Виновата любовь? - Дэни Аткинс

– Он метался по гостиной, как лев в клетке, – шепнул мне папа, пока мы готовили на кухне свежий чай и тосты. На самом деле есть я не хотела, просто нашла удобный предлог остаться наедине с отцом и выяснить, как именно отреагировал Мэтт, узнав, что я уехала с Джимми.

– Прости, что это все на тебя свалилось. Не понимаю, с чего он так взбесился.

Папа повернулся ко мне и молча направил на меня долгий оценивающий взгляд.

– Что? – спросила я, разыгрывая дурочку. – Что ты так смотришь?

Однако попытку разрушил предательский румянец, выступивший на щеках и разгоравшийся только жарче под всепонимающим родительским взглядом. Не знаю, о чем догадался папа, но, думаю, он был недалек от истины.

– Рейчел, будь осторожна, или это может плохо кончиться. – Отец обнял меня одной рукой и прижал к себе. – И меньше всего я хочу, чтобы плохо было тебе.

После чая с тостами общее настроение немного улучшилось, и папа с Мэттом захотели узнать обо всем, что произошло в Лондоне. Понадобилось немало времени на то, чтобы рассказать о событиях последних суток, – даже опустив, естественно, случившееся прошлой ночью. Сомневаюсь, что кому-то из присутствующих, и прежде всего мне самой, хотелось об этом услышать.

Когда я закончила, повисла длинная пауза – оба переваривали информацию.

– То есть теперь ты все вспомнила? – с нажимом спросил обнадеженный Мэтт.

– Нет, не совсем. Вернее, совсем ничего, если честно. Зато стало ясно – того, что я помню, на самом деле не было.

На лице Мэтта отразилось откровенное разочарование, причем, похоже, лично мной, а не всей ситуацией вообще. Можно подумать, стоило мне приложить больше усилий, и все бы сразу устроилось.

– Ничего, милая, – проговорил папа, ободряюще сжимая мою руку. – Времени прошло совсем немного. По крайней мере уже есть какой-то прогресс перед встречей с тем специалистом по амнезии.

– Да, Джимми тоже так сказал.

Лицо Мэтта на миг окаменело, стоило мне произнести имя, но, к счастью, от комментариев он воздержался.

– Кстати, я тут отыскал и разобрал все, что поможет тебе восстановить в памяти эти последние пять лет.

Папа так сиял от гордости за себя, что я, хоть и с трудом, подавила стон, когда он переложил с дивана на кофейный столик несколько пухлых фотоальбомов и коробку с какими-то памятными вещицами.

– Ну, мне как раз нужно прогуляться в город, а вы пока посмотрите. Думаю, Мэтт сможет ответить на твои вопросы куда лучше меня. Со мной-то ты вряд ли и половиной делишься!

Учитывая последние события, полагаю, он был прав.

* * *

Я пролистала всего несколько страниц первого альбома, когда входная дверь щелкнула, закрываясь за папой. Мэтт придвинулся ближе, аккуратно переложил альбом из моих рук обратно на столик и крепко обнял меня, прижав к себе.

– Давай оставим пока старые фотографии. Думаю, я знаю способ получше.

Прежде чем я успела что-то сказать или хотя бы определиться, чего хочу сама, он припал к моим губам властным и требовательным поцелуем. И после секундного ступора я ответила на него. Возможно, именно это было мне сейчас нужно. Вдруг не только в сказках принц способен таким образом разбудить спящую принцессу? Да и Мэтт с его великолепной внешностью и уверенностью в себе мог разжечь страсть даже у магазинного манекена, не говоря уже о женщине, последние семь лет эти поцелуи принимавшей.

Наши губы двигались в унисон, рука Мэтта по-хозяйски гладила мою спину, и вдруг я действительно вспомнила. Вспомнила, как сильно влюбилась в него в школе, как много он значил для меня тогда. Ни одна женщина не забудет свою первую любовь, и сейчас во мне всколыхнулось прежнее чувство. Но я вспомнила и то, как безжалостно вырвала его из своей жизни, когда погиб Джимми, как без следа искоренила все, что нас связывало. И хотя это причинило мне боль, она не шла ни в какое сравнение с мукой утраты лучшего друга. Пусть выяснилось, что ужасное случилось только в моем воображении, – не нужно иметь степень по психологии, чтобы понять сигнал, который посылало мне мое подсознание.

Я не оттолкнула Мэтта, однако моя внезапная холодность постепенно дошла до него.

– Рейчел? – прошептал он мне в ухо и нежно коснулся губами моей шеи. Я непроизвольно дернулась. Оторвавшись от меня, он взглянул мне в лицо. – Я слишком тороплюсь? Остановиться?

Я молча кивнула. Слава Богу, он все понял. Мне было ужасно стыдно, что я завела его, с самого начала чувствуя, что это неправильно. Наверное, то же ощутил и Джимми сегодня ночью. Какая ирония!

– Может, просто посмотрим, что откопал папа? – неубедительно предложила я.

– Как хочешь, – пожал плечами Мэтт и шутливо добавил: – Не думай, что я легко сдался.

Уверена, он не имел в виду ничего такого, но почему же я не могла избавиться от ощущения, что слова прозвучали скорее угрозой, чем обещанием?

Несколько часов спустя, пролистав три альбома, я ни на йоту не приблизилась к тому, чтобы хоть что-нибудь вспомнить, только замучилась рассматривать бесконечные фото, где я была запечатлена с людьми, которых не знала, в местах, которые никогда не посещала. Мэтт в основном мог пояснить, что к чему, однако целая куча снимков, сделанных в студенческие годы, так и осталась загадкой.

– Похоже, отрывалась я там неплохо, – заметила я, выуживая из стопки фотографию, на которой мы с друзьями стояли, положив друг другу руки на плечи – у каждого по бутылке пива, и все веселые-превеселые.

– Да, в универе было классно. – Нарушив установленную границу, Мэтт наклонился и поцеловал меня снова. – Но сейчас куда лучше.

Его самоуверенности можно было позавидовать. Чтобы отвлечь Мэтта, я поскорее перевела разговор на первое, о чем подумала.

– Так, значит, наши отношения прошли проверку расстоянием?

Мне показалось, или в его глазах мелькнуло беспокойство?

– Ну, мы по-прежнему вместе – значит, справились.

Однако его голос прозвучал не совсем уверенно. Мои подозрения получили лишнее подтверждение, когда Мэтт поспешил свернуть эту тему.

– И теперь мы с тобой помолвлены. – Нескрываемое удовлетворение слышалось в его словах.

– Да, помолвлены, – эхом откликнулась я с совершенно иным чувством.

* * *

– Уверены, что не хотите с нами, Тони? Мы будем рады.

Несмотря на всю вежливость слов Мэтта, особенной искренности в них не слышалось. Судя по искорке, мелькнувшей в глазах отца, он это тоже почувствовал.

– Нет-нет, идите вдвоем, развлекайтесь. Что я буду за вами таскаться – все удовольствие от ужина вам испорчу. И потом, мне ведь нужно приготовить гостевую комнату.

Туше! Отличный ход, папа!.. Мэтт ничего не сказал, и только в безопасности кожаного салона машины его прорвало: