Скорость Тьмы - Валентин Леженда

Майор накрыл «линзу диалога» ладонью, и послание тут же исчезло.

— Беру.

Выйдя из магазина с упакованной доской под мышкой, Карел поспешил к своему автомобилю.

Ветер на улице усилился, стемнело. Второй прожитый внутри нового донора день подходил к концу.

Искусно лавируя в потоке машин, майор ехал домой к штурмбаннфюреру.

Странное потустороннее предупреждение не произвело на него особого впечатления. Ну, мало ли? Бестелесные духи иногда любят позабавиться над смертными. Хотя расслабляться в любом случае не следовало.

Неприятности начались раньше времени.

Невдалеке от дома спустило заднее колесо. Карел кое-как подвел автомобиль к обочине и, тихо чертыхаясь, осмотрел осевший баллон. Запаски в багажнике не было, да и не стал бы он возиться. Как только доберется домой, пошлет кого-нибудь за машиной.

С неба начал срываться мелкий снег.

Майор поднял воротник и, инстинктивно оглянувшись, заметил среди прохожих знакомое лицо. Зрительная память сработала мгновенно, он тут же узнал промелькнувшего в толпе человека.

Это было его собственное лицо. Вернее, было недавно.

Именно в этом теле Карел шел в рейд к Тойфельханду. Значит, нейроразведчик.

Слежка? Маловероятно. Но наверняка не случайность.

Не подавая виду, что он вычислил преследователя, майор поспешно направился в сторону дома. Каких-то два-три квартала, около десяти минут хода.

И все же это очень странно.

Берлинским агентам было строго запрещено выходить на контакт. Для них штурмбаннфюрер Дитер Хорст с момента подселения просто не существовал.

Что же, черт возьми, происходит?

Мгновенно приняв решение, Карел резко свернул в темный узкий переулок. Здесь начинался рабочий район, не самое подходящее место для вечерних прогулок.

Преследователь, конечно, не отставал. Карел его не видел, но явственно ощущал враждебное присутствие где-то за спиной.

На что тот рассчитывал?

Может быть, на то, что телом сейчас управляет именно донор? В этом случае майор наверняка бы не почувствовал слежки.

Карел зашел в первый попавшийся подъезд темной, неприветливой пятиэтажки. Поднялся по лестнице на третий этаж и принялся ждать.

Где-то через пару минут дверь подъезда тихо скрипнула. Вошел мужчина в кожаной куртке и, ли секунды не колеблясь, дважды выстрелил вверх.

Преследователь отлично видел в полутьме, пули прошли в сантиметре от лица штурмбаннфюрера.

Пистолет стрелял почти бесшумно. Майор пошатнулся и медленно сполз на грязные ступени.

Послышались неспешные шаги.

Убийца желал удостовериться, что он все-таки попал. Он поднимался не спеша, естественно, страхуясь. Подошел, остановился над распростертым телом. Наклонился проверить пульс.

Пульса не было.

И тут Карел выстрелил прямо ему в лицо.

Получив маленькую темную кляксу на лбу, убийца рухнул на не успевшего увернуться майора.

«Забавно, я только что убил сам себя».

Пора было уносить ноги: жильцы могли слышать грохот выстрела.

Карел оттолкнул мертвого донора к стене.

«Прости, парень. Ты славно мне послужил, однако оказался не в тех руках... »

Злополучный квартал майор успел покинуть вовремя.

Вне всяких сомнений, на месте перестрелки уже работал патруль. Конечно, дело осложнит применение поисковой собаки, однако Карел надеялся на удачу.

В конце концов, всегда можно отвертеться.

Во всяком случае, до сих пор ему везло.

Трюк с пульсом он проделывал уже не первый раз. Техника выключения донора была довольно проста. На самом деле пульс у штурмбаннфюрера никуда не пропадал, просто сердцебиение сильно замедлилось. Подобные фокусы на Востоке спокойно демонстрировали адепты разных магических культов.

Проблема сейчас была лишь одна — Дитер Хорст.

Как штурмбаннфюрер объяснит себе все произошедшее? А что, если вслед за этим последует очередной приступ глухоты?

Немец упорно обманывал себя, уверяя, что с ним все в порядке, что он абсолютно здоров, но долго так продолжаться не могло. Раздвоение сознания медленно и неотвратимо разрушало его личность.

Учитывая все это, майор принял решение как можно реже отпускать донора.

Конечно, существовали ситуации, с которыми он при всей своей подготовке вряд ли мог справиться. Не хватало знания необходимой информации, которая находилась рядом, но была абсолютно недоступна.

Благополучно вернувшись домой, Карел сообщил слуге о поломке машины и тот тут же позвонил в автомастерскую.

— Машина мне понадобится завтра утром, — строго предупредил майор.

Внутренним зрением он увидел, как рядом с его домом остановился автомобиль с тремя незнакомыми людьми.

Через пару минут зазвонил дверной колокольчик. Слуга поспешно пошел открывать. Вернувшись, удивленно сообщил:

— Там какие-то люди в форме, они извиняются за столь поздний визит и настоятельно просят вас проехать с ними.

Мысленно выругавшись, Карел спустился на первый этаж и увидел там двух буддийских монахов в черной форме СС.

Монахи учтиво поклонились, после чего отсалютовали штурмбаннфюреру по-нацистски.

— Сахиб Хорст, — произнес один из них с сильным акцентом, — простите за внезапное вторжение, но далай-лама Воталхе хочет с вами поговорить до своего отъезда в Мюнхен. Завтра утром он улетает, и у вас уже не будет возможности пообщаться.

«Странно, — подумал майор, — глава «Зеленых братьев» настойчиво желает пообщаться, но ведь я еще не принял окончательного решения по поводу участия в тибетской экспедиции. Что ж, должно быть, это будет весьма любопытная встреча».

Еще Карел подумал, что его вполне могут раскрыть. По слухам, далай-лама обладал некими сверхчеловеческими способностями, чем снискал Уважение самого Гитлера...

Тибетский монах Воталхе появился в Берлине в начале двадцатых годов. Тогда он еще был простым монахом, но так лишь казалось со стороны. Те, кто знал этого человека поближе, понимали, что имеют дело с одним из «тайных посвященных».

В узких кругах он сразу же получил прозвище «Человек в зеленых перчатках». Эти самые перчатки были неотъемлемым атрибутом Воталхе. Говорили, что он никогда их не снимал.

Еще многие понимали, что перчатки — знак принадлежности к высшей касте Лхасы и с этим человеком следует считаться.

По национальности Воталхе был индус, что в принципе не имело особого значения.

Появившись в Берлине, он сразу же переходит к активным действиям, на удивление точно предсказывая события, например, количество нацистских депутатов, прошедших на выборах в рейхстаг. Причем все так называемые предсказания тибетского гостя печатались в периодической прессе.