Выживешь, бессмертная? - Виктория Хорошилова

— Это всем новеньким показывают, — сказал Дин. — Это, собственно, то из-за чего эти земли стали проклятыми. И то от куда к нам попадают разные монстры.

На удивление это было в четырех часах от логова, в котором мы побывали. И было похоже на трещину в пространстве. Высотой метра три и шириной в метр.

— Словно рана на теле мира. И осколок торчит. Словно кто-то с той стороны вспорол стеклом и оставил его в ране.

Хотела дотронуться до разрыва. Камиль с Дином меня оттащили. И оба рычали на меня.

— Не стоит этого делать, — сказал Габриэль. — В наших рядах был еще один такой как мы, так вот он умер окончательно. Его тело растворилось полностью в этой энергии. И он ничего не смог сделать. Ни дотронуться до осколка, не тем более вытащить его.

— От его тела ничего не осталось, — повторил мне дедушка.

— А от меня после того случая много осталось?

— Много, ты успевала восстанавливаться. Но вдруг будут мысли по поводу этого ты нам говори.

— Хорошо.

— Что за случай? — спросил Сэм.

— Я отказывала долго парочке братьев. Один в качестве мести убил парня в которого я влюбилась, а потом и нашего сына. Предварительно их долго пытали. И тела обработали так чтобы, когда их найдут они не были разложившимися. Однажды он высказал это мне. Его естественно арестовали. Его брат, обиделся на меня за это, и сфабриковал дело против меня. Типа я наркотиками торгую и их естественно нашли у меня дома при обыске. Дин, тогда как раз был в гостях. Меня арестовали. И в тюрьме он понял, что я восстанавливаюсь. Решил сломать меня. Была пытка огнем

— Четыре дня, она горела непрерывно четыре дня, — сказал зло Камиль. — Почти вся была черная от ожогов. Живого места не было. Очнулась только через неделю. Хотя тело восстановилось за сутки.

— Они боялись, что умом тронусь, — сказала с улыбкой. — А я тогда мало в сознании была и как-то очень отстранено воспринимала эту ситуацию. Видимо защитная реакция на боль. Куда дальше?

— На базу. Будем ждать, что даст прослушка. Пока вернемся сделаем еще зачистку тварей. Ребята уже передали, что тоже вышли на зачистку.

Я как бы спокойно отношусь, уже, к голоду. Но не любитель его практиковать. И очень радовалась, что у нас был с собой хотя бы минимальный запас еды. Потом объединились с еще одной группой зачистки и нам еще передали провизии. В форт мы вернулись через неделю. Опять пришлось мыться на улице.

— Мне уже нужно возвращаться в город, — сказала, смотря на Камиля.

— Останься со мной.

— Меня дети ждут. И еще один детский дом нужно уже открывать. И вообще я чувствую, что должна быть там, а не тут.

Мы стояли в коридоре, темном, пустынном. Камиль держал меня за руку и смотрел в глаза. Не спорю мне хочется быть с ним. Но я так же чувствую, что должна быть в городе. Он наклонился очень неожиданно и поцеловал меня. Сразу опешила, а потом стала отвечать на поцелуй. Через мгновение мы уже были в его комнате. Меня спешно стали раздевать и поцелуями покрывать тело. Пыталась ухватиться за его одежду он порыкивал и сам с себя ее быстро снимал. Не успела опомниться осталась без одежды. А открыв глаза увидела, что он тоже абсолютно голый.

— Ой, — сказала рассматривая его.

Он мало того, что прилично выше меня. Так еще и там внушительного размера.

— Ты же помнишь, как мужчина выглядит голым?

— Смутно. Но такого размера еще никогда не видела. Это вообще поместиться?

— Тебе понравиться, — проворковал он мне в ушко и подхватил на под попу.

Обняла его руками за шею. Его орудие уперлось мне в попку. Меня целуя положили на кровать и стали дальше покрывать поцелуями. Его губы и руки успевали побывать везде и был очень нежным. От его ласк было очень приятно и была близка чтобы достичь пика. Камиль перевернул меня на живот и помог встать на колени прижал к себе спиной и стал целовать шею и спину. Вместе со мной наклонился, а потом укусил за основание шеи. Я вскрикнула от боли, а потом поняла, что он уже во мне. Шею быстро зализали и поцеловали за ушком и стал осторожно двигаться и ласкать.

— Видишь и не так страшно.

— Ты меня укусил, — сказала капризно.

Он тихо рассмеялся и стал наращивать темп. Заставив меня стонать от удовольствия. А сам довольно порыкивал и ласкал меня руками. Уснуть он позволил мне только ближе к рассвету. И то поспать я смогла только пару часов. А проснулась от его откровенных ласк там. Услышала его тихий смех, и он резко вошел на всю длину.

— Ты уже не спишь, — сказал он, целуя в губы.

Я обняла его ногами и продлила поцелуй.

— Не отдам никому. Ты только моя. Шрама от укуса не останется, но запах будет говорит за нас. Не купайся сегодня. Хочу, чтобы все знали, что ты только моя женщина.

Утренние упражнения заняли пару часов. После мне все же позволили выспаться. А потом он сам отвел меня в столовую. Разрешил только немного умыться и только слегка ополоснуться. Мужчины принюхивались и держали дистанцию.

— Давно пора, — пробурчал Дин. — Ты ей не сказал?

— О чем?

— Скорей всего я сделал тебе ребенка. Через сутки будет точно понятно. Отреагируй как-то!

— Пф, нашел чем пугать. Я давно многодетная мать, хоть не я их родила.

За нашим столом все рассмеялись.

— Одно радует тебя не убьют ревнивые идиоты.