Измена. Отбор для предателя - Алиса Лаврова

Ивар

—Сто двадцать одна, князь, пока это все, что более или менее достойно рассмотрения,— говорит Даррен.— Многие хотят влезть в отбор, не отвечая при этом даже самым базовым критериям. Ваша мать отсеила более половины. Так что…

Я, в соповождении тараторящего Даррена, иду через ряды выстроившихся девушек. Все молоды, все одеты скромно, у каждой волосы забраны назад, чтобы было видно только и лицо, и ничто не мешало оценить красоту черт их лиц.

Почти каждая пытается поймать мой взгляд, отчего у меня такое ощущение, что они толпой хотят сожрать меня. Теперь я уже не уверен, что это было хорошей идеей. Теперь мне кажется, что среди этих девушек я не найду никого, кто был бы достоин зачать от меня наследника. А ведь еще совсем недавно я был так уверен.

Лица передо мной сменяются бесконечной чередой и кажутся единым смазанным пятном. Красивые губы, красивые глаза, румяные щеки, налитые груди.

Молодость и цветение. Дракон внутри меня отзывается на близость девушек и с интересом следит за моими действиями.

Он словно спрашивает.

—И для чего так много? Раньше нам хватало и одной.

Мне хочется ответить ему, что я бы предпочел, чтобы так и оставалось всегда. Но я приказал себе больше не думать об Элис и смотреть только вперед. Значит именно так и нужно делать. Никаких сожалений, никаких воспоминаний. Мне просто нужно прийти в себя, нужно, чтобы прошло время.

Я подхожу к одной из девушек и заглядываю ей в глаза. Каре-зеленые. Она смотрит на меня почти так, как смотрела Элис в первые дни нашего знакомства. Влюбленная… В кого? Ведь она даже не знает кто я такой. Видит лишь образ дракона. Если бы она увидела, какой раздрай в моей душе, пожалуй зажмурилась бы и отвернулась. Если бы она знала, что великий дракон Ивар Стормс страдает от сомнений и боли, запивая ее зельем, не смотрела бы на меня такими влюбленными глазенками.

Сжимаю и разжимаю руки, чтобы разогнать застывшую в них боль. Теперь она моя постоянная спутница. Я жду, что однажды утром проснусь и не смогу пошевелить ими. Проклятые лекари только разводят руками и говорят, что нужен отдых.

Может быть боль теперь будет моей женой? Может быть боль подарит мне наследника?

Невесело ухмыляюсь и обращаюсь к девушке:

—Имя,— спрашиваю я.

—Саманта Лайт,— делает девушка легкий поклон.

—Зачем пришла на отбор?

—Чтобы составить для вас счастливую пару и подарить вам здоровых и сильных наследников, князь.

Голос ее звучит, словно переливчатая песня. В другой ситуации эта сладкоголосая дева разожгла бы огонь во мне. Но теперь я только прохожу мимо, качая головой.

Не то.

Блуждаю глазами по лицам и фигурам девушек. Красивые, стройные, здоровые. Но не те.

Никто даже близко не может сравниться с Элис.

Жадность, затаенный страх, подавленные чувства. И только.

Ни в одной из них я не вижу того, что увидел когда-то в Элис. Ни одна из них не кажется мне достойной быть рядом со мной. Ни одна из них не кажется достойной заменить ее.

Подхожу к еще одной. Светлые волосы, небесно-голубые глаза, огромные, словно озера. В них бы растворяться и растворяться… Почему бы этой не быть моей избранницей?

Я приближаю свое лицо к ее личику и слежу за ее реакцией. Отшатнется ли, испугается ли?

—Ты здесь зачем?

Она хороша, почти так же хороша, как она… От ее ответа многое будет зависеть.

—Чтобы разделить ваше одиночество, князь, и сделать вас счастливым. Я только и мечтаю о том, чтобы вы были счастливы.

—Какое дело тебе до моего счастья?— раздражаюсь я,— ты меня даже не знаешь.

От моего рыка она словно съеживается. Боится.

—Я считаю вас величайшим и достойнейшим из драконов…

—А ты много знаешь драконов, девочка?

—Нет..

—Ну и откуда тебе знать, величайшай я, или ничтожный?

Я знаю, что ответила бы Элис на этот вопрос.

Но эта девочка только начинает дрожать и что-то блеет.

Вздыхаю и иду дальше. Что-то мне подсказывает, что она не пройдет ни одного испытания, с такой то кроличьей душой.

Я указываю Даррену на еще нескольких, уже не утруждаясь разговаривать с ними.

Сплошное разочарование. Но из кого-то же надо выбирать… Если нет ничего лучше, придется выбирать из того, что есть.

Я сажусь в кресло и делаю большой глоток обезболивающего зелья. Единственное, что хоть немного ослабляет мою боль. Но сколько бы этой горькой дряни я ни пил, то, что в душе, она заглушить не может.

—Вам никто не нравится, князь?— спрашивает Даррен, скромно садясь на край кресла, стоящего рядом с моим.

—Ты хорошо поработал. Но это просто сброд,— раздраженно говорю я, разминая пальцы.

—Это лучшие и самые воспитанные, красивые и смелые девушки.

—Если это лучшее, то моему сыну придется родиться слабым и ничтожным.

Чувствую, как от раздражения в груди нарастает огонь.

Девушки, словно войско, готовое к походу. Стоят, не шелохнутся. Моя бесполезная армия. Черт бы их всех побрал.

—Зря вы пьете столько зелья, князь,— говорит Даррен,— оно может замутнять рассудок. Возможно поэтому вам кажется, что все они не подходят.

Я лиш ьотмахиваюсь и делаю еще глоток., чувствуя приятное покалывание в руках.

—Вы можете навредить себе этим.

—Я дракон,— говорю я,— мне ничто не может навредить.

Даррен смотрит на меня долгим взглядом но не решается продолжить.