Патроны не кончаются никогда - Михаил Ахманов

Часа через два Влад отправился к себе. На пороге хлопнул меня по плечу и шепнул:

– Правильно, все правильно! Был ты как камень… А на голых камнях трава не растет.

Наверное, спер эту фразу у кого-то из классиков. Начитанный, прохиндей!

Проводив его, я вернулся в комнату, сел к верстаку и принялся точить катану. Вжик-вжик, вжик-вжик… Анна, отложив «Психологию вампиров» и не говоря ни слова, глядела на меня своими карими очами. Мы походили на персонажей рыцарских романов: паладин острит клинок, собираясь в Святую землю, а дама сердца, прекрасная принцесса, смотрит на него, молчит, но обещает взглядом верность и любовь. Так продолжалось некоторое время. Потом она спросила:

– Что ты хочешь делать, Петр?

– В каком смысле, милая?

– Ну, ты ведь Тайну не узнал… А Палыч, черная душа, уже покойник.

– Верно, – согласился я. – Но думаю, дело этим не кончится. Два клиента еще остались, и есть у них свой интерес. Будем ждать предложений.

Анна зашелестела страницами книги.

– Здесь сказано, что вампиры очень мстительны.

– И это верно.

– Должно быть, я такая же, – печально молвила она. – Ты убил Марию, этой вот саблей убил, а я сижу здесь и не могу ее простить. Не могу простить за то, что она со мною сделала… вычеркнула из жизни… Из-за того, что я…

Голос Анны замер. Я не стал ее расспрашивать – ни о родителях, ни о ее учебе, ни о том, что да как получилось у нее с сестрой. Захочет, сама расскажет. В Гильдии известно, что такие случаи меж близкими людьми нередки. Причин несколько, и самая частая – зависть; что чужому простят, за то своего живьем съедят. Возможно, Анна стала студенткой, а Марию прокатили на экзаменах?.. Или некий юноша Анну предпочел?.. Или мать ее больше любила?.. Кто знает! Влад прав: женщины – загадка, вещь в себе, и по звездам их не вычислишь.

Вжик-вжик, вжик-вжик…

Наружив молчание, Анна сказала:

– Зачем тебе эта Тайна, Петр? Я знаю, ты не для себя стараешься… Брось! Может, и отстанут от тебя.

– Не могу. Во-первых, не отстанут, а во-вторых, у меня контракт. Забойщик – как сапер, контракт нарушает один раз жизни.

Она вздрогнула, хотела что-то возразить, но тут заверещал мобильник.

– Это я, партнер. – Голос Влада звучал возбужденно. – Мне с редакционного компа мейлы переслали, и есть тут кое-что для тебя. То есть я думаю, что для тебя. Странное какое-то письмо… Прошлой ночью отправлено. Бросить?

– Давай, – сказал я и шагнул к компьютеру. Уселся перед монитором и подумал: третий день как не смотрю ни сводок Гильдии, ни писем, ни заказов. Понятное дело, медовый месяц у меня! Плюс всякие приключения на Рублевке.

Со злостью ткнул пальцем в клавишу. Важных сообщений было три: запросы от магистра и отца Кирилла и то письмо, что переслал мне компаньон. Магистру хотелось получить отчет о рублевской операции, и я ему ответил, что пришлю непременно. Отче Кирилл – его послание не было подписано – интересовался новостями по известному делу. Нет новостей, отстучал я и, подумав, добавил: нет, но будут. Засуетятся, мол, клиенты.

Так оно и оказалось. Открыв последнее письмо, я прочитал:

«Завтра, в шесть утра. Кунцевская свалка. Обмен информацией».

Оказалось, что Анна стоит за моей спиной – я вдруг почувствовал ее дыхание на затылке.

– То, что ты ждал?

– Да. Отправили Владу в редакцию.

– А почему не тебе?

– Это намек, Анюта. Хотят показать, что им про нас многое известно. Про Влада, про меня, про наше компаньонство и даже то, что его выписали из больницы. Думаю, если бы не охрана, он бы оттуда не вышел.

Анна прижалась щекой к моей щеке.

– Ты пойдешь?

– Разумеется.

– Дай мне оружие. Я пойду с тобой. Я сильная!

– Не хотелось бы потерять тебя так скоро, кареглазка. Надеюсь, ты проживешь со мной до старости. – Я поцеловал ее ладошку. – Но в принципе мысль верная, лучше идти вдвоем, чем одному. А еще лучше – целой командой. В приглашении не говорится, что я должен быть один.

– Куда ты, Кай, туда и я, Кая, – упрямо сказала она.

– Не сегодня. Меня тренировали как Забойщика, и если желаешь, я тебя тоже натаскаю. Сначала теория, потом практика. А чтобы ты не скучала – вот, возьми. – Я вытащил из ящика стола ключи-опознаватели и пачку денег. – Купишь себе что-нибудь из одежды.

Прихватив обрез и клинок, я покинул свое жилище. Постоял во дворе, отметил, что с улицы вампирами не пахнет – должно быть, сняли наблюдение или доверили филерам по-по, шайке мсье Фурсея. С крыши, однако, тянуло знакомой эманацией, и я, исследовав эту ментальную струйку, решил, что там сидит Пафнутий. Это меня успокоило. Выйдет Анна погулять, он за ней присмотрит.

Я залез в «жучок» и стал кружить по переулкам, проездам и дворам, выполняя эту процедуру со всем положенным старанием. Убедившись, что за мной не следят, порулил на Пресню, миновал зоопарк, свернул в неприметную арочку и, поколесив еще немного, остановился у маленького домика с самодельной вывеской: «Общество стоматологов-любителей». Под этим псевдонимом знали Гильдию лишь ее члены, да и то не все, а начиная с учеников второго посвящения.

Оказавшись внутри, я предъявил свою личность охране, прошел мимо гаража, занимавшего большую часть надземного строения, спустился вниз по узкой лестнице и проследовал в кабинет магистра. У многих из нас – я говорю о Забойщиках – тяга к подвалам и казематам без окон, к узким прямым коридорам, что простреливаются на всю длину, к яркому свету и прочным дверям. Магистр эти привычки разделял и поощрял, и потому Пресненский опорный пункт располагался в бывшем бомбоубежище. Соорудили его летом сорок первого, и, вероятно, предназначалось это подземелье для высоких чинов: стены бетонные, потолки высокие, а вместо дверей – люки, как на подводной лодке. Склонив голову, я пролез в такой люк и попал к магистру.

Он сидел за массивным столом. Слева – компьютер и телефоны, справа – стойка с гранатометом и холодным оружием, за спиной на стене – бронзовый герб, метла и собачья голова. Свет яркой потолочной лампы отражался в его лысине.

– Садись. Докладывай! – проскрежетало напильником по жести.

Я сел и отчитался. Заняло это минут десять – все же было что рассказать, от Рублевки до Кунцевской свалки. Выслушав, магистр побарабанил пальцами по столешнице, прищурился и оглядел меня с ног до головы. Сейчас спросит про Башню, подумалось мне. Спросит, как я там гулял среди вампиров, как с Харви корешился и отчего меня не унюхали… Самое время для такого вопроса. Поразмышлял над моей историей пару дней и сейчас ка-ак рявкнет!

Но магистр сказал о другом, и в голосе его будто бы и жесть не скрежетала. Совсем тихий был голос.

– Девушка, что к тебе пришла… инициантка эта… оставить ее хочешь? Определенно?