Гримм. Ледяное прикосновение - Джон Ширли

– Мне кажется, будет быстрее, если мы обратимся за ордером сами, – предложил Хэнк. – Напиши судье Бернштейну – он выдает ордера по ночам. Пусть скинет на почту.

– А ордера теперь по электронке рассылают? – изумился Монро.

– Почему бы и нет? У меня почта на телефоне.

– Все равно через Ренарда будет быстрее, – обдумав предложение напарника, решил Ник. – Он работает напрямую с Бернштейном. Сейчас напишу ему смс…

Неожиданно Хэнк поморщился и покачал головой:

– Забудь. Я только что сообразил: Бернштейн на больничном.

– Великолепно! Придется ждать до завтра.

– Эй, вы не забыли, что там Лили? – высунулся с заднего сиденья Монро. – Совсем рядом с нами! Я знаю, она там!

– Вот именно, что не знаешь, Монро.

– Слушай… Я чувствую. У меня особая связь с этой девочкой. Потрошители чувствуют, где их стая. И я знаю, что Лили в том доме.

– У тебя особая связь с девочкой, с которой ты не знаком? Монро, да ты чокнутый, – хмыкнул Хэнк.

Монро на секунду замер, а потом рыкнул:

– Возьми свои слова назад!

– Черт! – Хэнк едва не подпрыгнул. – Я не хотел тебя обидеть. Остынь. Тебе придется подождать, пока мы не соберем рейд и все здесь не прочешем. Можем установить наблюдение за домом, если тебе неймется.

Монро прилагал все усилия, чтобы успокоиться, но глаза у него все равно светились красным, а губы были плотно сжаты. Еще немного, и он схлынул бы.

– Хэнк, – Монро наконец взял себя в руки, – если вы отправите копов следить за домом, их засечет охрана – у них есть часовые, которые дежурят на крыше. Тогда Лили возьмут в заложники.

– На крыше? – переспросил Ник. – Там кто-то из членов банды?

– Не знаю. И что за Существа там дежурят, я тоже не видел. Но от этих ребят у меня мурашки по коже… И только попробуй сказать, что у тебя мурашки по коже от меня, – пригрозил Монро Хэнку.

– Убедил, не буду такого говорить.

– Если у них есть часовые, нам тем более нужен ордер, – покачал головой Ник. – Тогда можно будет окружить весь квартал.

Хэнк постучал пальцем по подбородку:

– И как ты себе это представляешь? Спускаются туда наши ребята и застают всех Существ схлынувшими?

– Бандиты наверняка почуют чужих и перекинутся в людей, – пожал плечами Ник. – Пока «Ледяное прикосновение» ни разу не нарушило это правило. Да, иногда они открывают свой облик – но только Существам, не людям. Хотя сомневаюсь, что они сдадутся с миром.

Монро потряс головой.

– Давайте повяжем их сами. Может, я их спровоцирую, а вы меня спасете? Ну знаете, шли вы себе мимо и вдруг увидели, как кого-то убивают?

– Нет, Монро! – оборвал его Хэнк, поворачиваясь к Нику. – Ты ведь его не слушаешь, правда? Мне и так паршиво, что мы скрываем правду от федералов и Управления. Можем мы хоть раз действовать по закону?

– Ей четырнадцать лет! – перебил его Монро. – А если ее прямо сейчас разрывают на части?!

– Если она вообще там, – охладил его пыл Ник. – Слушай, Монро, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, но…

– Нет, Ник, не понимаешь.

– Тогда объясни, какая связь между тобой и Перкинсами?

Монро вздрогнул:

– Я… не могу. Так вы будете ждать до завтра?

– Придется. Если только не удастся как-то организовать проверку сегодня. Может, Бернштейна кто-то заменяет. Я сделаю пару звонков.

По лицу Монро прокатилась волна, на мгновение изменив его до неузнаваемости.

– Хорошо, – заключил он в конце концов. – Тогда… Пойду поищу свою машину. Если ее еще не угнали, конечно.

– Да ты оптимист, – отозвался Хэнк.

Монро оскалился:

– Звоните, если понадоблюсь.

Он выбрался из машины и побрел прочь, в сторону Салемского бульвара.

– Может, позвать его и подкинуть до машины? – задумчиво спросил Ник, наблюдая за другом. Ему и на расстоянии было видно, как неестественно прямо держится Монро – его гнев и разочарование прорывались наружу даже в походке. Это было опасно.

– Не стоит. Дай ему прогуляться и остыть. Ренард не перезвонил? Давай все равно попробуем связаться с Бернштейном, вдруг ответит…

– Здорово, друг, – окликнул Монро бородатого Потрошителя, когда тот снова показался на пороге пристройки с заклеенными окнами. Оглянувшись по сторонам – будто он опасался полиции, – Монро на мгновение позволил своей звериной сущности проявиться из-под маски человеческого лица. Очертания морды Потрошителя стали видны всего на секунду, прежде чем снова уступили место встревоженной физиономии. – Не знаешь, где здесь можно найти работу?

– С чего вдруг? – вопросом на вопрос ответил здоровяк, оглядывая собеседника с ног до головы.

– С чего мне вдруг нужна работа? – переспросил Монро. – Знаешь ли, я поесть люблю. Мне много не нужно, но хотя бы…

– Нет, дубина. С чего ты вдруг решил задать этот вопрос мне?

– Я слышал, что на этой улице есть работенка. Для нас. Для таких, как мы, я имею в виду. Гулял тут, заметил кореша, решил спросить…

Откуда-то сверху раздался скрежещущий звук. Монро вскинул голову.

– У вас там гнездо, что ли? Опять чертовы голуби?

– Тебе-то какое дело, что там у нас? – здоровяк придвинулся ближе, почти нависая над ним.

– Да никакого. Просто подумал, вдруг ты знаешь, где тут можно найти работу. Но раз ты не знаешь… Ничего страшного.

Монро услышал достаточно, чтобы понять: этот парень не собирается ничего выбалтывать случайному Потрошителю, встреченному на улице. И внутрь он его тоже вряд ли пригласит. А что, если зайти с заднего двора и…

Потрошитель молча сверлил его взглядом.

Монро прокашлялся.

– Ладненько. Тогда не буду тебе глаза мозолить, дружище. Доброй охоты.

Он отвернулся и сделал несколько шагов прочь, насвистывая песенку про оборотней в Лондоне, когда вдруг тишину пустынной улицы разорвал высокий резкий звук – такой могла бы издать зажатая в клещи чайка.

– Теперь-то уж точно, – услышал Монро голос Потрошителя. В следующую секунду его схватили за ворот и пояс и швырнули в темноту. Не успел он подняться, как огромная рука приложила его лицом в землю: точнее, в битые бутылки, щебень и, судя по запаху, высохшее собачье дерьмо.

Просто замечательно!

На спину он перекатился уже в полной звериной форме. Над ним возвышался бородач. Падавший сверху свет делил его лицо на две части: левая была резко очерчена лучами, правая терялась во тьме.

– Не знаю, заметил ли ты, – буднично сказал тот, – но у меня в руке пистолет. «Беретта». 44-й калибр. Мы решили, что запрем тебя здесь, дружище. Если ты, конечно, не предпочтешь пулю в лоб. Ты Потрошитель. Пришел сюда либо потому, что вынюхиваешь что-то, либо потому, что слишком туп. Если верным окажется первое, мы тебя убьем. Если второе – и при этом тебе очень повезет, – тебя завербуют.