Тайный Круг. Ритуал - Лиза Джейн Смит

Вопреки собственной воле, Кэсси завороженно наблюдала монотонное расхаживание Фэй и снова сравнивала ее с рысью - загнанной в клетку. «Да, если б Фэй жила в те дни, - подумала Кэсси, - ох, задала бы она всем жару».

- И предположим, что некоторым юным созданиям это не нравилось, - сказала Фэй. - Кто знает? Но, так или иначе, в одну из зим несколько девочек собрались вместе, чтобы погадать. Естественно, это запрещалось - великий грех, - но они все равно гадали. У одной из них в доме жила рабыня из Вест-Индии, которая владела искусством гадания. Это занятие помогало им коротать длинные и скучные зимние вечера. - Она бросила многозначительный взгляд из-под ресниц в сторону Ника, будто бы говоря ему, что сама смогла бы предложить куда более занимательные вещи.

- Но это терзало их бедные пуританские умишки, - продолжила Фэй, выглядя опечаленной. - Их мучила вина. И в итоге у одной из них случился нервный срыв: она заболела и в бреду во всем призналась. Их рассекретили. Все остальные девочки оказались в сложном положении: в те дни не принято было баловаться со сверхъестественным, взрослым это не нравилось. Так что бедненьким пуританским девочкам пришлось перевести стрелки на кого-нибудь другого.

Фэй подняла свой длинный, тонкий палец, заканчивающийся алым ногтем, обвела им всех сидящих вокруг, словно пистолетом, и указала на Кэсси.

Кэсси перевела взгляд с пальца на лицо Фэй.

- И они это сделали, - радостно сообщила Фэй. Она убрала палец, будто вставляя меч в ножны, и продолжила. - Они указали на рабыню из Вест-Индии и на парочку других старых женщин, которые им не шибко нравились - женщин с плохой репутацией в деревне. И, указывая на них, называли их… - она остановилась, чтобы добавить моменту драматизма, устремила лицо к висевшему в небе полумесяцу, затем опять посмотрела на Кэсси и закончила: - называли их… ведьмами.

По группе прокатилась волна возбуждения - смеси горького скептицизма с раздражением; на многих лицах читалась гадливость. Кэсси почувствовала, что ей становится страшно.

- И знаете что? - Фэй окинула слушателей чарующим взглядом, затем медленно улыбнулась и прошептала: - Это сработало. Никто не винил девочек за забавы с гаданием: все принялись искать ведьм. Единственной проблемой, - продолжила рассказчица, презрительно вздернув брови, - стало то, что эти пуританишки не знали, как отличить ведьму от не ведьмы. Они искали женщин необычных, или слишком независимых, или… богатых. У осужденных ведьм конфисковывали имущество, так что это стало очень даже прибыльным делом. А настоящие ведьмы все это время находились у них прямо перед носом. - Потому что, понимаете ли, - мягко продолжила Фэй, - в Салеме действительно жили ведьмы. Но не те бедные женщины и мужчины из числа осужденных, среди которых не было ни единой настоящей колдуньи или колдуна - а другие, взаправдашние; они смотрели на это безобразие, и оно им не нравилось: слишком близко и слишком болезненно. Некоторые из них даже пытались остановить процессы над ведьмами, но это только вызывало ненужные подозрения, ведь в то время даже дружить с заключенными было опасно.

Она замолчала. Стояла тишина; с лиц вокруг Кэсси ушла веселость, от них веяло холодом и злостью. Будто то, что рассказывала Фэй, до сих пор резало по живому, будто это была не сказка, старая, как покрытое паутиной содержимое бабушкиного сундука, а вечное предупреждение.

- И что случилось потом? - спросила Кэсси сдавленным голосом.

- С обвиненными? Их казнили. По крайней мере, тех, кому не повезло - тех, кто так и не признался. Прежде чем вмешался губернатор и положил этому конец, они успели повесить девятнадцать человек. Последняя публичная казнь состоялась как раз триста лет назад… 22 сентября, в день осеннего равноденствия, в году 1692. Да, у бедных осужденных ведьм шансов не было. Но настоящим ведьмам… - улыбнулась Фэй, - настоящим ведьмам удалось уйти после того, как шумиха улеглась. Тайком, естественно. Они тихо собрали вещички и переселились на север, чтобы основать свою собственную деревеньку, где никто не будет показывать на них пальцем, потому что там все одним миром мазаны. И назвали они свою деревеньку… - она взглянула на Кэсси.

- Нью-Салем, - закончила героиня.

Она тут же вспомнила надпись, выбитую на камне рядом со зданием школы.

- Основана в 1693 году, - добавила она тихонько.

- Да. Ровно через год после того, как закончились процессы. Так что теперь ты знаешь, как был основан наш городок - двенадцатью членами шабаша и их семьями. А мы, - Фэй грациозно обвела рукой группу, - это то, что осталось от тех двенадцати семей; мы - их единственные потомки. В то время как остальные отбросы, которых ты видишь в школе и в городе…

- Такие, как Салли Уолтман, - вставила Дебора.

- …являются потомками слуг. Помощников, - ласково, но немилосердно пояснила Фэй, - или чужаков, которых сюда занесло и которым разрешили остаться. Но двенадцать домов в Вороньей Слободке - это дома двенадцати первых семей. Наших семей. Они вступали в браки друг с другом и сохраняли кровь чистой - большинство из них, по крайней мере. И в конце концов, они явили миру нас.

- Ты должна понять, - произнесла Диана, - что часть того, о чем рассказывала Фэй - всего лишь легенды. Мы не знаем точно, что послужило началом охоты на ведьм в 1692, зато достоверно известно, что случилось с нашими предками, потому что сохранились их дневники, их записи, их книги заклинаний. Их Книга Теней. - Она повернулась, подняла что-то с песка, и Кэсси узнала книгу, которую видела на подоконнике в тот день, когда Диана чистила ее свитер.

- Это, - сказала Диана, поднимая ее, - принадлежало моей прапрабабушке. Книга досталась ей от ее мамы и так далее. Каждая из них записывала в книгу все, что делала: заклинания, ритуалы, важные моменты их жизни, и передавала книгу последующему поколению.

- Так продолжалось примерно до времени наших прабабушек, - включилась Дебора. - Лет восемьдесят или девяносто назад они решили, что все это слишком страшно.

- И слишком грешно, - вставила Фэй с сияющими глазами.

- Они упрятали Книгу и постарались стереть из своей памяти древние знания, - продолжила Диана. - Они стали учить своих детей, что быть другим - неправильно, что хорошо быть нормальным, таким, как чужаки.

- Они ошибались, - проговорил Крис. Он наклонился вперед, скулы его напряглись, лицо исказилось болью. - Мы не можем быть, как они. Кори знала это. Она… - Он замолчал и замотал головой.

- Успокойся, Крис, - мягко сказала Лорел. - Мы знаем.

Шон выпятил грудь и горячо заговорил:

- Они спрятали древнее барахло, но мы его отыскали. Мы не любим, когда нам говорят «нет».

- Действительно, не любим, - проговорила Мелани, бросив на Шона удивленный взгляд. - Конечно, некоторые из нас еще играли в Бэтмена, пока старшие пытались оживить древнюю традицию.

- И некоторым из нас от рождения дано больше, чем другим, - добавила Фэй. Она растопырила пальцы, наслаждаясь видом своих длинных красных ногтей. - Некоторым дано… взывать ко всем Силам.