Укроти мое сердце - Елена Соловьева

— Так вот почему ты так вкусно готовишь, — пошутил Хан. Тыльной стороной ладони провел вдоль моей скулы. — Хорошо, что братья-осьминоги не знали об этом твоем таланте. Иначе мне не хватило бы кристаллов на выкуп.

Я тонула в его глазах. Завороженная мягким голосом с легкой хрипотцой, плыла на волнах нежности. Еще никогда не была я так близка к тому, чтобы отринуть все принципы и первой броситься на шею мужчине.

Хан, вроде бы, тоже позабыл об осторожности. И о своих недавних словах, убеждавших меня вернуться на землю.

— Ты говорил, будто все на Лаэсе знают, каково быть отвергнутым, — напомнила, спеша вернуться к разговору. — Но не рассказал мне, как к вам прибились Ирон и Крис?..

Я прекрасно помнила, что обещала не задавать вопросов. Но использовала первый пришедший на ум предлог, чтобы отвлечься от все возраставшего желания. Только бы не чувствовать себя такой беспомощной и одновременно способной свернуть горы. Хан наделял меня особыми чувствами и эмоциями. Они пугали и манили, кружили голову и заставляли сердце ликовать.

— Об этом они расскажут сами. Когда будут готовы, — ответил Хан. Грустно улыбнулся и поинтересовался: — Мне кажется, или ты нарочно задала этот вопрос? Хочешь, чтобы я обругал тебя за излишнее любопытство и поскорее ушел?

Как же хорошо он успел меня изучить. Хан все чувствовал и все понимал. Улавливал малейшие изменения моего настроения. О таком можно только мечтать.

Но не мне. В противном случае я рисковала вернуться на Землю с разбитым сердцем.

— Тебе показалось, — соврала не слишком убедительно.

Спрятала руки за спину. Тут же почувствовала, как Хан убрал ладони с моей талии, и отступила на шаг. Покачнулась, точно лишенная опоры.

Устояла. Придала лицу спокойное выражение, точнее — попыталась это сделать. Что толку притворяться, если Хан и без того понял, что я спасовала?

— Мне нужно идти, — сообщил он, поднимаясь. — Лаэсу нужен капитан.

«А мне нужен ты», — добавила я про себя. Но не посмела произнести это вслух.

И вновь бессонная ночь приняла меня в свои колючие объятия. И вновь боролся разум с телом. Но я не была готова предать все, что мне дорого. Все то, что потеряла и к чему стремилась вернуться.

Вдали от родной планеты, от друзей и близких я ощущала странную пустоту внутри. Не хватало любви и доверия. Все еще было страшно. Неуверенность в дне завтрашнем давила и заставляла отчаянно рыться в памяти, заполняя душу воспоминаниями о прошлом и яркими моментами минувших дней.

Все это иллюзия. Сердце подсказывало, что я пытаюсь заглушить чувства к Хану, возводя тоску по дому в крайнюю степень. Чертов защитный механизм, выработанный с годами. Я так привыкла быть сильной, гордой и неприступной. И теперь это работало против меня.

Как бы ни болела душа, работу никто не отменял. В ней я нашла забвение, как и остальные члены команды Лаэса. Доведенная до изнеможения постоянными тренировками, забывалась тревожным сном, чтобы утром начать все сначала.

Спустя неделю мы прибыли на Криптон, планету-пустыню. Там, среди песков и раскаленных солнцем каменных глыб, и приземлился Лаэс. Жители не позволили нам спуститься в свои подземные города, предоставив лишь место для стоянки. Сами же изредка приближались к кораблю-цирку, рассматривая диковинку из снабженных охладительными системами бронетранспортеров.

Я их не видела. Кажется, успела устать от разнообразия рас и планет. Все они настолько примелькались, что стали безликими. Просто зрители, которые платят за выступление. И без разницы, как они выглядят. Сколько у них ног, рук и голов — лишь бы кристаллы в карманах водились.

В отличие от криптонцев, неограниченных в средствах, мы не могли позволить себе такую роскошь, как постоянно включенная система охлаждения. Без заведенных двигателей Лаэса мы могли включить лишь кондиционеры, но толку от них было мало. Работать приходилось в невыносимых условиях.

И все же, изнемогая от жары и духоты, мы продолжали репетиции. Старались делать это ночью — когда немного спадала жара. Правда, длились крипторианские ночи всего лишь шесть земных часов — но этого хватало с лихвой. Остальное время труппа проводила в каютах.

Во время генеральной репетиции Хан удивил меня.

— Я приготовил сюрприз! — заявил он. — Думаю, тебе понравится.

Я, обессиленная, сидела на высокой подставке и отдувалась, точно паровоз. Жар от огня в дополнение к и без того высокой температуре воздуха, измотал окончательно. Даже языком шевелить не хотелось, не то что изображать радость или любопытство.

— Надеюсь, это что-то холодное и свежее, — пробубнила я не слишком радостно.

Откинулась на спину и прикрыла глаза. Не от того, что силы окончательно покинули, вовсе нет. Хан, разгоряченный, с растрепанными волосами, выглядел слишком привлекательно. Удивительно, но он совершенно не потел и, кажется, почти не замечал жары.

— Угадала! — послышалось в ответ. — Мы с Анкором посовещались и приняли решение использовать запасы питьевой воды в качестве дополнительного средства охлаждения. Если не ошибаюсь, земляне это называют купанием.

Последнее его слово прозвучало музыкой в моих ушах. И почему они не придумали это раньше? Разве может волновой душ сравниться с таким блаженством.

— Если ты еще и мыло раздобудешь — расцелую! — выпалила я опрометчиво.

— Я запомню обещание, — произнес он в ответ. И смерил меня долгим взглядом, полным предвкушения. — Ты сама говорила, что всегда держишь слово.

Мне захотелось прикусить себе язык. Одной небрежной фразой я обрекла себя на муку. Страшно представить, что стану делать, если Хан попросит исполнить обязательство. Еще страшнее — если не попросит.

Как итог, в импровизированную купальню мы вошли молча. Хан и Анкор славно потрудились, превратив хозяйственный отсек в райский уголок. Даже мягкий ковер на пол бросили. Сняли верхнюю часть резервуара с водой и обложили края плотным материалом. Получилось нечто вроде квадратного бассейна с метр в высоту. Не слишком глубоко и достаточно, чтобы охладиться.

Еще больше меня впечатлили размеры купальни — три на три метра. В такой могли уместиться все члены команды и при этом не мешать друг другу.

— А где остальные? — в тон своим мыслям спросила я.

— Крис предпочла привычный волновой душ, Рин и Амула теплолюбивы и не испытывают неудобств, — пояснил Хан. — А Анкор милостиво уступил право купаться первыми нам.

Я раздраженно хмыкнула:

— Не нам, а тебе. После ненавистной землянки он бы побрезговал принимать ванну.

— Ты к нему слишком сурова, — заметил Хан.

Но все же предложил перед тем, как лезть в воду, принять волновой душ. Я не отказалась — не потому, что берегла чувства Анкора. Скорее не хотела, чтобы Хан почувствовал запах пота.

После того, как мое тело стало чистым и свежим, я вышла из кабинки душа. Осмотрелась и облегченно вздохнула. Воспользовалась тем, что Хан все еще находился в соседней кабинке, быстро скинула одежду и запрыгнула в воду.