Адские каникулы - Алиса Дорн

Нет, в ГООУ тоже хватало и снега, и дождей. Мороз вполне натурально кусал кожу, а град стучал ночью по подоконнику. Но все было как-то… понарошку. Здесь никогда не желтели листья. Изумрудный газон не выгорал под палящим солнцем. Клумбы одинаково радовали глаз и при плюс сорока, и при минус сорока градусах. Конечно, глупо ожидать, что Граница будет подчиняться тем же правилам, что и Земля, но… от этого только сильнее хотелось домой.

– Я не понимаю, чего от меня хочет Райли, – озадаченно сообщил Макс вместо приветствия. – Она прислала уже десяток сообщений. Кто такой Дэйв Лазовски?

– Кажется, последний кандидат, которому не повезло пройти ее отбор. А хочет она нам его продемонстрировать, – я и сама не была уверена. – По-моему, она считает, что так их отношения станут более реальными.

– Глупость какая.

– Конечно, глупость. Она влюблена, – проворчала я. Жаль только, не в Лазовски. – Девушки делают глупости, когда влюблены.

Макс наконец улыбнулся – впервые с нашей встречи.

– Кто бы говорил.

И что это должно означать? Мы всё еще оставались оба на своих местах: я замерла у двери, он – на другом конце комнаты. Странная диспозиция, но что-то удерживало меня от первого шага… Нет. Я не буду сомневаться. Он многого мне не говорил, но он никогда не захотел бы подвергать меня опасности. Когда-нибудь я выясню, почему он привел Сагу, а пока мне достаточно этого. Я пересекла разделявшее нас расстояние и обняла его.

– Ты действительно вернулся, – я прижалась к влажной ткани щекой.

– Ты сомневалась?

Я беспокоилась.

– Значит, Райли времени без меня не теряла. А ты?

А я пыталась разузнать имя нашего анонима – что Макс просил меня не делать. Сблизилась опять с Дизом, пусть мы и были теперь друзьями, но все же. Узнала нелицеприятную правду о самом Максе…

– Я познакомилась с библиотекарем, – поведала я самую нейтральную часть информации.

Ладно, это произошло не совсем в его отсутствие, но я ведь еще не рассказывала об этом?

Макс страдальчески вздохнул.

– Почему ты не можешь жить нормальной жизнью и не влипать в неприятности?

Забавно. Максу, видимо, личность библиотекаря была известна.

– Вообще, они сами со мной познакомились. Не могла же я убежать от них с дикими воплями «Изыди, нечистая сила! Не тронь меня!»? Мне там еще книги брать по учебе… – Я помедлила, прежде чем задать вопрос: – А ты как?

Макс тоже ответил не сразу – но я и не ожидала.

– Меня могут забрать отсюда раньше. После этого семестра… После следующего.

Не нужно было уточнять, кого он имел в виду. Охотники, «Хантерс Инкорпорейтед». По договору, заключенному между ними и гени, Макс с рождения принадлежал им. Как и его отец, как и его дед… Рабство. Против которого никто не скажет ни слова, даже в нашем двадцать первом веке.

– Почему?

Он пожал плечами и попытался выдавить из себя улыбку.

– Диплом о высшем образовании мне все равно в будущем не понадобится.

Да, но… Я предполагала, что Макса отправили сюда, чтобы наблюдать за мной. Тогда зачем отменять приказ так рано? Или я была не права?

Или они тоже знали, что мне осталось недолго?

Как же я от всего устала. От интриг и секретов, от страха и попыток сделать вид, что все нормально…

– Пойдем, – потянула я его за руку.

– Куда?

– Все равно. У тебя же нет никаких планов на сегодня?

В коридоре я притормозила и заглянула на секунду к некромантам. Игра закончилась, за круглым столом осталось всего два человека.

– Лизетт, отмажь меня? Если кто-то будет спрашивать, я отошла на пять минут. А через час уже должен Оливер прийти…

Я устала. От ссоры с Софией, от головной боли, от того, что узнала о себе сегодня…

Как-то Макс сказал мне, что в их мире хороших парней не бывает. Возможно, он был прав. Возможно, он знал, что встречу с марой я вряд ли переживу. Возможно, его заставили потребовать с Саги долг подобным образом. Был ли он в таком случае виновен в своем поступке?

Я не буду судить Макса. Потому что, если его вина не доказана, моя – однозначна. Из-за скрытности. Из-за того, что использовала его. Из-за Диза, о котором в последнюю неделю я думала несколько больше – существенно больше, – чем полагается девушке, у которой уже есть парень…

И вообще не буду судить нас. Не сегодня. Просто представлю, всего на пару часов, что мы – двое обычных первокурсников в обычном мире.

– Гулять. Куда глаза глядят. Хочешь, отправимся к кинематографистам, они устроили перед своим корпусом театр под открытым небом. Будем лежать на траве и смотреть старые ужастики. Хочешь – забредем в лес, так далеко, что нас никто не найдет. Хочешь – заберемся наверх башни и будем сидеть на крыше. Ты и я, – никакого ГООУ, никаких Охотников. Никаких проблем. – И свободный вечер. У нас их давно не было, правда?

Мы это заслужили.

Предоставив Дизу разбираться, кто еще получал анонимки, – демон лучше ладил с людьми и по знакомым мог опросить гораздо большее количество студентов, чем я, – я занялась другим вопросом. Если предположить, что анонимки рассылались не всему университету (будь это так, кто-то наверняка пожаловался бы в газету), то… Почему именно коммуникационный центр? Что в нем было такого?

Закрытая секция встретила меня резким светом и моим собственным измученным отражением в зеркале. На этот раз я не стала даже доставать ключ: Бертрам знали, что я здесь. Сами появятся.

Прислонившись щекой к холодному стеклу, я ждала. Прошло минут десять, прежде чем по ступенькам застучали каблуки. И в руки мне сунули дымящуюся чашку.

– Что это?

Запах от варева шел странный: горький, густой, травяной. И в то же время инисто-холодный, будто от него вовсе не поднимался пар.

– Кто из нас учится на зельеварении? – библиотекарь сегодня явились без воронов и вообще выглядели на удивление цивильно. Черные волосы были заплетены в аккуратную косу, вместо джинсов и майки – блузка и скромная юбка ниже колена. – Пей. Поможет от головы.

Здравый смысл подсказывал, что принимать неизвестную бурду из рук демона – не самый умный ход. Но я все равно собиралась доверить им поиски источников, так почему бы не поверить им и сейчас? Поморщившись от запаха, я зажмурилась и залпом выпила содержимое кружки.

– Не знала, что вы еще и в травах разбираетесь, – произнесла я, когда наконец вернула себе способность дышать.

– Проведи пару столетий среди книг, от скуки многому научишься.

Вкус был… потрясающий. Во всех смыслах. Зато тупая боль в висках отступила. И исчез цветочный запах, сладкий и ядовитый, преследовавший меня последние десять минут.