Зазеркалье для Лины - Мира-Мария Куприянова

— Что такого-то? Мы из разных миров! Ты не можешь знать, вдруг какая то твоя просьба меня оскорбит? — выкручивалась я.

— Не считай меня идиотом! Я прекрасно вижу, что тут реально написано! «Если не захочу, то не буду делать и найду чем оправдаться»!

— Ну, не совсем так…

— Даже не пытайся! И при этом, читаем пункт двадцать один: «Супруг обязан по первому требованию предоставлять жене все необходимое для ее полноценного, здорового и эмоционально-стабильного состояния на период ее вынужденного пребывания в измерении супруга». Это же все что угодно может быть! Дракон? Звезда с неба? Еще триста въёльтов? А уж твое «эмоционально-стабильное состояние» вообще миф! Ты же истеричка!

— На себя посмотри, шизофреник рогатый!

— О! Это я сейчас тоже допишу: «Супруга обязуется не употреблять выражения, идиомы и…» АГА! Я все вижу! Не знаю, что значит этот выставленный палец, но уверен, что что-то совершенно недопустимое! Значит «… и невербальные знаки и телодвижения, способные потенциально или напрямую оскорбить ее мужа. Данное правило применимо как при нахождении в обществе других существ, так и наедине». Отличный пункт получился! О! И штраф: «за нарушение данного пункта договора супруг имеет право стребовать с жены компенсацию в виде физической, моральной или материальной повинности»!

— Сразу закатай себе губу обратно получше! Тебя сейчас сразу все начнет обижать! Прямо не Высший Демон, а ранимая Дюймовочка, мать ее! Не вздохни, не пёр…гхм… не выдохни теперь при тебе!

— Господа, давайте немного успокоимся! Просто выдохнем все вместе и еще раз….

— Заткнись! — это мы вместе с Бальте рявкнули на не вовремя влезшего Рея.

— И пункт о супружеской неверности с материальной компенсацией по факту измены сразу вычеркиваем, дорогая!

— Ага! Боишься? Значит изначально планируешь изменять! Остается это лишь доказать!

— И как ты факт доказывать собираешься, интересно? Разве что я прямо перед зеркалом буду кого-то пялить!

— Я найду как!

— Ой, не надо думать, что я тупее тебя! А то я не понимаю, что тебе и доказывать ничего не потребуется! Учитывая, что пункт тридцать два четко регламентирует отсутствие у нас с тобой сексуальных отношений.

— И что?

— Ну и через максимум год мне либо придется перед всеми признавать, что я живу монахом, либо скрипеть зубами и платить тебе неустойки. И то и другое меня не вдохновляет. Тем более, что пункт тридцать два мы вообще вычеркиваем! Мне нужен консумированный брак, иначе его легитимность будет под вопросом.

— Как интересно! И как же ты будешь его консумировать, если я выходить даже не собираюсь?

— Выйдешь! Или прощайся со своими въёльтами!

— Ты подлый садист! Живодер!

— Шантажистка и вымогательница!

— Господа, прошу вас! Давайте успокоимся…

И так уже четвертый час.

Наконец, все немного выдохлись.

Наступило минутное молчание. Мы тяжело дышали, переводя дух и, исподлобья, глядя друг на друга, Рей устало качал головой.

— Так мы ни к чему не придем- уже слегка осипшим голосом резюмировал Демон- Предлагаю поговорить по существу основных позиций. Остальное по мере возникновения ситуаций.

— Согласна- устало выдала я, потирая виски от внезапно наступившей головной боли.

— Значит так. Рейшан, пиши! С супруги: согласие на обучение необходимым знаниям, умениям, навыкам и манерам истиной Диле. В том числе, Дворцовому этикету и церемониальным нормам.

— Согласна- буркнула я- Пиши в примечания, что обучения только в стенах этого кабинета и в заранее оговоренное время (у меня еще тут своя жизнь есть, если что, и свои обязанности!).

— Принято- не глядя на меня отрезал Гиён- Далее: обязательное присутствие на официальных мероприятиях в качестве Диле своего Гиёна. Внешний вид и поведение Диле при этом должны отвечать нормам высшего общества и могут быть скорректированы с учетом пожеланий Гиёна.

— Это что ты там корректировать собрался? — напряглась я.

— Успокойся- устало отмахнулся Демон- Цвет твоего платья под цвет моего камзола, например. Или сам решу, какой гарнитур драгоценностей ты должны будешь одеть. По мелочам! Описывать все это в договоре смысла не вижу.

— Ладно. Приемлемо.

— Что «приемлемо»? — передразнил Бальтезар- Это сейчас ты так говоришь. А потом рогом упрешься и начнешь шантажировать, как обычно. Поэтому сразу пропишем штрафные санкции.

— Когда это я тебя шантажировала?! — взвилась я.

Демон иронично выгнул бровь, со значением взглянув на меня. Я сразу, почему-то, сдулась.

— И что за санкции?

— А такие, чтобы ты точно не могла решить, что «это того стоило»! Рейшан, пиши: «за умышленное неисполнение данного пункта договора накладываются штрафные санкции в виде исполнения желания Гиёна».

— Еще чего! Ты мало ли чего потребуешь?!

— Зато буду уверен, что ты не начнешь специально саботировать каждый выход в свет! Заметь, штрафы только за умышленное неповиновение!

— Ладно- угрожающе протянула я- Я запомнила. Что дальше?

— С моей стороны принципиален еще пункт о консумации…

— Сразу забудь. Нет. Ни под каким предлогом!

— Ты должна…

— НЕТ! Просто соизмерь наши пропорции хотя бы! Ты же меня просто убьешь!

— Не преувеличивай.

— Нет! И еще раз нет! Я понимаю, что моральная сторона вопроса тебя мало волнует…

— Вообще не волнует, если честно- усмехнулся он.

— Значит будем думать о невозможности осуществить это по физическим причинам. Ты свои габариты видел? Я когда на тебя смотрю, в голове одни стихи, блин…

— Правда? Какие? — неожиданно, польщенно, заинтересовался Демон.

— «Если б я имел коня-это был бы номер. Если б конь имел меня- я б, наверно, помер!»

В кресле поперхнулся Рей и постарался скрыть перекошенное смехом лицо. Зато скрыть трясущееся от смеха плечи ему не удалось.

— Что смешного? — рявкнул на него Бальте- Пиши дальше лучше. Диктуй ему!

Я тяжело вздохнула:

— Ладно. Тогда: «Диле имеет право на постоянное пребывание в своем измерении, если ее отсутствие в измерении супруга в этот момент не противоречит пункту один.»

— Принято- недовольно скривившись кивнул Бальтезар.

— «Во время пребывания в измерении супруга, Гиён гарантирует безопасность и неприкосновенность супруги, по мере своих сил и возможностей». Заметь! Я понимаю, что если на меня дерево упадет, то ты, как бы, ни при чем! — съязвила я- «И обязуется не препятствовать ее возвращению в свой мир».