Янтарное сердце Амити - Рона Аск

— Флоренс…

Ах-ты-ж-ёлочный-сироп!

— Лаветта, — произнёс декан, к чему я оказалась совсем не готова. Не решила, что делать!

А его рыжие брови опасно нахмурились, пока он разглядывал моё имя на пергаменте. И мне показалось, или между «Флоренс» и «Лаветта» он сделал паузу? Белладонна! Даже думать не хочу, будто он мог что-то заподозрить. И что мне теперь делать? Вдруг он, правда, если не узнал меня по имени, то узнает по голосу?

Может, поступить как Шкаф… Э-э-э, Зан и просто поднять руку? Нет, не пойдёт. Так я только больше привлеку к себе внимания. Поэтому возвращаемся к плану о смене голоса и говори, Лаветта! Говори! Желательно естественнее.

Решившись, я набрала в легкие побольше воздуха и…

— Здесь, — от волнения неестественно пробасила я и захотела хлопнуть себя по лицу.

Со всех сторон послышались скрип скамеек и шуршание одежды, когда ученики начали на меня оборачиваться. Твою же белладонну…

— Флоренс! — прогремел точно гром среди ясного неба голос декана, а я поспешила спрятаться за шляпкой. — Встаньте.

И встала. Что ещё мне оставалось делать?

— Снимите шляпку.

«Ах-ты-ж-зараза! — мысленно выругалась я. — Хочет увидеть моё лицо!»

И вдруг меня захлестнула такая сильная злость от несправедливости, которую подкинула мне судьба. Я же столько времени старалась, училась, чтобы наконец-то поступить в Академию Амити, а потом присоединиться к Мечам (или на крайний случай к Теням) и найти убийцу моих родителей, а тут опять этот лейтенант. Нет уж, я так просто не сдамся!

Бросив шляпку на стол, я гордо вскинула голову и посмотрела на Флэмвеля Младшего, у которого при виде меня лицо на мгновение вытянулось. Ага! Вспомнил. И что теперь? Разозлится? Отругает? Сделает какую-нибудь пакость?

— Флоренс, я прошу вас и впредь снимать шляпку на моих уроках. Садитесь.

Теперь пришла очередь моему лицу вытянуться. И это всё?

— Флостис Рей.

Да, похоже, что всё. Декан продолжил перекличку, к тому же еще с таким бесстрастным выражением лица, будто в первый раз меня увидел!

— Здесь!

Я медленно села, пребывая в растерянных чувствах: и вроде хорошо, и вроде обидно. Мне-то казалось, всё выйдет… немного иначе. А он меня просто проигнорировал. Представляете? Проигнорировал после всего, что между нами было! Это как «пшик» без «бум» — настораживает.

— Флэмвель, — произнес декан, и я встрепенулась.

Неужели еще один Флэмвель?

— Дамиан.

Да ладно! Быть не может! Я тут же опустила взгляд на первый ряд, где сидел Сердцеед, как раз в тот момент, как он надменно и с чуть заметной издевкой откликнулся:

— Здесь, профессор Реджес.

А в аудитории поднялся тихий ропот: «Ого, ещё один Флэмвель!», «Ничего себе!», «Вот это да!».

— Мы завтракали за одном столом с Флэмвелем! Лав, представляешь? С Флэмвелем! — пришла в восторг Несс, а вот мы с деканом не разделили ее радости по поводу еще одного Флэмвеля в академии.

И пока я скрипела зубами от злости, потому что Дамиан все знал! Все знал и откровенно надо мной потешался сегодня за завтраком. Декан рявкнул:

— А ну тихо!

И столько силы и власти было в его голосе, что все ученики мигом смолкли, а я невольно его зауважала. Может быть, звание лейтенанта он получил и не за красивые глазки, однако исключать того, что родство с Флэмвелями все равно сыграло свою роль, я не стала.

— Перекличка еще не закончена, — грозно сверкая глазами, уже тише заметил декан. — Уважайте своих товарищей. Хавлер Эдриан…

И пока он продолжал перекличку, которая стремительно подходила к концу, я все продолжала хмуриться да сверлить взглядом затылок Дамиана. Как бы он не стал для меня серьезной проблемой. Декан-то ясен пень не станет всем подряд рассказывать о том, что случилось между нами, а вот Дамиан… Как бы мне хотелось хотя бы на минуту научиться читать его мысли и выяснить: что именно ему известно, что он задумал и как он понял, что это я та самая Лав из магазинчика.

Глава 15

Сколько бы я ни сверлила затылок Дамиана взглядом, он ни разу не оглянулся. Только иногда чуть поворачивал голову, а потом опять устремлял взор на декана, будто издевался. Поэтому от постоянного ожидания я немного перегорела — успокоилась, а после вовсе отвлеклась на лекцию. Декан, белладонна его побери, оказывается, умеет интересно рассказывать.

— Как директор и сказал, ваш первый курс будет экспериментальным. Если раньше профессор Искрад делал больший упор на теорию, и все ученики получали необходимую практику уже после выпуска в отряде Мечей, Теней или среди других полицмагов, то мы уделим основное внимание вашей физической подготовке, взаимодействию с противником и умению быстро и с пользой применять магические навыки. То есть вас ждет практика, практика и еще раз практика. Поэтому заранее предупреждаю: слушайте теорию с удвоенным вниманием.

Он обвел нас взглядом сокола:

— Дважды повторять основы не буду, — зачем-то остановил взор на мне. — На это у нас нет времени.

И отвернулся, а Несс с придыханием шепнула:

— Какой он суровый.

Я утвердительно промычала и нахмурилась — это был такой намек от декана, мол, забыли о прошлом — двигаемся в будущее, или что?

— Но это не все изменения, которые коснутся вашего курса, — продолжил он объяснять. — Раньше учеников со стихиями света и тьмы отсеивали с Боевого факультета и переводили на другие, более подходящие, но в этом году отсева не будет. Даже некроманты останутся продолжать обучение на Боевом.

Декану пришлось повысить голос, потому что по аудитории прошелся шепот взволнованных учеников. Я тоже удивилась. Как декан и сказал, раньше на Боевом, если кто-то из учеников получал силу света или тьмы, их переводили на курс поддержки, целительства, колдовства или некромантии, потому что считалось, что в бою их силы малоэффективны, но там они, наоборот, приобретали огромный успех. Дело в том, что отборочный кристалл, который и отсевает учеников на подходящие им факультеты, улавливает не то, какая стихия достанется будущему ученику, а какой магический потенциал в нем прячется: уровень силы и контроля. Если достаточно высокий, то кристалл определяет будущего мага в Боевой. Если слабее, то в поддержку или целительство (тут ученик может даже выбрать) и так далее. Поэтому иногда случается, что могущественный целитель или колдун изначально оказывается на Боевом факультете, потому что заранее узнать, кто и какую стихию получит — невозможно. Не считая, конечно, пострелков, которые вольны выбрать сами. И если со светом и колдовством понятно, почему они не подходят (в первом случае — свет наиболее эффективен для целительства, а во втором — у колдунов возникают трудности с наложением проклятий в бою), то с некромантами дело гораздо сложнее.