Доверься демону. Поцелуй инкуба - Екатерина Севастьянова

Сжав зубы, я резким рывком перевернулся на спину. Я не мог ничего видеть, только нутром ощущать, как распоролись все вены на моей коже, как из них хлынула кровь, как мое тело медленно и мучительно превращалось в окровавленный кусок мяса.

Я чувствовал это и лежал, сжимая зубы и смотря в потолок. Единственное что меня радовало, так это то, что Дийана не проснется и не увидит всего этого, она и так слишком слаба.

«Утоли голод! Начни убивать прямо сейчас! Неужели люди лучше, чем ты? Чем они достойнее тебя? Думаешь, хоть один из них скажет тебе спасибо за то, что ты оставил его в живых? Нет, они все ненавидят тебя. Все!» — тьма шептала, издевалась, вытаскивала все из моего сознания. — «Ты повторяешься, Марш! Как много веков назад. Предпочитаешь гореть в смертельном пламени, чем убивать предназначенный для тебя корм?»

Я не сопротивлялся. Просто ждал, когда все пройдет. Молча.

«Изара? Так ее звали? Мирна — которую ты любил. Твоя слабость — это сочувствие, сопереживание, человечность. Отключи чувства, Марш! Убей всех. Точно так же, как ты когда-то убил Изару!»

Я зарычал. Заткнись!

Но тьма не отступала, она только сильнее облепила меня, проникая в разум через кровь… через боль.

Резкая пелена сорвалась с моих глаз всего на долю секунды. А потом я услышал — почувствовал хруст костей. Как ломаются руки, пальцы, ноги, ребра. Как смещаются суставы, разрываются все внутренности…

Это все было так смешно и так больно, что я не сдержался и рассмеялся во весь голос. Изо рта хлынула кровь, и смех оборвался, сменяясь хлюпающим хрипом.

«Ты монстр!» — тьма была рядом так осязаема, как никогда. Если бы я мог шевелиться то, наверное, смог бы ее потрогать. — «Ты должен питаться! Ты должен убивать!»

Я вздохнул. Дыхание медленно выровнялось, принимая привычный для меня темп. Пелена слетела, возвращая зрение. Тьма отступила, больше не имея надо мной власти.

Я лежал еще час, может больше. Просто лежал и смотрел вверх.

Когда все кости восстановились, а я смог шевелить руками — встал, покачнулся, но устоял на ногах.

Окинув взглядом Дийану, я понял, что ненавижу ее. До дрожи. До замирания сердца. Ненавижу.

С трудом отведя взгляд, я вышел из комнаты и спустился вниз.

— Линда! — мой голос разлетелся по всей резиденции.

Я не мог контролировать ни силу, ни магию, которые напряженно восстанавливались в моем теле. Я умер. И вернулся. Инкубы — бессмертны. А агония лишь подарок бессмертия, как и тьма, что пытается мной командовать. Когда я не питаюсь слишком долго, они лишь напоминают мне об этой необходимости. Не убивают, только мучают. К этому невозможно привыкнуть, но с этим можно смириться. И я смирился. Много столетий назад.

Ту мизерную энергию, которую я получил от Дийаны, хватило для того, чтобы избавиться от агонии как можно быстрее.

Я зарычал. Ненавижу ее. Чертова девчонка. Почему она мне нравится?

Линда выскочила из кухни, впопыхах вытирая руки.

— Мистер Марш?! — женщина закричала, увидев меня и, пошатнувшись, начала медленно падать в обморок.

Я схватил ее за руку, встряхнул, не давая осесть на пол.

Она испуганно заморгала, открыла глаза и в ужасе посмотрела на меня. Я увидел отражение в ее в глазах — увидел себя в ее глазах. Труп — окровавленный, со вскрывшимися венами и красными глазами.

Ммм, а я выгляжу прекрасно. Самому аж тошно.

— Ты нашла лекаря? — спокойно спросил я, отпуская Линду, в надежде, что эта дура все-таки не грохнется на пол.

Она нервно отшатнулась.

— Я? Я… яяяя…я… нашла.

— И когда он придет?

— Утром…

Я кивнул. Утром, так утром.

— Господин, вам нужна помощь…

Я смерил ее смертельным взглядом, забыв, что все еще не могу контролировать силу.

Линда закричала, согнулась пополам и повалилась к моим ногам, извиваясь от боли. Конечно, я способен разорвать человека на части, просто посмотрев на него. Обычно, я сдерживаю эту силу, но сейчас она сдерживала меня…

— Черт! — я тут же отвел взгляд в другую сторону, закрывая глаза.

Убивать свою управляющую в ближайшие планы не входило.

— Вставай, — приказал я, за шкирку поднимая женщину и отдавая ей дальнейшие указания. — Переодень мирну и убери все в комнате. Поняла?

Линда рассеяно кивнула, избегая моего взгляда.

— Хорошо, — я отпустил ее и прошел мимо, не обращая внимания на то, что она опять упала.

Бестолочь.

Скинув с себя все вещи, я вышел на улицу и не раздумывая нырнул в ледяную воду в бассейне.

— Господин, — одна из служанок осторожно подошла ко мне и, склонившись, положила полотенце и новую одежду. — Вот ваши чистые вещи.

Одарив меня милой выученной улыбкой, девушка поклонилась, собираясь вернуться обратно в дом.

Но отойти она не успела, я схватил ее раньше… прежде чем она испуганно попятилась назад, увидев мой взгляд.

Дернув за руку, я притянул служанку к себе, опрокидывая в ледяную воду. Она сдавленно закричала и забарахталась в воде то ли от холода, то ли от страха. Я не обращал на это внимание, мне было все равно.

— Как тебя зовут? — я без труда прижал ее одной рукой.

— Эди, — она посмотрела на меня округлившимися от ужаса глазами.

Я усмехнулся.

— Ну что ж. Прощай, Эди.

Она успела только приглушенно пискнуть, прежде чем я впился ей в губы, испепеляя разум, забирая жизнь и энергию.

Придавив еще совсем молодую девчонку своим телом, я вошел в нее, заведомо зная, что попросту разорву. Она больше не сопротивлялась, внушение снесло все барьеры в ее голове, и умирала она с улыбкой на губах.

Выпустив когти, я разорвал молодое тело. Вся вода в бассейне тут же окрасилась в красный цвет смерти.

Я не чувствовал ни удовольствия, ни удовлетворения — ничего. Мне нужна была другая девчонка, не эта…

Облокотившись о бортик, я сел на край, безразлично смотря на воду.

Через пару минут я почувствовал, как за моей спиной остановилась Шанни. Мне нравилась Шанни, она была верной.

— Позови сюда всех, — отдал я ровный приказ, не поворачиваясь к ней лицом.

Служанка резко выдохнула, но спросить даже не собиралась.

— Всех девушек? — шепотом уточнила она, не рискуя разрушить ту тишину, которая царила вокруг.

— Всех человеческих девушек, — поправил я, снова ныряя в воду.

— Как прикажете, господин.

Шанни ушла и вернулась только через десять минут, приведя за собой прислугу.