – да и прилетим мы, а там тоже вечер, тетушки спать лягут.

– Хорошо, пойдем навстречу одной влюбленной особе, все равно мне еще надо поговорить с Кощеем и Василисой. Уж потерпи наш разговор.

Вечером я полностью уступила место в сознании Веронике, они обсуждали вопрос, кого можно брать и нужно брать.

Все вспоминали пример с выбором Богом семьи Ноя перед потопом, но все равно этот выбор не спас человечество от проклятья ненависти, зависти и агрессивности, которая наблюдалась в полной мере на Первой Земле. Разговор вертелся и возвращался к тому, что невозможно выбрать идеальных людей, так как генофонд очень неоднороден и если не в первом поколении, то в последующих может проявиться ген Каина – убийцы.

Василиса сосредоточенно вертела в руках свои записи.

– И все же у меня предложение. Я сейчас кратко изложу одну теорию, которую подсказала Вероника, а Кощей дал мне книгу изучить. Так вот, я не разделяю ее полностью, но что-то в ней есть. Исходя из нее и немного адаптировав к нашим задачам, я считаю, что, исходя из признака агрессивности, в человеческой популяции существует четыре явных подтипа людей. Первая – убийцы, агрессивные, «палеонтропы или сверхзвери – хищники и разрушители, суперанималы (сверхживотные). Я процитирую показательную выдержку: из книги Поршнева и Диденко:«Человек – единственное на Земле живое существо, которое практикует массовое уничтожение себе подобных! За историю человечества официально зафиксировано более 14,5 тысяч войн, в ходе которых убито примерно 4 млрд. человек. Кто их развязывает? Откуда берутся маньяки, убийцы, насильники, террористы, кровавые диктаторы, садисты?. Да все оттуда же – это потомки тех самых пожиравших сородичей хищных гоминид, которые передали свой «убийственный» генофонд через потомков до наших дней.»Вторая группа – так называемые «суггесторы», тоже хищники, только помельче масштабом, которые прислуживают палеоантропам. Хитрые и гибкие, агрессивные и коварные приспособленцы. Это потенциальные предатели и изменники, которым ничего не стоит переметнуться на сторону сильного. Третья, самая многочисленная группа – так называемые диффузники. Именно они проводят в действие планы первых двух групп, они легко и просто маршируют в ту сторону, куда им прикажут или убедят, что правильно идти. Да, они не убийцы, но они конформисты. Они приспособятся я к любым условиям и любым властям. Главный их отличительный признак – лёгкая внушаемость, они составляют толпу в любой революции. И четвертая, довольно малочисленная группа человечества – это неоантропы, т.е. новые люди, люди будущего. Они единственные, кто способен противостоять магнетическому воздействию речам и действиям хищников-сверхживотных. Основным видовым отличием неоантропа является его способность – генетически закрепленная предрасположенность – к самокритичному мышлению, а зачастую и поведению. Это мышление является не только совершенно самостоятельной активной, творческой формой мышления, оно преобразующее, развивающее и самого человека, и внешний мир.

Василиса опять уткнулась в книгу:

– Вот опять цитирую: «Неоантропы преимущественно имеют дело с природой, занимаются наукой, техникой, духовными поисками и находятся всегда в состоянии интеллектуального отстранения в окружающей их мировой грызне. Познание мира стало их путеводной звездой». Думаю, эти люди нам и нужны, их нужно искать для переселения.

– А как их найти? – спросил Карен.

– Думаю, первые две группы легко угадываются, третья примыкает туда-сюда по обстоятельствам, а четвертую надо выявить, прочувствовать. Хорошо познакомить с ней Лотту, чтобы знала, что искать и выбирать.

– Я думаю, я их почувствую, – как бы очнулась я. – Ведь в «Приюте Нужных Путников» как раз жили такие люди, а еще Василиса. Так что я понимаю, о ком речь.

Василиса засмущалась.

– Может быть, это теория и довольно произвольна и неоднозначна, но, мне кажется, на этом этапе она нам подойдет. Будем искать и выбирать этих «неотропов». Согласны?

Мы пока не видели другого выхода.

– Таким образом, – резюмировал сегодняшний вечер Кощей, – мы более ли менее решили очень приблизительно только несколько вопросов. Карен и я свои вопросы прорабатываем. Но для решения большинства остальных надо отправляться на Первую Землю. Я смотрю, Лотта неважно себя чувствует и ей надо слетать на Буян, но надеюсь, в понедельник мы с ней отправимся в путь на неделю, так как ей нельзя часто летать туда и обратно. Вот бы с богами нашими переговорить и выяснить, разрешат ли они пропустить корабли с провиантом через море, было бы хорошо. Корабли собрать непросто, и плыть они будут не быстро, не меньше месяца, а то и двух. Так что надо спешить.

Мы с Кареном отправились в свою спальню. Карен как-то странно смотрел на меня, а потом спросил:

– Я вижу, что что-то не так, даже Кощей заметил, что ты устала. Но ты мне ничего не говоришь.

– Да все нормально, просто устала летать. А в чем дело, я плохо выгляжу?

– Выглядишь ты прекрасно, для меня особенно, но стала какая-то рассеянная, ушла в себя. Да, рядом с тобой я счастлив, но почему-то боюсь за тебя. Ты как бы голый нерв, ты все чувствуешь как-то чересчур, слишком обостренно, что ли. И я волнуюсь.

Почему-то не захотела рассказывать Карену про опасения Вероники. Почему? Эту ночь хотелось побыть с ним и не обсуждать никаких проблем, особенно таких, которые мне непонятны самой, а завтра на Буян, а потом на Землю, а это очень ответственно, и без Хи. Не хочу без него.

Я прижалась к жениху и попросила:

– Все потом, сейчас только мы, ладно?

Утром переместила Карена домой, и он попросил, чтобы я наконец познакомилась с родителями.

Как потом комментировала Вероника, встреча прошла в теплой и дружественной обстановке. Мне сначала хотелось спрятаться за штору, но пришлось пройти в кабинет, где чинно восседала чета родителей Карена. Спокойные и вполне обычные на вид люди и даже одеты совершенно не помпезно.

– Хорошо, что ты наконец появилась, Лотта, – спокойно произнес отец, – рад с тобой познакомиться. Все, конечно, очень неожиданно, но мы желаем счастья нашим детям – и Карену, и Михелу, за которого тоже невероятно переживаем. Мы рады принять тебя в семью как невесту и будущую жену нашего сына. Единственно просим, как для тебя это ни сложно: отнесись к ритуалу бракосочетания спокойно, с пониманием необходимости этого действа для династии. Карен много рассказал про тебя, и мы знаем, что ты не обычная девушка, и это большая честь для нас – породниться с тобой, но и большая сложность. Лотта, ты понимаешь, на что соглашаешься? – он немного помолчал. – Ты будешь жить долго и переживешь и Карена, и, возможно, своих детей, ты думала об этом?