Наблюдатель - Александра Лисина

Первое, что я услышал, когда поднялся на минус первый этаж, это взволнованный людской гул, перебиваемый долгим, унылым, хриплым воем, идущим, казалось, из самой глубины земных недр. Затем я увидел столпившихся в «холле» рабочих, которые при виде меня торопливо отпрянули в стороны. Наконец, моему взору предстала совершенно невредимая дверь, из-под которой тихонько подтекала вода, образовав перед входом приличную лужу. При виде нее я тихо выругался, подошел ближе и, распахнув дверь, едва не отпрянул, когда через порог перехлестнула настоящая волна.

Жилая комната выглядела так, словно в мое отсутствие тут пролился тропический ливень. Мой мешок и остальные вещи, брошенные на кровать, к счастью, не пострадали, а вот свисающее с постели покрывало и простыня оказались испорчены.

Источник же наводнения оказался вовсе не там, где я его искал — как выяснилось при беглом осмотре, никаких призраков катастрофы с водопроводными трубами не нашлось. Стены и потолок оказались сухими. А вот подтекающая из-под второй двери вода заставила меня смачно выругаться и, прошлепав по мокрому полу, со скрипом отворить тяжелую дверь.

Внутри меня ждало целое море, которое, словно только и дожидаясь момента, тут же обрадованно хлынуло наружу, неся на себе остатки в клочья разодранного полотенца, многочисленные щепки и даже железные стружки, поднятые могучей волной с затопленного пола.

Источник всех моих бед нашелся тут же — им оказалась приличная дыра в стенке стоящей посреди уборной бочки, где еще поутру я отмывал одно невоспитанное чудовище. Сейчас же бочка была пуста. Последние капли хранившейся там воды безнадежно утекали между моими сапогами. Останки растрепанного, жестоко уничтоженного полотенца печально покачивались сверху. На каменных стенах красовались следы глубоких царапин. Металлическая дверь изнутри была густо покрыта отметинами от чьих-то зубов. А причина всех этих бед в это самое время восседала на самом краю опустевшей бочки, вцепившись когтями в деревянный (тоже изрядно погрызенный) край, и самозабвенно орала на одной тошнотворной ноте, оглашая весь минус первый этаж воплями, похожими на помесь звуков работающей бензопилы с простуженно-хриплым воем старой гиены.

Когда я рывком распахнул дверь, нурра подняла на меня печальный взгляд и осеклась, прекратив терзать мои барабанные перепонки. После чего попыталась развернуться на узком бортике. Скрежетнув по окованному железом краю когтями и неловко вильнув хвостом, все-таки не удержалась. Сорвалась. А потом шлепнулась на мокрый пол и, обиженно вякнув, подняла на меня настороженно-вопросительный взгляд, при виде которого мои пальцы сами собой сжались в кулаки, а где-то внутри зародился глухой рык.

— Э-э… господин маг? — робко спросил кто-то от входа. — У вас все в порядке?

Я обернулся и воткнул тяжелый взгляд в испуганно отшатнувшегося парня. Тот икнул от неожиданности. После чего в комнате повисла неловкая пауза, в которой было только слышно, как журчит переливающаяся через порожек вода.

Но довольно быстро я все-таки взял себя в руки, убрал на место некстати выросшие клыки, а затем наклонился, поднял за шкирку ничего не понимающую нурру и быстро вышел, коротко бросив слуге:

— Прибери.

Сказать, что я был зол, значило не сказать ничего. Эта крокодилья поганка… эта дрянная необученная малявка… мало того, что не смогла меня спокойно дождаться и распугала своими воплями весь народ, так еще и во второй раз изгадила комнату, прямо-таки напрашиваясь, чтобы ее прибили.

«В клетку, — решил я, поднявшись на нулевой уровень с недовольно урчащей нуррой в руке. — Однозначно в клетку. Фэйталовую. Пока не поумнеет».

— Ш-ш! — недовольно зашипела нурра, когда я поднес ее к лицу.

— Я тебе как дам «ш-ш!» — не сдержавшись, рявкнул я. — Без зубов у меня останешься!

Малявка прижала уши к голове и умолкла, однако глаз не отвела. Так и таращилась ярко-желтыми зенками, а потом встрепенулась и попыталась дотянуться до меня лапой. Правда, на удар это не было похоже. А еще через миг малявка хрипло мяукнула и потянулась ко мне уже всеми лапами, тогда как ее глаза из настороженно-непонимающих стали умильно-жалобными. После чего она напряглась и звучно чихнула, забрызгав мне соплями чистый воротник.

— По-моему, ты ей нравишься, — насмешливо хмыкнули откуда-то из-за спины, и нурра тут же оскалилась, заметив рядом незнакомое лицо. — Не злись. Она ж глупая совсем, не понимает, в чем провинилась. И наверняка устроила весь этот тарарам просто потому, что скучала.

Я сделал пару глубоких вдохов и выдохов.

Да, наверное. Я просто привык, что мои звери разумны, и та же Пакость уже давно не делает гадостей нарочно. А эта мелюзга только вчера глаза открыла. Ей еще мамка нужна. Тепло. Еда, опять же. А я как ушел в полдень, так и пропал до позднего вечера. Тогда как мелкая, небось, и замерзла, и оголодала. А то, может, еще и решила, что ее бросили.

— Палец ей дай, — посоветовал Дол, заглянув через мое плечо. — Вместо соски. Тогда и успокоится.

Нурра ощетинилась и снова зашипела. Но стоило мне протянуть руку, как она тут же переключилась и, радостно обхватив губами мой указательный палец, довольно засопела. Только на Дола косилась по-прежнему с подозрением, время от времени дергая хвостом и выпуская наружу когти.

— Ого, — со смешком отошел каратель. — Надеюсь, я не ошибся, и эта мерзость не измененная? А то у них зубы ядовитые, и если она тебя поранила, то завтра-послезавтра придется хоронить.

— Не ошибся, — хмуро отозвался я. — Целитель еще вчера сказал, что она нормальная. Но изменения могут быть и отсроченными, поэтому придется еще понаблюдать.

Да. Лесс Отти дал не слишком утешительные прогнозы и предположил, что подвергнувшейся изменениям в утробе матери котенок по определению не мог родиться без отклонений. Тот факт, что пока они не проявились, еще ни о чем не говорил. Но более точно лесс сможет сказать, когда мелкой исполнится хотя бы месяц. А то, может, и через два что-нибудь вылезет.

Малявка тем временем окончательно успокоилась и принялась самозабвенно сосать мой несчастный палец, словно ничего иного ей было не нужно.

— Я там молока немного нашел, — вдруг сообщил Дол. — Не знаю, подойдет ли твоей зверушке, но на всякий случай велел принести.

Я посмотрел на него с удивлением.

— Чего?

— Комендант велел помочь, — поспешил пояснить свою заботу парень. — Так что милости просим. А еще он сказал, что ждет тебя утром в кабинете. Что-то там еще ему от тебя понадобилось, поэтому будь любезен, не проспи. Я утром за тобой зайду.

Проводив недоверчивым взглядом уходящего карателя, я в который раз подумал, что ему тут не место. Но потом покосился на уютно устроившуюся на моей ладони нурру. Вздохнул. И, перехватив ее поудобнее, отправился к себе. Надо было посмотреть, все ли убрали в комнате, проследить, чтобы заделали дыру в бочке и наносили еще воды, а заодно напомнить слуге, чтобы принес обещанное Долом молоко.