Пришельцы, дары приносящие - Гарри Гаррисон

Какая бархатистая у нее кожа!

– Энди, давай не будем сейчас спорить. Словами «да» или «нет» тут ничего не объяснишь, и то, что ты называешь моралью, не имеет к этому никакого отношения. Что ты собираешься делать?

Я сделал, что собирался. Очень уж сильно хотелось. И мы больше не спорили.

С койки мне удалось сползти лишь в середине дня, и, кроме как ползать, я не мог ничего. Лежал я у себя в каюте, и думать о том, как здесь очутился, совершенно не хотелось. Память о событиях этой ночи возвращалась крайне медленно. Я наглотался аспирина и еще каких-то таблеток, принял холодный душ и позвонил буфетчику; тот в конце концов появился и за бешеные чаевые принес уйму черного кофе в столь некофейное время суток. Его глаза, по обыкновению, были полны сочувствия, для которого, впрочем, на сей раз имелись все основания.

Когда память восстановилась, а с ней худо-бедно и здоровье, я заулыбался в зеркало. А плавание-то, как ни крути, получилось недурственное. Освежившийся и побритый, я насвистывая прошелся до каюты Таму, распахнул дверь и нежно произнес:

– Приветик!

Но там никого не оказалось. Каюта была аккуратно прибрана, вещи заперты в больших чемоданах, никакой одежды и туалетных принадлежностей не видать. Только американский паспорт лежал на столике. Мой? Нет, мой остался у меня в каюте, я его там нашел и сразу припрятал.

Я раскрыл паспорт на первой странице и увидел фотографию с официальными красными и синими буковками по краю. Со снимка на меня смотрела Таму.

Этого не могло быть, но это было. Она, только не в черных шелках, а в белой блузке. На соседней странице имя и фамилия: Тамми Савани. Таму Савафи? Место рождения: США, Коннектикут. Неужели капитан прав насчет ЦРУ? Или она не за наших, а за русских? Вот для чего ей понадобился мой паспорт…

– Когда насмотришься вдоволь, отдашь? – спросила она, стоя в каюте спиной к закрытой двери.

– Ты американка?

– Нет.

– Значит, советская шпионка, или пекинская диверсантка, или…

– Ни то, ни другое, ни третье. Если захочешь выслушать, я расскажу.

– Давай рассказывай. – Я бросил паспорт на столик и рухнул на сиденье. Головная боль молотом стучала по темени, и это в придачу к разброду в мозгах и общему недомоганию.

– Это деловая поездка, и ничего более. Я коммерческий представитель, представляющий финансовые интересы заинтересованных в инвестициях инвестиционных организаций.

– А говорила, что ты простая арабская девушка.

– Необходимое прикрытие. – Она отвечала спокойно, пряча руки в складках темной материи; никакие чувства не отражались на лице.

– Ладно, тогда кто же ты на самом деле? – Меня разобрал нешуточный интерес.

– Если скажу, как ты поступишь?

– Что? Да никак, наверное. Я не коммерсант и не промышленный шпион – что мне до финансов и инвестиций! Другое дело, если ты из государственной спецслужбы, и я буду так считать, пока не разубедишь. Бизнес есть бизнес, отец это часто повторял.

– Твой отец весьма мудр. Надо бы с ним познакомиться. Уверена, это нам обоим принесет финансовую пользу.

– Познакомиться с ним тебе просто необходимо, ты теперь даже говоришь, как он. Убеди его, что продавать тракторы завода «Серп и молот» выгодно, и он всех своих работников заставит носить пуговицы со звездами. Так из какой ты страны?

– Ты ее не знаешь.

Ах так, да? Подначивать?

– По географии у меня были самые лучшие оценки. Все государства знаю, даже новые.

– Моя родина находится очень далеко, в световых годах.

– Ну да, ну да, ты с другой планеты.

– Вот именно.

Эта новость, как вы наверняка догадываетесь, здорово меня потрясла.

– Тамми-Таму, это очень серьезное заявление. И доказать можешь?

– Конечно могу, доказательств предостаточно. Здесь я нахожусь с целью установить торговые отношения с твоим миром, при мне образцы широкого ассортимента товаров наряду с описаниями производственных технологий и другими вещами, способными заинтересовать вашу сторону.

– А ну, покажи.

Она показала. Вынула руку из складок платья, и я увидел цилиндр величиной с мой большой палец.

– Броуновский термоутилизатор, или излучатель концентрированного тепла. Не нуждается во внешнем питании, так как использует энергию молекулярных связей. Срок службы порядка ста ваших лет. Два режима – вот это колесико регулирует выдачу плазмы от микропорции, с огонек зажигалки для сигарет, – (штуковина засветилась голубым), – до самых разных величин, то есть она может применяться для приготовления пищи, удаления краски и для многих иных задач, как в быту, так и в промышленности.

В воздухе появился красный диск, от него разбегались тепловые волны.

– Полезная вещица. – У меня жутко пересохло в горле.

– А полная мощность излучения в узком поле создает термолезвие, применимое для пайки, сварки, резки и тому подобного.

Красная линия толщиной с нить полыхнула от ее руки до переборки, и там осталась проплавленная дырка в окружении пузырей краски. Штуковина со щелчком выключилась и легла на стол. Я глядел на нее круглыми глазами и не испытывал ни малейшего желания взять в руки.

– Это еще и оружие, причем опаснейшее, – пробормотал я.

– Такое применение тоже возможно.

– И ты держала этот термоутилизатор в руке, пока мы разговаривали. На случай, если мой ответ тебя не устроит?

Она не ответила, но молчание было красноречивым.

– Значит, я ответил правильно?

– Да. Впрочем, я и не сомневалась. Хочу тебя нанять в качестве референта по межкультурным связям. Чтобы начать торговлю, нужен человек, который привлечет в нашу организацию адвокатов, инженеров и других специалистов, который позаботится о том, чтобы первичные контакты с государственными и бизнес-структурами налаживались без проблем…

– Без проблем, как же. Тебя примут за разведчика… за разведчицу, которая идет впереди армии захватчиков.

– Это крайне примитивная реакция, но нельзя исключать и ее. Ты нам посоветуешь, как избежать подобных эксцессов. За это тебе полагается гонорар в миллион долларов плюс одна миллионная процента от сетевой прибыли в течение двадцати лет или в течение оставшегося срока твоей жизни, если ты умрешь раньше.

– Таму, ты говоришь как юрист.

– Я и есть юрист, помимо прочего.

– И в числе этого прочего ты женщина. Не желаешь ли рассказать, по какой такой случайности вы, инопланетяне, оказались настолько похожи на людей?

– Это не случайность, а результат обдуманных действий. У нас много черт сходства: двуногое прямохождение, двуполость, парные органы зрения и слуха и так далее. Но боюсь, отличия перевешивают.