Сокровище в пелёнках - Ирина Агулова

Поспать этой ночью удалось лишь самую малость, а утро нас встретило новыми делами и заботами. Дариша вела себя просто замечательно, но ровно до того момента, пока Ден не развернул в гостиной, прямо в воздухе, магическую карту местности. Мы обсуждали где лучше открыть портал, прислушиваясь к мнению юного гостя, когда наша кроха начала сначала хмуриться, а потом, её губки задрожали, а из глаз хлынули слёзы.

Перепугалась я знатно, мгновенно перейдя на внутреннее зрение и тщательно, сантиметр за сантиметром, обследовав её ауру, в оттенках которой не было ни тени, говорящей о том, что где-то или что-то у неё болит. Хранительница лишь пожимала плечами, давая понять, что причина ей неизвестна, и в этом деле она мне не помощница. Да я, в принципе, и не просила, надеясь на свои способности. Вот только от детского крика душу буквально разрывало на части.

Бреннар, как истинный мужчина, решил принять удар на себя, попытавшись взять Даришу на руки, в надежде, что та успокоится, почувствовав тепло отцовской ладони, но потерпел неудачу, поскольку та вцепилась в мою блузку своими цепкими пальчиками так крепко, что от задуманного пришлось отказаться.

- Она не хочет, чтобы вы уходили без неё, - покосившись на вопящую кроху, проворчал Литополес.

- Что? - в три голоса воскликнули мы, причём бабуня даже закашлялась, поперхнувшись воздухом.

- Я плохо её понимаю: глупенькая она ещё, не умеет правильно формировать мыслеформы, но девчушка чего-то боится, - мальчик шагнул ближе, и, не скрывая любопытства, заглянул в раскрасневшееся личико, - да, так и есть, боится, что вы не вернётесь.

Сказать, что мы удивились - это не сказать ничего. Потрясённо хлопая глазами, я открывала и закрывала рот, не понимая, то ли плакать, то ли смеяться. Как младенец, которому едва ли исполнился месяц, может чего-то боятся, причём настолько ясно, что это понял даже мальчишка одиннадцати лет?

- Ты ничего не путаешь? - осторожно переспросил Бреннар.

- Я уже давно научился считывать эмоции и понимать к какому объекту они относятся, -гордо задрав нос, заявил тот. - Думаете, почему я так спокойно сел с вами за один стол, там, в трактире?

- И почему? - мне было действительно любопытно.

- Потому, что знал - вы меня не обидите. Я видел вашу любовь друг к другу и искреннее желание мне помочь, а так бы не подошёл к вашему столику и на пушечный выстрел. Кстати, если хотите, я вам тоже помогу.

- Это как? - настороженно уточнила я, всё ещё не веря в то, что мальчишка говорит правду.

- Успокою Дару, - вздохнул он, - а то уже в ушах звенит от её воплей, да и поторопиться бы нам не мешало, а то я и так отсутствовал слишком долго.

Переглянувшись с Эйденом и получив от него одобрительный кивок, я плюхнулась на стул, но не столько для того, чтобы Никасу было лучше видно, сколько из-за дрожи в ногах, правда, не забывая при этом внимательно наблюдать за действиями ребёнка.

- Не бойтесь, - коснувшись моей руки, доверительно зашептал Ник, - я её не обижу, - и в тот же миг едва различимая волна спокойствия прошлась по телу, сметая нарастающую панику. - Вот, так уже лучше.

- Обалдеть, - только и смогла выдохнуть я. - Это что сейчас было?

Как работают менталисты, я уже знала, но подобное управление эмоциями было для меня в новинку.

- А вот так, - проворчал Литополес. - Я же не расспрашиваю, как вы пользуетесь своей целительской силой?

- А скажи-ка мне, хлопчик, к какому роду-племени ты относишься? - подозрительно вопросила бабуля, скрестив руки на груди. - Знавала я одних опальных герцогов с подобными талантами, сгинувших в окрестных болотах лет десять назад. Не твои ли родичи? Не помню как их там... Марнолесы что ли, или Марволесы? Запамятовала.