Факультет некромантии. Выживут (не) все - София Чар

– Что ты хочешь узнать?

Медленно кивнув чему-то, Анна откинулась на спинку кресла, занимая максимально расслабленное положение.

– Меня не интересует, кто тебя нанял, не волнуйся. Мне нужно знать, зачем сюда прибыл Найстиэль и кто кроме тебя мог это знать. Кто-то знал точно, раз по округе ходят такие любопытные бумажки.

Не меняя позы, Анна протянула эльфийке письмо, заставляя все же подойти ближе. Жест доброй воли и одновременно желание лучше видеть лицо собеседницы.

Последнее, впрочем, мало чем помогло. С тем же настороженным выражением лица скользнув взглядом по строчкам, Лу едва заметно усмехнулась краешком губ.

– Кто-то очень ловкий. – Вздохнув, женщина закатила глаза и все же присела в кресло напротив гостьи. – Ладно, пес с тобой. Его прислал Владыка демонов. Он должен был определить характер скачков стихии пламени здесь и, в случае обнаружения наследницы стихии, нейтрализовать ее.

– Да чтоб тебя лишаем побило, сволочь!

Как ни старалась подготовиться к этому, сдержаться не удалось. Резко хлопнув ладонью по подлокотнику, Барс на миг замерла, глядя на собственную ладонь на резном деревянном подлокотнике. Стандартная мебель преподавательской спальни. У нее было точно такое же.

Вот и вся романтика, вот и вся любовь.

– Владыка, это его отец? – с трудом подавляя бурю эмоций, чуть хрипло уточнила Анна.

Она все еще была стражем. Одним из лучших работников фирмы, зарплату на которой нужно было отрабатывать.

Но к удивлению Анны, эльфийка в ответ только отрицательно покачала головой.

– Нет. Это демон первого мира. Я не знаю, кто он, но твой муж называл его Владыкой.

Это уже было достаточно интересно. Найстиэль не любил пышных и беспочвенных прозвищ, и не стал бы обращаться так к тому, кто его не заслуживал.

– А заказал его папаша? Старый император решил, что бастард в кронпринцах – дело гадкое и нужно бы его как-то убрать? – криво усмехнувшись, предположила она.

Лу не ответила, но по тому, как поскучнело выражение ее лица, Анна поняла, что попала в точку. Собственно, это было всем, что она хотела узнать. Вздохнув, женщина поднялась с места.

Разговор был окончен и смысла задерживаться здесь больше не было. Впрочем, у самой двери ее вдруг снова нагнал голос Лу.

– Эй, постой!

Успев опустить ладонь на дверную ручку, некромантка удивленно обернулась.

– М-м-м?

Поджав на мгновение губы, эльфийка вдруг взъерошила волосы, разрушая эфемерный идеал аккуратной прически.

– Ты сейчас сильно занята?

– Не особенно… – уклончиво отозвалась Барс.

По сути, Анна собиралась все же добраться к брату. И даже если того не окажется на месте, можно будет посидеть в Семицвете и выпить чашечку кофе с коньяком. Можно даже без кофе.

– Тогда может пойдем в таверну?

От неожиданности, Анна даже отреагировать не сумела, окончательно разворачиваясь к собеседнице. Когда это наемница успела влезть в ее голову? Неужели забыла обновить защиту от телепатических нападок.

Но все оказалось куда прозаичнее.

Снова взъерошив волосы, Лу недовольно искривила губы.

– Меня никогда в жизни так нагло не тыкал в дерьмо потенциальный труп. Это, рыбий потрох, паршиво! Как ты вообще это чудовище столько лет терпела!

– Да вот знаешь, сама диву даюсь.

Усмехнувшись, Анна только скрестила руки на груди. Почему бы, собственно, и нет.

Общий раздражающий фактор в лице мужчины – один из лучших поводов для шумного застолья. А подобные застолья – один из лучших поводов для образования крепкой женской дружбы.

Анна прекрасно знала, что ее брат – бессовестное и крайне неблагодарное существо. В очередной раз утвердиться в этом знании пришлось ранним утром. По крайней мере, сперва Барс была твердо уверена, что это раннее утро, которое она встречает в своей комнате.

Это сладкое заблуждение и развеял бессердечный братишка, открыв окно и громко присвистнув.

– Пьющая женщина…

– Счастье в таверне!

Хриплый ответ откуда-то со стороны пола заставил Анну медленно открыть глаза и сонно осмотреться по сторонам. Вывод был не утешительным. Комната была явно не ее, голова немного трещала и, судя по паскудной улыбке братишки, лучше ей было не проясняться.

– Кир, умри… – простонала она, уткнувшись лицом в постель.

– Могу организовать, – прежде чем жизнерадостный родственник собутыльницы успел что-то сказать, щедро и очень мрачно пообещала Лу, со вздохом садясь на одеяле.

Постель женщины разделили по-сестрински. При этом Анна явно оказалась младшенькой сестренкой, раз ей досталась собственно постель, в то время, как эльфийке пришлось довольствоваться жиденьким одеялом из собачьей шерсти. По крайней мере, вид соответствовал именно этому поставщику.

– Да я разве спорю, действительно счастье, – покладисто пошел на попятную Киран.

Слишком покладисто.

Это осознание вынудило Анну совладать с тяжелой головой и сперва поднять ее над кроватью, а после и вовсе сесть. Подозрительно довольный вид братишки вынудил ее вскинуть руку, обвиняюще ткнув в него пальцем.

– Я не хочу знать, что я вчера делала. И я не хочу, чтобы это узнал кто-то другой. Ни в устном, ни в письменном, ни в песенном, ни в стихотворном пересказе.

– Что и нарисовать нельзя? – даже немного огорчился Киран.

Судя по всему, он уже ярко представил себя с кистью и лихо отброшенным на плечо клечатым шарфом и слова сестренки серьезно его разочаровали. Особенно, когда Барс, одернув помятую рубашку, свесила ноги с постели.

– Рисовать, вышивать, выжигать, изображать и вырезать тоже не смей, – с нажимом перечислила она.

Судя по тому, как разом погрустнел Киран, основные варианты бессовестная некромантка перебрала. Впрочем, расслабляться Барс не спешила. Она слишком хорошо знала своего брата, чтобы быть уверенной – этот гаденыш найдет выход. Даже если для этого ему придется потратить массу времени для завязывания миллиарда узлов…

– Макраме тоже нет, – на всякий случай добавила Барс, пытаясь отыскать свой сапог.

Один обнаружился под головой, порядком озадаченной этим фактом Лу. Ночью неудобство как-то не ощущалось, а к утру двигать странную подушку было уже откровенно лень, пусть что-то на ней и впивалось в щеку.

– А второй? – протянула Барс, спешно отведя взгляд от собутыльницы.

«Что-то» оказалось фигурной пряжкой, до последней точечки металла пропечатавшейся на щеке Лу-Тин.

– А ты его подарила.

Зевнув, эльфийка с хрустом потянулась. Ее такое пробуждение явно не смущало.