Проклятие Принца - Ася Медовая

— Рессар? Могу я тебя обнять? Прошу!

Сын и отец обнялись после долгой разлуки, впервые почувствовав, что их семья наконец вместе, что они делают друг друга сильнее. А сколько времени было упущено!

После долгих разговоров, когда их аудиенция перетекла в завтрак, а потом в прогулку по саду, Король остановился, положив руки на широкие плечи сына.

— Я не знаю всех деталей проклятия, но знаю, что приближается ночь, когда его можно снять.

Рессар напрягся. Кажется настало время сложить все знания о проклятии и разгадать то, что Матильда явно не договаривала.

— Отец, вначале позовем Вильду, мою фаворитку. Она может нам помочь с нюансами снятия проклятия.

Если Король и удивился, то виду не подал. Рессар стоял на входе в беседку, увитую розами, и смотрел на спешно приближающуюся Вильду. Прекрасную, как фея, и хитрую, как колдунья.

Только увидев его она улыбнулась и помахала рукой.

Уж не думает ли она, что Рессар позвал ее на свидание?

К сожалению, в беседке за столом сидел Король и пил чай. Улыбка Вильды погасла, и она присела в реверансе перед Королем.

— Хочу познакомить тебя со своим отцом, — произнес Рессар.

— Зачем?

Вильда подняла на него взволнованные колдовские глаза, и Рессар напрочь забыл, зачем он звал Вильду. Ведь обычно с отцом знакомят только при определенных обстоятельствах.

— Э-э-э…

Король приподнялся, протягивая руку Вильде:

— Мы решили объединить наши усилия, чтобы спасти принца от проклятия, — пришел на выручку Король, приглашая Вильду присесть рядом.

— Очень хорошее решение! Но боюсь, шансов мало, — проговорила Вильда с тревогой поглядывая на Рессара.

— Тем более нам нужно узнать о проклятии как можно больше. Итак, что знаю я. Матильда отмерила только двадцать пять лет жизни. Мне казалось, что она свихнулась! За двадцать пять лет я бы прожил полноценную жизнь и раз двадцать мог погибнуть в сражениях. Но это относилось не ко мне, а к моему мальчику.

— Через три дня мой день рождения, — прокомментировал Рессар, а Вильда кивнула.

— Я собрал всех девушек королевства, которые ради спасения принца готовы танцевать сутки напролет, — продолжил Король.

— Да, мы знаем, что проклятие можно смыть только кровью сбитых в танце ног, — проговорила Вильда, а потом мило покраснела и добавила: — Но спасительница должна быть девственницей.

Король потрясенно открыл рот, а потом покачал головой.

— Какое страшное уточнение! Боюсь, тогда у нас нет претенденток на танец… Но я сейчас же издам указ! Та девственница, что пожелает спасти принца, станет его невестой!

— Посмертно, — еще тише проговорила Вильда.

— Но… почему?

— Крови недостаточно, отец. Матильда призналась, что возьмет жизнь за жизнь. А также пообещала, что если я спасусь в этот день рождения, то в свой пятидесятилетний юбилей проклятие все равно вернется.

Король схватился за голову.

— Я издам указ… Издам! Я пообещаю озолотить семью девушки, которая спасет тебя, мой мальчик! Я напишу в соседние Королевства! Может там девушки захотят помочь!

— А я наготовлю зелье стойкости, чтобы они могли продержаться в танце сутки. Но не пишите феям, они к сожалению никогда не сбивают ноги в кровь. И не пишите оборотням… Они не видят сквозь иллюзии.

Рессар и его отец внимательно смотрели на Вильду.

Она с сожалением развела руками.

— Это какие-то особенности испытания, мой господин. Но об этом мы узнаем в час, когда вам исполнится двадцать пять.

— Это будет самый печальный бал в моей жизни, — тихо проговорил Король и ушел готовить указ и писать письма в соседние королевства.

А Рессар задержал Вильду.

— Что там насчет иллюзий? Ты мне не говорила.

Вильда пожала плечами. 

— Я не знаю, но крестная сказала, это важно. Если позволите, я пойду готовить зелье и собирать ингредиенты.