Изгнанники - Михаил Михеев

– И требуют?

– Разумеется. Очень эффективный метод. А главное, если человек потребовал его применения к себе, отказать ему никто не вправе.

– А как они борются с национализмом?

– Да, в общем-то, никак. У них нет такого понятия. Человек, решивший стать гражданином Российской империи, должен для этого стать русским, говорить по-русски, вести себя в обществе согласно русским нормам. То есть на кухне хоть по-китайски говори, хоть на ушах летай, но если на улице ты скажешь, что не понимаешь по-русски, или будешь идти, разговаривая с собеседником на другом языке, если ты, скажем, не гид или переводчик при иностранце, это автоматически означает лишение гражданства. А лишившись гражданства, человек лишается всего, гастарбайтеров в России не жалуют. По сути, русские ассимилировали другие народы, привязав их к своему языку и своей культуре. Все преподавание, вся деловая переписка, все официальные бумаги – все

только на русском языке. За любую пропаганду сепаратизма – смертная казнь. Очень эффективный метод, заимствованный у немцев. Вдобавок, русские прекрасно понимают, что основы мировосприятия закладываются и укрепляются в школах и прочих учебных заведениях. Сейчас у них учителя и преподаватели – одни из самых престижных и, соответственно, высокооплачиваемых профессий. Преподавание ведется на недостижимом для наших учебных заведений уровне, и учат, соответственно, так, чтобы воспитать патриотов. И население планет, попавших в состав Российской империи, тоже ассимилируется в течение максимум двух поколений. По сути, русским без разницы, какой ты национальности, но если ты думаешь, как русский, – значит, ты и есть русский. Пожалуй, единственные, кого сложно встретить в Российской империи, – это негры, но тут уж они виноваты сами. Они, как это ни прискорбно, в большинстве патологически ленивы, а русские не кормят тунеядцев. Так что негры ищут места посытнее, где можно лежать и ждать, пока банан сам в рот не упадет. Хотя, конечно, и исключения бывают.

– Полная ассимиляция завоеванных планет, подавление национального самосознания и культуры… Жестоко.

– Русские считают, что нет. Жители планет прекрасно знают, что их ждет. Русские считают, что если бы их это не устраивало, то они бы защищались до конца. Ну а раз сдались – значит, согласны. Да и то сказать, русские ни разу не нападали первыми, только отвечали ударом на удар. Ну, или на оскорбление.

– А религиозные противоречия?

– Религиозные противоречия могут быть при авторитетных религиях, а у русских таковых нет. Вернее, представители различных религий имеются, но они вынесены за скобки, а их возможности сведены к нулю.

– Но разве это возможно?

– Как оказалось, да, но для этого потребовалась программа, рассчитанная на десятки лет и на смену нескольких поколений. Причем никто и не понял, что русские нацелились на религию. Просто вначале у них шло снижение роли искусства в обществе. Точнее, не так – снижение роли деятелей искусства. Русские упорно вбивали в головы людей, что все эти деятели искусства, вне зависимости от их гениальности,

всего лишь высокооплачиваемый обслуживающий персонал, как официанты или таксисты. Некоторые пытались протестовать – и быстро оказывались на улице в роли дворников, а их место занимали те, кто готов был работать так, как скажут те, кто платит. При этом в творчестве их, в общем-то, не ограничивали, просто сбили гонор и понизили планку общественного восприятия. Одновременно вели пропаганду религиозного искусства – священники всех концессий были рады, придурки… А потом их всех разом объявили работниками искусств – и все, влияние религии упало в ноль. За пастырями люди идут, но кто пойдет за клоунами?

– А новые религиозные течения?

– Запрещены. Помню, при мне был случай – объявился один, объявил себя новым воплощением Иисуса. Так его арестовали и судили, а судья вынес приговор – повесить. Мол, если Иисус настоящий – повешение ему не повредит, все равно воскреснет, а если нет – то он мошенник, а за мошенничество с использованием религиозной атрибутики положено вплоть до смертной казни. Видели бы вы, как он вопил и отрекался от своей божественной сущности.

– И что?

– Не воскрес.

– То есть Российская империя неуязвима?

– Неуязвимых не существует. Однако Россия – противник, с которым связываться очень опасно. Русских лучше не трогать – и они вас тоже не тронут. Увы, у нас не было другого выхода… Если честно, я предпочел бы работать с русским капитаном в открытую, но эта секретность… Придется играть с теми картами, которые есть.

– Зачем вы мне все это рассказали?

– А чтобы вы поняли, с кем вам придется иметь дело. И затем, чтобы вы не вздумали психовать – русские могут позволить себе смотреть на нас свысока…

Французская Деспотия. Порт Орлеан-Альфа. Примерно это же время.

– Идиоты! Вы понимаете, что вы натворили? Вы обязаны были догнать этот корабль и захватить его любой ценой!

– Это было невозможно – их прикрывали русские.

– Какие, к дьяволу, русские, адмирал? Какие русские, я вас спрашиваю! Разведка точно установила – там были только пиратские корабли.

– Значит, это был русский пират.

– Русских пиратов не бывает, и вы знаете это не хуже меня.

– Расскажите это тем капитанам, чьи корабли были расстреляны с запредельной дистанции. Там был русский корабль, и корабль мощный. Думаю, классом не ниже тяжелого крейсера, точнее определить невозможно – его защита слишком мощная.

– Плевать! Вы должны были захватить английский крейсер даже ценой всей эскадры. Где мы его теперь будем искать?

– Не знаю…

– Вы никогда ничего не знаете! Ладно, озадачим разведку, возможно, она опять нам поможет. Вам на усиление передадим два линкора из резерва. Будьте в полной готовности к немедленному старту! И не дай вам бог опять облажаться – русские там или не русские, но если вы опять их упустите, то вылетите в отставку быстрее метеора.