Судьба Ведьмака - Джозеф Дилейни

Она подбиралась ко мне, раскинув руки, когти отливали серебром. Я взмахнул мечом и с силой ударил ее по правому плечу: кровь хлынула ручьем, она пронзительно закричала и с громким всплеском упала в воду. Мне выпал шанс – я быстро прыгнул на последний камень и выскочил на берег.

Впереди уже виднелся вход в пещеру – черная зияющая пасть в серебристой скале. Я бросился к ней, по пути обернувшись: Морриган выбралась на берег и вновь преследовала меня, но почему-то двигалась не спеша. Неужели она уверена в успехе?

Пещера была мрачной, но не такой темной, как мне показалось вначале: стены отливали тем же загадочным серебристым светом, который озарял весь Другой мир, кроме сида. Я осмотрел заднюю стену – она казалось монолитной и твердой. Разогнавшись, я побежал прямо в нее, как меня учил Кухулин, но в последний момент инстинктивно сбавил скорость перед преградой…

…и врезался в твердую каменную стену – сильный удар сотряс все тело с головы до пят. Оглушенный, я попятился назад, выронил меч и без сил опустился на землю: голова и колени болели, а во рту чувствовался вкус крови.

Что пошло не так? Возможно, Морриган использовала против меня какое-то заклинание. Может, поэтому она сейчас и не спешит? Я встал на колени, подполз к мечу и с его помощью поднялся на ноги, а затем сделал несколько болезненных шагов ко входу в пещеру – богиня была от меня уже в дюжине ярдов, постепенно приближаясь.

Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, я крепче сжал рукоять меча, но с каждым шагом Морриган уверенность покидала меня. На плаще богини не было ни капли крови – такое могущественное существо способно быстро себя исцелить. Серебряный клинок, конечно, может ее ранить, но не уничтожить, так что я лишь выиграю время…

Время! Не успел я об этом подумать, как вдалеке раздался первый удар колокола. Я знал, что после двенадцатого удара время в моем мире резко ускорится. Вспомнив слова Кухулина о портале, я стал лихорадочно соображать, что делать дальше.

Раздался второй удар…

На полном ходу! – в заднюю стену пещеры нужно вбежать как можно быстрее, а я затормозил в последний момент! Вряд ли следующий удар может быть сильнее, чем первый, но нужно попробовать еще раз – это мой единственный шанс вернуться в мир, который я знал. Но сначала мне придется сразиться с Морриган…

Богиня уже была рядом; ее глаза горели свирепым огнем. Когда она набросилась на меня, раздался третий удар колокола: я отскочил влево, и Морриган промахнулась, вонзив когти в камень рядом с моей головой. Я рубанул мечом, но удар получился поспешным и неуклюжим – клинок лязгнул о твердый камень и отскочил, поранив мне руку. Снова раздался звон колокола…

Следующие несколько секунд остались в памяти неясным пятном, но я осознавал, что обязан положить конец этой борьбе. Помимо своего затрудненного дыхания, рычания Морриган и шарканья сапог о камни, я отчетливо слышал размеренный колокольный звон, но к тому времени уже сбился со счета. Сколько секунд осталось до двенадцатого удара?

Я снова подумал о стене в пещере: мне придется поверить, что я смогу пройти сквозь нее. Я попытался сосредоточиться: как ни странно, в левой руке я тут же почувствовал вибрацию меча, а из левого рубинового глаза на его рукоятке скатилась капелька крови.

Когда Морриган снова бросилась на меня, я совершил отвлекающий маневр, сделав выпад влево, но затем подскочил к ней справа и ударил мечом. Удар получился блестящим – клинок с такой легкостью снес богине голову, словно срезал кусок масла. Голова упала на землю и с противным хрустом покатилась вниз с холма в сторону серебристой реки.

Несколько мгновений тело Морриган стояло на месте, качаясь из стороны в сторону, из шеи лилась кровь. Однако богиня не упала. Шатаясь, она направилась вниз по склону холма вслед за укатившейся головой.

Не теряя времени, я помчался обратно в пещеру: разгоняясь все сильнее и сильнее, я бежал прямиком в твердую каменную стену. Мне потребовались все мое мужество и сила воли, чтобы не остановиться и не свернуть в сторону. Еще один оглушающий удар – и все вдруг погрузилось во тьму. Вдалеке затих звон церковного колокола, и наступила тишина.