Не выбирай меня! - Ниизла Холлей

Из небольшого коридорчика, вверх, вела металлическая лестница.

— Идите, дитя … пусть у вас всё сладиться… — Пожелали оба Советника, и куратор аккуратно подтолкнул меня к лесенке. — Не бойтесь, нэра. Он вас не обидит.

“Ага! Я бы не была в этом так уверена!” — Пожаловалась я сама себе, на дрожащих ногах поднимаясь по крутой лестнице и останавливаясь перед двумя закрытыми дверями.

— Нэра! — Окликнул меня птиц, — Вам в правую дверь. Она открыта. Заходите.

“Как будто у меня есть выход!” — Совсем расстроилась я и прижала руку к активной панели, активируя открывание двери. — “Ой! А я не спросила, как его зовут?!”

* * *

Урух Улли

Я смотрел на Космос за бортом имперского флагмана и никак не мог собраться с мыслями.

Не то, чтобы ситуация, в которой я оказался — была слишком неоднозначна. Скорее наоборот. Это было в норме вещей. Но я всегда был почему-то уверен в том, что меня-то такое не коснётся.

Мне очень повезло родиться в семье, в которой договорной брак миновал взаимную ненависть. Отец и мама научились уважать друг друга. И теперь, спустя годы, они не просто друзья. Они именно теперь — пылкие влюблённые.

Признаться, я и мои брат и сестра, мечтали что и нам так же повезёт.

Но мне — не повезло.

Как назло, после агрессии Эйров и полчищ Порождений, которые они привели с собой, наше государство больше не могло игнорировать соседей. И было принято решение — вступить в Содружество. Но хитрые змеи, у которых был приоритет в голосовании, поставили условие — Договорной брак! И выбор пал на меня. Как я ни умолял родителей дать мне возможность послать весточку моей обожаемой Стелле, этого не позволили сделать.

Помню печальные глаза мамы…

Провожая меня к крейсеру с дипломатической делегацией, она прошептала:

— Сынок… мой любимый мальчик! Поверь, так будет лучше для тебя. Поверь нам с папой.

— Мама… но — почему?! — Боль от того, что я навсегда расстаюсь со Стеллой жгла мне сердце. — Я ведь люблю её!

— Никогда не хотела говорить своим детям то, что сейчас скажу тебе. За что ты, возможно, меня возненавидишь… Но … ты же знаешь… какие бывают Высокородные?! Даже сейчас… когда сам Правитель начал всё менять.

— Стелла! Она не такая! — Запальчиво воскликнул я.

— Уверен?! — Мама строго нахмурила брови.

— Да!

— Мне жаль, мой мальчик, что ты настолько ослеплён… Она бросила тебя! Улетела в путешествие, взяв с собой семь парней из самых уважаемых семей. Я уверена — на Родину она вернётся уже беременной. И ты ей — не нужен!

От безжалостных слов мамы хотелось кричать, биться головой об скалу, подняться в небо, как можно выше и сложить крылья…

Но умом я понимал — мама лгать не будет.

И смирился. Загнал боль и горечь утраты глубоко-глубоко …

— Прости, ма… — Опустился на колени, обнимая тонкую талию самой любимой женщины Вселенной, — Прости… я понимаю — ты права…

Мама обняла меня, целуя в макушку… Точно так же, как в детстве. Когда я прибегал к ней со своими бедами, которые она рассеивала одним поцелуем.

— Помни, Рух… Мы тебя любим! И ты всегда можешь на нас надеяться. Если тебе будет невыносимо терпеть ту, которой тебя отдают ради спасения жизней тысяч… дай мне знать. Мы с папой прилетим к тебе, где бы ты ни был. И заберём домой.

Нежные слова, крепкие объятия отца, брата и сестры.

Не оборачиваясь, ухожу в шаттл.

“Я никогда не напишу тебе, мама, о том что мне невыносимо больно жить. Я сделаю всё, чтобы вы с папой, братом и сестренкогй считали — у меня всё сложилось так же прекрасно, как и у вас. Буду хвалить навязанную жену, даже если она отрвёт мне крылья. Я очень вас всех люблю!”

Я ни с кем не разговаривал во время перелёта. Да меня и не беспокоили. Прекрасно понимая — ЧТО творится в душе.

На фрегате нас приняли на редкость радушно. Разместили, с учётом наших особенностей — максимально комфортно.

А потом огорошили новостью о том, что моя супруга … что она не наагатка. А человек … К тому же — аж дважды — вдова. После этих новостей, даже Железный Горд, как все называли маршала, что вместе со мной прилетел на переговоры, смотрел на меня с едва скрываемой жалостью.

Но и это ещё не все беды!

Оказывается, кроме меня у неё есть ещё один муж, которого ей должны вручить в рамках того же Соглашения. И, кроме того, ей хотят навязать ещё и супруга-рептилоида. Неужели она столь ненасытна в плотских утехах?!

И вот, сегодня, после церемонии отбора у рептилоидов, она придёт сюда … за мной.

Вот … она уже тут.

Надо бы встать, поклониться.

Но я продолжаю тупо сидеть на пятках, и пялиться на Звёзды.

— Простите … я не хотела вас беспокоить … но … меня привели сюда и сказали …

— И сказали — зайти и забрать то, что вам принадлежит. — Губы сами по себе договорили фразу.

— Нннет … вы не можете мне принадлежать. Это — неправильно!

“Ого! А вот это уже что-то новое! Если только это — не хитрая уловка, для того чтобы я стал ей доверять!”

— Я ваш муж… — Наконец-то произнёс то, чего язык не поворачивался выговорить.

— Тогда, такое же можно сказать и обо мне. Что я принадлежу вам. — Женщина нервничала, сердилась и была растеряна. Она топталась рядом, сопя как новорождённый пторх. — Можно я присяду недалеко?! Тут очень красиво.