Пламя Победы - Тимур Туров

– Интересно… – протянул Илья.

«Где живет – не в курсе?»

«Нет. Совсем ничего. Ни как зовут, ни как выглядит».

– Это несколько хуже, – заметил Скоробогатов. – Но не смертельно.

«А твои-то знают? Может, у них спросить? Или не скажут?» – набрал он.

«Моя мама точно не знает. Мать клана – может, знает, может, нет. Но если я к ней полезу с вопросами, она меня не поймет. Сказала: «Пошел вон» – значит, должен пойти и искать сам».

«Сурово».

«Как есть».

«Тогда сами найдем».

«Как? Из чужих никто не поможет. Я же изгой. И вообще».

«Наблюдателям заплатим».

«Опять ты про них. Не скажут они».

«Скажут. Это разные вещи. В «Greenwings» обратимся, и все нам скажут».

– А что это? – Карим взглянул на Илью.

– Как что? – удивился тот и снова стал печатать:

«Контора наблюдательская. Ты что, не знаешь?»

«Нет».

«Они у нас аудит заказывали. Просили обращаться. Типа частный сыск».

«Прикольно. Я не знал:)».

Тут в вагон стали заходить люди, один за другим, вереницей – судя по всему, приближались контролеры. Обнаружив, что свободных мест нет, вошедшие толпились на площадках или выстраивались друг за другом в проходе, создавая все уплотняющуюся давку.

Среди прочих вошел дейвона средних лет, среднего роста и средней же, не запоминающейся, внешности. Про таких говорят – «никакой». Тем не менее он почему-то сразу привлек внимание Карима и Ильи. Сатину его лицо показалось знакомым, но где и когда видел – вспомнить не смог.

Дейвона прошагал прямо к скамейке, где они сидели, и остановился рядом, колючим цепким взглядом окинув молодых людей и даже не взглянув на «десантников».

– Я был бы весьма признателен, если бы вы освободили место, – сердито буркнул он. – В вагоне сесть негде.

– Конечно, пожалуйста, – с легкой ноткой недовольства произнес Илья, и через несколько секунд иллюзий не стало.

Загадочный пассажир, вне всяких сомнений, бывший «серым», уселся напротив.

«Маг, и из неслабых», – решил Карим, поняв, что ауру странно знакомого типа видеть не может.

С самым довольным видом незнакомец вынул из внутреннего кармана куртки пятитысячную купюру и продолжал сидеть, держа ее в руке и уставившись в окно.

Через секунду появились контролеры, сразу трое: женщина и двое мужчин, все в традиционно синей форме, с миниатюрными кассовыми аппаратами. Они разделились: один из мужчин начал проверять стоящих на площадке, второй занялся сидящими по правую сторону, женщина же начала слева: с Ильи и Карима.

Посмотрев у друзей билеты, она перевела взгляд на мужчину напротив. Тот, улыбаясь во весь рот, полный белоснежных зубов, протянул ей пятитысячную бумажку.

– Сдачи нет, – сказала женщина. – Коля!

Один из ее напарников, бросив своих «жертв», поспешно приблизился.

– Есть у тебя? – женщина кивнула на пассажира с купюрой в руках.

Тот встретил «Колю» торжествующей улыбкой.

– Нет, – покачал головой второй контролер и махнул третьему.

Пока третий контролер пробирался к ним, пассажир с купюрой улыбался все лучезарнее и лучезарнее. Илья с Каримом, сидевшие напротив, молча взирали на него, контролеры переминались с ноги на ногу.

Очередной служащий железной дороги приблизился и, разумеется, оказалось, что у него тоже нет сдачи. Вид у ревизоров стал совершенно несчастный. Собственно, стоять рядом с «зайцем» не имело никакого смысла, единственным вариантом было – уйти и оставить его в покое.

И тут, под аккомпанемент стука колес, раздался совершенно невинный голос Ильи:

– Вам разменять?

Карим увидел, как улыбка, словно в замедленной съемке, сползает с лица дейвона. Зато контролеры, наоборот, воспрянули духом. Взыскав с безбилетника стоимость проезда до Крюково, они направились к дверям, а через пару минут вышли в Химках.

Весь путь незнакомый «серый» сидел, хмуро уставившись в окно. Илья же, наоборот, светился, как начищенный пятак. Карим не знал, как ему реагировать на случившееся: он не ожидал от приятеля такого поступка.

В Малино незнакомец встал и, ни на кого не глядя, вышел из вагона. Поезд тронулся, за окном мелькнуло разноцветное здание школы для детей с ограниченными возможностями. Илья невозмутимо закрыл ноутбук, сунул его в футляр, и они с Каримом приготовились высаживаться в Крюково.

На третьей платформе они оказались последними.

Вагон был хвостовым, поэтому друзьям пришлось пройти далеко вперед, к подземному переходу.

– Как ты его! – не выдержал Карим, когда они спускались в темный зев подземелья.

– Сам виноват. В транспорте билеты надо брать, – картинно пожал плечами Илья.

– Интересно, откуда он? – тихо сказал Карим.

– А что?

– Да так… Показалось, что где-то видел.

Спустившись, они повернули налево.

С той стороны железной дороги располагался новый город, за исключением одного, привокзального, района, который и был целью их путешествия. В переходе, как всегда, продавали цветы, на самопальных прилавках были разложены перчатки, носки, женские халаты, игрушки, какие-то сувениры…

Навстречу Илье и Кариму с первой платформы устремился поток только что приехавших из Солнечногорска, Клина и Твери – пришла встречная электричка.

– Пойдем скорее! – вцепившись Кариму в рукав, Илья буквально выдернул его вслед за собой на лестницу. И сделал это очень вовремя, иначе Сатина оттеснило бы людским напором обратно.

– Адрес какой? – деловито осведомился Скоробогатов.

Карим вынул бумажку:

– Заводская, дом четыре «А».