Ренегат - Артем Мичурин

– За две возьму.

– Две?! Совесть поимей! Что в наше время две монеты? На полраза поебаться! А тут вещь добротная, годами служить будет! Накинь «маслят» десяток.

– Ладно, уболтал. Две монеты и три «масленка». Больше не дам.

«Рыба» вперился в Стаса выпученными зенками, причмокнул, и толстые губищи поползли вширь.

– Ах, шельма! Повезло тебе! Забирай!

– И еще кое-что, – продолжил Стас, отсчитывая требуемую сумму.

– Слушаю.

– Подскажи, как до базы Потерянных добраться.

– Работу ищешь?

– Да.

– Правильно. Сейчас самое время. Небось, тоже слыхал, какой вчера Центровые тут пропиздон устроили? – спросил «Рыба», приглушив звук.

– Насчет этого не в курсе.

– Да ты что? Прилетели, рыл сорок, а то и больше. И через нас к базе прямо. По дороге патруль расстреляли и двух барыг. Видишь? – Он расстегнул пуговицу на груди и, оттянув куртку, постучал ногтем по кирасе. – О! Жить захочешь – не так еще упакуешься. Чтоб их разорвало. А от забора такая пальба потом началась, хоть в землю зарывайся! Видать, сразу несколькими отрядами ударили с разных сторон. Сегодня ни одного патруля не найдешь. Раны в казармах зализывают. То ли будет еще.

– Угу, интересно. А к базе-то как пройти?

– Налево, – махнул торгаш в конец улицы, – потом направо, мимо водонапорной башни и там уже увидишь.

– Благодарю.

Стас забрал покупку и направился указанным курсом.

Водонапорная башня – кошмарное сооружение, обилием грязи больше похожее на силосный резервуар, – обнаружилась довольно скоро, а дальше из-за крыш уже выглядывали сторожевые вышки. Через пять минут Стас подошел к воротам.

– Чего надо? – ненавязчиво поинтересовался один из постовых, дежуривших возле кирпичной будки, и поправил автомат. Стрелки на двух ближних вышках тоже развернули свои рабочие инструменты в сторону визитера.

– Я по поводу работы. Бойцов нанимаете?

Постовой – крепкий мужик в поношенном бушлате и защитного цвета штанах, заправленных в сапоги, – окинул Стаса придирчивым взглядом и хмыкнул.

– Штык, – позвал он, не оборачиваясь, – проверь.

Из будки вышел тощий субъект в длинном, чуть не до пят, брезентовом плаще и с печатью вселенской скорби на противоестественно вытянутой роже. Выглядел он настолько безобидно, что даже висящая поперек груди «Сайга» не добавляла воинственности. А вот то, что шагало по правую руку, заставило Стаса сделать шаг назад и напрячься.

– Собака? – произнес он едва слышно, не до конца веря собственным глазам.

Огромный, килограмм под шестьдесят, пес был заметно крупнее любого из ранее встреченных Стасом, да и по виду сильно отличался от своих лесных собратьев. Длинные крепкие ноги, широченная грудь, бугры мускулов, перекатывающиеся под лоснящейся черно-коричневой шкурой, вертикально торчащие уши и острая морда с умными злыми глазами.

Тварь дернулась вперед, натянув короткий поводок, и зарычала.

– Мешок на землю, – скомандовал тощий.

Стас без лишних слов стянул рюкзак и опустил перед собой.

– Ищи. – Штык шагнул вперед, позволяя своему четвероногому напарнику ткнуться носом в Стасовы пожитки.

Пес обнюхал рюкзак, сунул морду в приоткрытую горловину и, высунувшись обратно, басовито гавкнул.

– Взрывчатка есть? – поинтересовался Штык.

– Только гранаты.

– Доставай.

Стас присел, осторожно подтянул к себе рюкзак и выудил две РГО.

– Давай сюда, – подключился мужик в бушлате.

– Что значит «давай»? – Стас решил до конца соответствовать образу жадного лаца-наемника. – Они денег стоят, и немалых. Кто мне компенсирует?

– Охренел, что ли? – возмутился мужик. – Сюда, я сказал!

– Хорошо-хорошо, не надо шума, – примирительно поднял руки Стас, и обе РГО перекочевали в карманы бушлата.

– Ищи, – повторил Штык.

Пес снова обнюхал вещмешок, но в этот раз промолчал.

– Чисто.

– Бери вещи, шагай за мной, – распорядился новый обладатель гранат и, не дожидаясь реакции, исчез за дверью КПП.

Стас схватил рюкзак и поспешил следом.

На территории базы кипела жизнь. Жизнь тяжелая. Масса народу носилась из конца в конец громадного, обнесенного железобетонным забором квадрата, таская ящики, тюки, корзины, носилки с ранеными. С противоположной стороны, скрытой рядами длинных бараков и неказистым двухэтажным сооружением, надрывно урчали двигатели. Крепкий мат, производимый несколькими десятками глоток, разносился над пестрой толпой, усиливая эффект общей сумятицы.

Стас шагал за провожатым, стараясь не терять его из виду и одновременно составить представление об устройстве базы. На всякий случай.

Как стало понятно уже при внешнем осмотре, в плане она представляла собой квадрат. В каждом углу располагалось по вышке – солидной, похожей на гриб конструкции метров десяти высотой, с широкой площадкой, накрытой четырехскатной крышей и укрепленной бронепластинами. На каждой вышке дежурила пара стрелков за пулеметами, контролируя все сектора вокруг периметра. Входов-выходов, судя по звуку двигателей на противоположной стороне, было два, но напрямую они не соединялись. Центр базы занимало большое г-образное здание в два этажа высотой. Вдоль левой стены периметра, ближе к углу, располагался ангар со странной полукруглой крышей. Дальше шли одноэтажные бараки. Стас насчитал целых шесть. Справа, перпендикулярно забору, стояли еще четыре точно таких же, выполняющих, судя по всему, роль казарм. А за ними располагался двухэтажный дом из красного кирпича под жестяной крышей. Именно туда и направлялся сейчас провожатый.

– К Гематоме, – коротко поставил он в известность дежурившего у крыльца автоматчика и, кивнув на Стаса, – этот со мной, – проследовал далее.

Внутри здание выглядело, мягко говоря, аскетично – голые неоштукатуренные стены, бетонный пол, испещренный грязными отпечатками подошв, полное отсутствие какой-либо мебели в коридорах и витающий среди этого «убранства» запах сырости. Поначалу Стас даже засомневался в верности предположения, что это и есть штаб, но зашедший следом и поинтересовавшийся «у себя ли шеф» посетитель подтвердил ранее сделанные выводы.

– Не занят? – провожатый приоткрыл одну из дверей и заглянул внутрь. – Я бойца привел.

– Давай, – прогудело оттуда.

Стас откашлялся и шагнул в кабинет потенциального работодателя.

Хотя назвать это кабинетом можно было лишь с большой натяжкой – комната три-на-три, одно окно с треснувшим стеклом в полусгнившей раме и торчащей из форточки трубой печки «буржуйки», приютившейся в углу на ржавом поддоне, единственный стул, умывальник, шинель с разгрузкой на вбитых в закопченную стену гвоздях, тумбочка с двумя кирпичами взамен потерянной ножки, сваленный в кучу прямо на полу разнокалиберный хлам, топчан с драным соломенным матрасом, скрученный бушлат вместо подушки, прислоненный к изголовью РПК-74 и сам хозяин «кабинета», сидящий на койке.