Город падших ангелов - Кассандра Клэр

– Пусти! – дрожащим голосом потребовала она.

– Нет. Пока не поговорим, не пущу. – Он оглядел улицу: капли, падая на мостовую, взрывались подобно бутонам цветов. – Идем.

Джейс за руку потащил Клэри сначала в обход фургона, затем – в переулок, граничащий с баром «Альто». Сквозь стекла высоких окон долетали приглушенные звуки музыки. Выложенный кирпичом переулок явно служил кладбищем погибшей музыкальной техники: тут валялись сломанные усилки, микрофоны… даже осколки пивных бокалов и сигаретные окурки.

Вырвавшись из хватки Джейса, Клэри развернулась к нему лицом:

– Если хочешь извиниться, даже не заморачивайся. – Она откинула со лба отяжелевшие мокрые волосы. – Слышать ничего не желаю.

– Я только хотел сказать, что помогаю Саймону. – Капли дождя слезами стекали с ресниц и по щекам Джейса. – Я в баре уже…

– Сразу сказать не мог? Эсэмэску прислать? Нет, погоди, ты не вернул сотовый! Дай сюда!

Джейс молча вытащил сотовый из кармана джинсов и отдал его Клэри. Вроде цел; девушка поспешила спрятать телефон в «почтальонскую» сумку, пока тот не промок под дождем. Джейс взирал на ее действия так, словно Клэри залепила ему пощечину. Оскорбленный вид лишь разозлил ее еще больше. Да какое право он имеет обижаться?!

– Я подумал, – медленно произнес Джейс, – что помочь Саймону – хорошее начало. Дурацкая идея: типа ты простишь меня, узнав, что я его охраняю…

Тут скопившийся гнев вырвался наружу обжигающей, неуправляемой волной.

– Мне плевать, что ты там себе думаешь, Джейс Лайтвуд! – закричала Клэри. – Простить тебя за то, что ты меня разлюбил? Если так, то не волнуйся…

Пятясь, Клэри наступила на сломанный микрофон. Взмахнув рукой для равновесия, она уронила сумку. Джейс метнулся вперед – подхватил девушку и, не прекращая движения, прижал ее к стене. Жадно впился губами в губы Клэри.

Разум говорил: оттолкни его, – но остальная часть ее существа поддалась. Клэри не могла сопротивляться, когда Джейс дарил ей поцелуй, за который и в ад пойти не жалко.

Впившись пальцами в мокрую ткань футболки и чувствуя под нею упругость мышц, Клэри ответила. Ответила со всем отчаянием последних дней, когда она не знала, что с Джейсом и где он пропадает. С чувством, будто вырвали кусочек сердца, без которого невозможно дышать полной грудью.

– Скажи, – попросила Клэри, скользя щекой по щеке Джейса. – Скажи, в чем дело?.. Ой!

Чуть отстранившись от нее, Джейс обнял Клэри за талию и поставил на разбитую колонку. Теперь их лица были почти на одном уровне. Прижав к ее щекам ладони, Джейс подался вперед. Тела юноши и девушки соприкоснулись… и только. От Джейса исходил лихорадочный жар. Положив руки ему на плечи, Клэри желала большего – чтобы он ее обнял, крепко-крепко.

– П-почему? – спрашивала она. – Почему ты не говоришь со мной? Не смотришь на меня?

Он заглянул ей в лицо. Обрамленные потемневшими от воды ресницами, его глаза невыносимо горели золотым.

– Потому что люблю тебя.

Не выдержав, Клэри притянула его к себе за шлевки джинсов. Джейс не стал сопротивляться; упираясь ладонями в стену, он прижался к Клэри. Они соединились: грудью, бедрами, ногами, словно кусочки головоломки. Руки Джейса скользнули Клэри на талию; он целовал ее долго, неотрывно, заставляя трепетать.

И вдруг Клэри оттолкнула его:

– Бред!

