Враг всего сущего - Дмитрий Дашко

В которой я оказываюсь в гостях у эльфа и узнаю о хиджи

Сплошная темнота сменилась серым мраком, потом сквозь него стали проступать смутные очертания чего-то знакомого — овал женского лица, обрамленный свисающими длинными волосами. Где же я его видел, почему он кажется таким знакомым? Может, это обман или галлюцинация?

Женское лицо склонилось, открыло рот и что-то произнесло, но я ничего не понял, вместо слов одно сплошное невнятное бу-бу-бу. Потом на лоб легла смоченная водой тряпочка, приятное чувство тепла распространилось по всему телу, и я словно вынырнул наружу. В ушах закололо, пробка, мешавшая слышать, исчезла. Мир звуков обступил со всех сторон.

— Где я? — губы едва шевелились, но меня поняли.

— Гэбрил, это я, Лиринна. Ты у нас дома, — последовал ответ.

Лиринна, моя сотрудница? Я у эльфийки? Руки не слушаются, весят, будто чугунные, но я все же сделал попытку приподняться на локтях и тут же упал.

— Не вставай, Гэбрил, полежи, — умоляюще попросила Лиринна. — Тебе нельзя двигаться.

Я закрыл глаза и снова провалился в глубокий сон, в котором не было ничего, кроме абсолютной тьмы. Следующее пробуждение оказалось не таким мучительным. Голова гудела и раскалывалась на части, но я все же смог отчетливо разглядеть детали окружения. Самая обычная комната, очень маленького размера, думаю, детская или спальня, уютная, выдержанная в пастельных тонах. Основную часть занимала широкая кровать, застеленная простыней из тонкого хлопка, на ней я и лежал, заботливо укрытый теплым одеялом, подоткнутым под ноги. Голова покоилась на большой подушке с белоснежной наволочкой. Подушка оказалась пышной и взбитой как полагается, благодаря этому я чувствовал себя в высшей степени комфортно. Вокруг много зелени: крошечные деревья в горшочках и кадочках, живые цветы в вазах, комната заставлена ими от пола до потолка, — настоящая оранжерея. Эльфы даже городское жилище умудряются превратить в кусочек леса. К кровати приставлена табуретка с тремя ножками. На ней кто-то сидел и читал книгу.

— Привет, — прохрипел я. — Как насчет воды?

Лиринна (это была она) отложила книжку в сторону и подсела на край кровати.

— Гэбрил, ты очнулся?

— Странный вопрос, — проворчал я. — Не только очнулся, но еще и хочу пить. В горле сухо, будто облизал раскаленную кочергу. Лиринна, дай воды, пожалуйста.

— Сейчас, — пообещала эльфийка и поднесла к губам кружку с отваром, пахнувшим лесными ягодами и душистой травой. Я стал пить большими глотками, давясь от жадности, будто кто-то отнимет драгоценную влагу. Струйки жидкости текли на рубаху, расплываясь темными пятнами. Хм, это не моя рубашка: кто-то меня переодел. Надеюсь, не эльфийка. Мне перед ней щеголять неглиже неудобно, не те у нас отношения.

Наконец я напился и сразу почувствовал себя свежим и бодрым, даже головная боль отступила. Дятел, долбивший череп с момента пробуждения, взял перерыв, надеюсь, надолго. Руки и ноги дрожали, но не отказывались повиноваться, зато в груди ощущался нестерпимый зуд, ужасно хотелось чесаться. Будь я кошкой, стал бы тереться об изголовье кровати, лишь бы избавится от столь обременительного зуда. И Лиринну просить неудобно, вдруг не так поймет. Тогда я сам запустил руку за пазуху и обнаружил, что правое плечо забинтовано и к пульсирующему источнику страданий не подобраться. Вот зараза!

— Что, чешется? — догадалась Лиринна, глядя на мои мучения. — Алур говорил: как только появится зуд — считай, дело идет на поправку.

— Алур? Этот выживший из ума старикан приходил сюда?

— Да, — подтвердила эльфийка. — И зря обзываешься: ты обязан ему жизнью. Ранение оказалось не смертельным, но довольно опасным. Хорошо, старик помог тебя выходить, его отвары сотворили чудо.

— Есть ли в этом городе хоть один человек, которому я не обязан жизнью?! — простонал я. — Надеюсь, Алур приходил трезвым, иначе я бы предпочел не мучиться, а умереть сразу на том самом месте, где подстрелили.

— А ты знаешь, кто в тебя стрелял?

— К сожалению, да. Лиринна, не хочется тебя огорчать, но убийца Никавери — эльф. Я погнался за ним и почти схватил, но он оказался вооружен складным луком и попытался натыкать меня стрелами, как ежа иголками.

Лицо Лиринны помрачнело.

— Насчет эльфа… думаю, с тобой захочет поговорить мой папа, он просил, чтобы я позвала его, как только очнешься. Что скажешь, босс? В состоянии уделить папе несколько минут?

— Думаю, да, — решил я. — Стометровки мне сейчас не пробежать, но языком ворочать могу.

Лиринна вышла из комнаты и вернулась в сопровождении отца. Лигрель выглядел невозмутимым, но я съем шляпу, если кто-то скажет, будто бы эльф не рад меня видеть живым и здоровым… ну, скажем, почти здоровым.

— Вижу, что дочка не зря отпаивает тебя отварами Алура, — усмехнулся Лигрель.

— Это точно, — хмыкнул я. — Она сказала, что ты хотел со мной переговорить. Я в твоем полном распоряжении.

— Ты провалялся без памяти почти неделю. За это время многое изменилось, причем не в лучшую сторону.

— Что именно?

Лигрель пропустил вопрос мимо ушей, его интересовало другое. Видимо, Лиринна успела передать мои слова.

— Гэбрил, уверен, что в тебя стрелял эльф?

— Да, уверен, как и в том, что вижу перед собой одного из его соплеменников, — угрюмо произнес я. — Этот ублюдок хотел напичкать старину Гэбрила стрелами. Меня спасло чудо.

— Этим «чудом» был обычный полицейский наряд. Возле «Серпентария» всегда пасутся несколько копов, на всякий пожарный случай. Они бросились за вами почти сразу после того, как тебе вздумалось сигануть в окно. К счастью, старший наряда был вооружен пистолетом, убийцу удалось спугнуть выстрелом. Считай, что легко отделался.

— А эльфа, что стрелял в меня, поймали? — спросил я, закусывая губу.

— Нет. Он помчался как ветер, полицейские его не догнали.

— Понятно, я всегда считал, что копы слишком много времени уделяют пончикам и жареным сосискам.

— Мало кто способен угнаться за эльфом, — не без гордости заметил Лигрель. — Полицейские поначалу хотели тебя арестовать, но Лиринна сумела убедить их, что ты никуда не скроешься и явишься по первому зову. Она отвезла тебя к нам, связалась с твоим другом гномом…