Молот Времени. Право сильного - Сергей Лисицын

...К замку от дороги вела аллея. Самая настоящая: вековые падубы в два ряда, не засохшие, шелестящие свежей листвой и соединенные оросительными канавками. Между деревьями – дорога, вымощенная порядком истертыми каменными шестиугольниками. Судя по зеленой травке, пробивающейся в щелях между плитами, гости ездили в Каэр-ла-Рэ нечасто. Не знаю уж, мрачная ли слава места была тому причиной, или негостеприимность нынешних обитателей...

Аллея извивалась по склону крутого холма, прихотливо петляя, – так, что двигаться по ней можно было только шагом. Мы и двигались... Сходить с плит Гаэларих запретил категорически – дескать, чувствует вокруг немалое количество магических сюрпризов и ловушек.

Сама вершина горы, на расстоянии двух полетов арбалетной стрелы от стен замка, оказалась голой – падубы кончились, да и все прочие деревья давненько вырублены. Что же, вполне благоразумное устройство подступов... Но в свое время сайэру Фишу никакие фортификационные хитрости не помогли, когда Каэр-ла-Рэ обложил императорский легион и спустя недолгое время взял замок штурмом.

* * *

Над зубцами донжона не трепетал по ветру штандарт, подтверждая: нынешний хозяин замка находится дома... И никаких иных признаков, свидетельствующих, что здесь хоть кто-то живет, не наблюдалось.

Мертвая тишина, ни звука. И ни единого дымка, поднимающегося над стенами. Мост опущен, и, судя по обильной ржавчине, покрывавшей его цепи, подъемный механизм давненько не приводился в движение... Однако ворота плотно затворены. Роль тет-де-пона выполняла небольшая двухэтажная башенка, настолько ветхая, что казалось: стоит хоть кому-то подняться на ее площадку, – и предмостное укрепление тут же рассыплется грудой камней. Никто из здешних обитателей и не поднялся, площадка пустовала...

Понятно, что маг-резидент Ларинтион жилец здесь временный, но все же мог бы содержать в большем порядке императорскую собственность... Фургон остановился у моста, я спешился, ступил на доски настила... И уж сейчас-то меня всенепременно должны были окликнуть сверху, с надвратной башни. Не окликнули... Происходящее все больше раздражало своей неправильностью.

Еще несколько шагов... Тишина. Да что они тут, вымерли все от «смерть-тумана», как те деревни троллей, о которых рассказывал Калрэйн?!

Маг тоже покинул седло, пошел следом за мной по мосту. Негромко произнес:

– Ни в коем случае не притрагивайтесь к воротам.

Я, собственно, и не горел желанием. Ворота – деревянные, окованные толстыми полосами металла, тоже тронутого ржавчиной – оказались густо вымазаны какой-то полупрозрачной слизью, даже на вид липкой и отвратительной... Какова она на ощупь, проверять не хотелось. К тому же тягучая гадость ощутимо эманировала магией – а если даже я это почувствовал, то заклятие на ворота наложено не рядовое... Да и петля Бьерсарда подергивалась, теребила запястье.

– Эге-ге-гей! – завопил я, не придумав ничего лучшего. – Хозяева-а-а-а! Есть кто живой?

– Ох... – простонал Гаэларих, когда смолкло эхо. – Предупреждать надо, Хигарт...

Ну да, голосок у меня, скажу не хвастаясь, звучный... Но, увы, всё в нашем мире мельчает и вырождается, и до кондиций великого героя древности Элвеса мне ой как далеко. От его воплей якобы любые двери разлетались в щепки. От моих же потуг на воротах Каэр-ла-Рэ не появилось ни единой трещинки... Хуже того, наверху, между зубцов, не появился ни один из жильцов замка...

– Силён ты блажить, Хигарт, – сказала наемница, подходя. – Что за сопли тут намазаны? Словно десять великанов два дня сморкались...

Она выдернула саблю из ножен, протянула к воротам...

– Назад!!! – завопил маг у меня над ухом. По-моему, это была маленькая месть за мой недавний звуковой удар.

Хлада отступила на шаг, опустила клинок. Посмотрела вопросительно на магистра.

Гаэларих соизволил объяснить:

– Эти сопли, как вы изволили выразиться, майфрау, – магический субстрат, неспособный причинить какой-либо вред. Однако же неосторожный физический контакт с мельчайшими, невидимыми глазу магическими существами, населяющими его, – даже контакт при посредстве неодушевленного предмета, – может привести к самым фатальным последствиям, вплоть до деструктуализации органической материи.

– Опять пошла десрализация... – уныло произнесла Хлада. – Вы бы уж попроще объяснили, мэтр магистр: мол, чуть коснешься, тут и прилипнешь, да так и сдохнешь.

– Попроще... – Гаэларих поскреб затылок и выдал:

– Тронешь – мозги из ушей потекут! Доступно излагаю?

– А смысл? – поинтересовался я. – Зачем маг-резидент изгадил собственные ворота, что не войти, не выйти?

– Ну вообще-то такую защиту удалить недолго... Да и восстановить – минутное дело.

– И насколько такие вот милые приспособления в ходу среди магов? Это хороший тон – встречать так гостей?

– Я бы сказал, что данное применение необычно... Как правило, сей субстрат применяют для защиты дверей каких-нибудь внутренних секретных помещений. Хранилищ, сокровищниц... Но ворота!.. Абсолютно нерационально, – птичка пролетит, крылом заденет, или другая случайность...

– Может, почтеннейший Ларинтион слегка спятил? – осведомился я. – Устал от визитеров: гости, гости, гости, по десять раз на дню, – в замке гадят, служанок по углам тискают, ложки серебряные воруют... Вот он и решил отдохнуть немного.

Гаэларих ответил лишь взглядом, исполненным глубокого сочувствия, словно не маг-резидент, но я сам нуждался в услугах приюта для скорбных разумом.

Тут к нашей задумчивой троице присоединился Тигар, привязавший поводья оставленных на его попечение коней к какому-то выступу предмостной башенки; ветхое сооружение, как ни странно, выдержало.

Подошел и первым делом потянулся кнутом к «соплям», покрывавшим ворота.

– Нет!!! – завопили мы в три голоса.

Он пожал плечами и вытянул из-за пазухи несколько страниц своей ненаглядной рукописи...

– Вы можете определить, мэтр магистр, есть там кто-нибудь живой или нет? – кивнул я на замок.

– Могу попробовать... – без всякой уверенности сказал маг. – Но высока вероятность ошибки... Тут сменились шесть или семь резидентов, и каждый наоставлял столько магических следов...

Никаких пассов он не совершал, заклинаний не произносил, с магическими кристаллами не манипулировал. Просто повернулся лицом к Каэр-ла-Рэ, закрыл глаза и замер. Оцепенел.

Прошла минута, другая, третья... Гаэларих стоял как стоял, молча и неподвижно.

– У-у-у... – грустно протянула Хлада. – Не набрать нам тут водички, чует мое сердце... Придется грабить акведук и с водяной стражей рубиться.

– Наберем, – пообещал я. – Даже если придется войти внутрь без приглашения хозяина.

Пожалуй, это была не самая лучшая моя мысль... Скажу больше: если бы королевская Академия Туллена проводила конкурс на самую идиотскую идею года, то я имел бы все шансы если не получить главный приз, то хотя бы угодить в список соискателей.