– Как и то, что ты делаешь. Но мне плевать. Я устал притворяться, будто могу прожить без тебя. Как ты не видишь? Я сам себя убиваю!

Клэри понимала: он не лжет. Видела это в его глазах, под которыми залегли глубокие тени, в том, как бьется пульс в жилке на шее. Страстное желание выведать правду боролось с желаниями куда более примитивными и древними. И проиграло.

– Поцелуй меня, – шепнула девушка, и он подчинился.

Их сердца стучали, словно силясь вырваться наружу, навстречу друг другу – сквозь разделяющую их тонкую ткань одежды. Клэри тонула в этом чувстве, чувстве поцелуя, когда капли дождя свободно стекают по лицу, когда руки любимого свободно ласкают ее сквозь мокрое, облепившее тело платье – казалось, он гладит ее голую кожу. Грудь, бедра, живот. Приподняв подол платья, Джейс крепко ухватил Клэри за ноги и прижал к стене, а Клэри обняла его бедрами за талию.

Всхрипнув, Джейс впился пальцами в колготки, и те, разумеется, порвались, обнажая голую кожу. Клэри, не оставаясь в долгу, запустила руки Джейсу под свитер; ребра, кубики пресса, шрамы на спине, выступающие из-под пояса кости таза – все спешили исследовать ее руки. Джейс тихонько постанывал, целуя Клэри крепче и крепче. Казалось, ему все мало…

С громким лязгом сказочный сон прервался.

Ахнув, Клэри отстранила Джейса, и от неожиданности он ее выпустил. Клэри чуть не свалилась с колонки. Неуклюже приземлившись на ноги, она принялась оправлять платье. Сердце стучало в груди как таран; голова кружилась.

– Пипец! – В устье переулка стояла Изабель; мокрые волосы ниспадали ей на плечи, словно края капюшона. Пнув стоявший на пути мусорный бак, она пророкотала: – Бога ж ради, вы, двое! Глазам не верю! Чем спальни плохи? По-человечески уединиться не можете?

Вода стекала с Джейса ручьями, мокрые волосы, практически серебристые в свете далеких фонарей, липли ко лбу. Изабель – не Изабель, от одного взгляда на Джейса Клэри до боли захотелось прикоснуться к нему. Он смотрел на Иззи так, будто его выдернули из сна: ошалело, злобно, только-только начиная понимать, что происходит.

– Я искала Саймона, – попыталась оправдаться Изабель. – Он со сцены сбежал, понятия не имею куда. – Клэри даже не заметила, как закончила играть музыка. – Ладно, вижу, что здесь его нет. Удаляюсь, а вы продолжайте. Я всегда говорю: какой прок от кирпичной стены, если к ней некого приложить?

Засим она ушла в сторону бара.

Клэри и Джейс переглянулись. В любое другое время они рассмеялись бы над брюзжанием Изабель, но сейчас в глазах Джейса Клэри не увидела ни капли задора. Она моментально поняла: то, что произошло между ними – взорвалось ярким бутоном в краткий миг потери самообладания, – ушло. Во рту ощущался привкус крови. Сама ли Клэри прикусила губу или то вина Джейса?

– Джейс… – Она шагнула ему встречу.

– Не надо, – резко остановил он ее. – Нельзя.

И убежал – так быстро, как только мог. Расплылся вдали темным пятном еще прежде, чем Клэри успела его окликнуть.

* * *

– Саймон!

Злобный окрик заставил его опомниться. Саймон выпустил Морин – или подумал, что выпустил, – и в следующий миг его за запястья схватили сильные руки и отшвырнули в сторону. Бледный, взъерошенный и потный после выступления Кайл рывком поднял вампира на ноги.

– Какого черта, Саймон? Какого черта…

– Я не хотел, – хватая ртом воздух и не разбирая собственных слов, пролепетал Саймон. Он так и не научился разговаривать с торчащими наружу клыками. Из-за плеча Кайла он увидел Морин – девочка лежала, скорчившись, неподвижно. – Само собой получилось…