Зеленый всадник - Кристен Бритен

Правитель прикоснулся рукой ко лбу и склонил голову, не слишком низко, но и не оскорбительно. Он отказывался от формальных поклонов, ссылаясь на старые охотничьи раны.

— Вина, мой принц? — осведомился лорд.

Тот лишь презрительно махнул рукой и повернулся к огню. Мирвелл все равно наполнил кубок и, с большим трудом прохромав к камину, вручил его гостю. Амильтон принял кубок и без лишних слов вылил содержимое на пол.

Хозяин дома даже не моргнул.

— Как я могу служить вам, мой принц?

Амильтон повернулся к нему и одарил высокомерным взглядом. Его лицо было уже, а черты острее, чем у брата, но те же карие миндалевидные глаза, как у всех в клане Хилландер.

— Я не буду пить разлитую по бутылкам мочу, которую вы зовете вином.

— Прошу прощения, мой господин. Рованнское достать непросто, мы держим его для более… особых случаев.

Неудивительно, что покойный король избрал наследником Захария. Амильтон — просто испорченный мальчишка.

— Кажется, вы не торопитесь сообщать мне о делах, касающихся моего брата.

— Капитан Иммерез нечасто посылает вести. Он находится в постоянных разъездах, чтобы устранить все препятствия на пути исполнения наших планов. Вы знаете о делах неменьше, чем я.

— Кажется, я мог послать собственных убийц много месяцев назад и покончить с этим.

— Разумеется, мы попробовали действовать и так, но безуспешно. Такой методике не хватало тонкости. Убийц мгновенно схватили.

— Да, потому что в вашем доме есть шпионы, которые разузнали о наших планах. И мой брат знает, где я скрываюсь.

— Знай ваш брат, кто подослал убийц, неужели он не отправил бы к нам своих Клинков? И что ему за дело, где вы находитесь, если только не в Сакоре? Мой господин, мы лишь подозреваем, что в доме Мирвелла есть шпион.

— Полагаю, теперь и брат заподозрил неладное и отправил шпиона. Почему вы думаете, что наша новая попытка не провалится?

— Мы приняли все возможные предосторожности, мой господин. Верьте мне.

— Я искренне надеюсь, что на сей раз вы меня не подведете, Томас. — Амильтон поставил кубок на каминную полку и нервно заходил по комнате. Он остановился у раскрытого окна, выходившего на поле для военных учений, и помолчал, чтобы последняя фраза прозвучала как угроза. — И вы доверяете Серому магу?

— Совершенно. Он владеет древними силами, поэтому союз с ним принесет нам былое влияние и славу, о которых мы и мечтать не могли.

Амильтон прислонился к подоконнику, скрестив руки на груди. На фоне ясного неба был четко виден его силуэт — хорошо сложенная фигура, ничего не скажешь.

— Честно говоря, его методы мне не слишком нравятся. Я говорю о громитах. Придется попотеть, чтобы убедить прочих лордов-правителей и знать присоединиться к Серому магу и его армии.

— Его армии достаточно, чтобы быстро захватить целую провинцию в случае необходимости, — проговорил Мирвелл. — А предлагал ли он вам свою помощь?

— Не вполне. Я опасаюсь, что он предаст нас и перебежит к моему брату.

— Было бы куда проще первым делом обратиться к нему, не вступая в контакт с вами.

— Согласен.

— Не будем попусту беспокоиться, — предложил Мирвелл. — Магу не удастся уговорить вашего брата снести Стену Д'Иеров. Захарий слишком порядочный человек.

А я, значит, нет? — На лице Амильтона не мелькнуло и тени улыбки.

Мирвелл мудро воздержался от ответа. Он уже начинал привыкать к разглагольствованиям принца.

— Отец лишил меня того, что было моим по праву наследования, и отдал брату. Представляете ли вы унижение, выпавшее на мою долю, когда наследником провозгласили его.

Мне хотелось выпустить братцу кишки прямо там, в тронном зале, перед лицом отца и его советников, ухмыляющихся лордов-правителей и глав кланов. Он всегда был отцовским любимчиком. Вечно превосходил меня в учебе, охоте и верховой езде. Он восстановил старую породу хилландерских терьеров, и его псарням завидует вся страна.

— Впечатляет, — согласился Мирвелл, — но нельзя же судить о человеке по его псарням.

На сей раз Амильтон мимолетно улыбнулся.

— Будь я хоть чуть умнее, убил бы отца до того, как он успел объявить наследника. Тогда я был бы сейчас королем, и судьба брата находилась бы в моей власти, а не наоборот. Посмотрели бы мы тогда, кто отправится в изгнание.

Мирвелл бросил взгляд на доску «Интриги». Со времени последнего доклада Иммереза положение фигур на ней немного изменилось. Правитель взял красного короля, потрескавшегося и поцарапанного от времени, и повертел в пальцах.

— Задним умом всякий крепок, мой принц. О прошлом бесполезно жалеть. Вашему брату не хватает нескольких полезных свойств, присущих вам.

— Например?

— Например, честолюбия. У нас с вами это ценное качество присутствует, и оно будет погибелью для тех, кто лишен его, как, скажем, ваш брат. Мы еще сделаем Сакоридию великой. — Мирвелл поставил красного короля на границу владений зеленого.

Честолюбие — прекрасное свойство для человека его лет. Благодаря ему он молод душой и готовит лучшее будущее своему клану. Как только Амильтон взойдет на трон, самая бедная и самая богатая провинции Сакоридии — Адолинд и Л'Петри — присоединятся к землям Мирвеллов. Адолинд — потому что примыкает с севера и заполнена миллионами акров первозданного леса. Его древесина будет сырьем для бумажных фабрик и судоверфей на многие столетия. Л'Петри — за свои гавани, рыбацкий флот и процветающую столицу — Корсу. Кроме того, эта провинция примыкает к владениям Мирвеллов на юго-востоке.

Сопротивление окажется слабым, если будет вообще. Армии обеих провинций смехотворны. А что, если даже возникнут проблемы? Серый маг и король Амильтон поддержат его собственными силами.

— Вы победите, мой принц, — пообещал Мирвелл. — Вы непременно победите.

«Конечно, — подумал он, — если Иммерез сумеет остановить этого зеленюгу вовремя».