Мир клятв и королей - Микки Хост

«А принципов-то и нет»,– с ядовитой усмешкой подумала Пайпер.

О сальваторах она знает только то, что ей рассказали сигридцы. И если бы у Арне было чуть больше времени, а Лерайе не спала глубоко внутри нее, у Пайпер, возможно, была бы иная точка зрения насчет сальваторов. Не спасители, которым досталась великая сила, но и не бездушные марионетки.

–Хебраска,– поразившись дрожи в собственном голосе, обратилась к ней Пайпер,– покажи мне Йоннет.

Демоница не колебалась и даже не задавала вопросов, но сомнение, промелькнувшее в ее красно-черных глазах, заставило Пайпер задуматься: не перегибает ли она палку? Может, слова демоницы и не такие убедительные, да и доказательств, кроме кристалла, пока нет, но принять облик человека, который, по ее заверениям, был ей другом…

Фигура демоницы скрылась в клубах тумана. Сквозь него Пайпер видела, как фигура вытягивается и становится почти того же роста, как и она сама; как исчезают рога и волосы, раньше черные и очень длинные, светлеют и укорачиваются. Клубы тумана рассеялись, и взору Пайпер во всех деталях открылся новый облик: янтарные глаза, россыпь веснушек на лице, тонкие пальцы, унизанные драгоценными кольцами, и в левом ухе – золотая серьга с маленьким прозрачным вытянутым кристаллом, висящим на крохотной золотой цепочке. Рыжие волосы не ниже лопаток сплетены в аккуратные французские косы. Алый камзол с золотой вышивкой на рукавах и блестящими золочеными пуговицами, темные брюки и высокие черные сапоги, начищенные до блеска.

–Это Йоннет,– произнесла демоница не своим голосом, более высоким и звонким, в котором Пайпер удивительным образом ощущала отголоски Силы.– Такой я ее помню.

–А она могла измениться?– осторожно уточнила Пайпер.

–Могла,– подтвердила демоница.– Мы с ней расстались еще до Вторжения.

Йоннет выглядела не старше ее – наверняка сказался тот факт, что сальватором она стала в юности и с тех пор не постарела ни на день.

Но было странно и пугающе смотреть на девушку перед собой, такую молодую и невероятно красивую, зная, что она погибла в результате Вторжения. И то, что Сила теперь живет внутри Пайпер, подтверждает, что Йоннет больше нет и что нет никакого шанса на ее чудесное возвращение.

–Хорошо,– Пайпер нервно сглотнула, еще раз быстрым взглядом оглядев Йоннет.– А теперь… Хебраска, покажи мне Третьего.

Пайпер не знала, почему, но от появившейся после этих слов легкой улыбки демоницы ей стало не по себе – будто та ждала, когда ее попросят принять облик Третьего, и была безумно рада, что просьбу все же услышала.

Ее фигура снова погрузилась в туман. Пайпер быстро перестала узнавать очертания одежды Йоннет. Волосы стали намного короче и темнее. Фигура сузилась и вытянулась, стала такой же высокой, как и фигура Стефана. Кожа побелела, как лист бумаги. Алый камзол сменился на темно-синий, более скромный, лишенный даже ярких пуговиц; поверх него был накинут черный кожаный плащ, на поясе – ножны со сверкающей серебряной рукоятью с меча. Лицо Третьего было вытянутым, с заметно выступающими скулами, прямым носом. Голубые глаза смотрели сдержанно и спокойно. Но сережка в левом ухе никуда не делась, лишь металл сменился с золота на серебро.

Пайпер пришлось задрать голову, чтобы повнимательнее всмотреться в лицо Третьего. Она не видела признаков усталости от тяжести ноши, что была возложена на его плечи, но и безудержного огня магии, что пылал в глазах Йоннет, не было. Только спокойствие. Словно все, что произошло, происходит и будет происходить, Третий смиренно принял.

–Таким я его помню,– произнесла демоница хриплым глубоким голосом.

Лицо господина Илира, обращенное к Пайпер, выражало недовольство. Было ясно: на такое странное знакомство он не подписывался.

–Я ожидала… Большего страдания, что ли,– растерянно пробормотала Пайпер.

–Это невозможно,– ответила демоница.

–Все великаны красавцы?– попыталась отшутиться Пайпер, но очень быстро поняла, как это глупо. В парнях она не разбиралась, даже представления не имела, какие у нее понятия о красоте, да и из великанов ей встретился только Стефан. К тому же, взгляд Третьего казался не только спокойным, но и тяжелым – она заметила это только сейчас, вновь задрав голову и вглядевшись в его голубые глаза.

–Я некрасивых великанов не видела, если честно,– ответила демоница.– Но я помню такого Третьего, а не истерзанного, потому что с ним я рассталась тогда же, когда и с Йоннет.

–Таким он был до Вторжения,– заключила Пайпер. Избавиться от ощущения, что перед ней стоит настоящий Третий, а не демоница, принявшая его облик, было трудно. Пришлось сосредоточить взгляд на деталях его одежды.

–Я знаю, что надеяться опасно… Особенно мне, темному созданию,– пробормотала демоница. Ее шепот, звучащий голосом Третьего, казался слишком завораживающим.– Но я надеюсь, что если он не сгинул, то не сильно изменился.

«Возлагать надежды на Предателя вообще опасно»,– мысленно отметила Пайпер. Она узнала о нем больше, чем рассчитывала, но не понимала лишь одного: кого именно он предал? Сигридцев, приведя темных созданий во время Вторжения? Или тех, кто до сих пор верил в него и его возвращение?

–Хебраска, верни свой настоящий облик.

Вместе с тем, как таял образ Третьего, исчезало недовольство с лица господина Илира. Демоница вновь предстала в облике невысокой девушки с рогами и черными склерами, и Пайпер убедилась, что это ее настоящий облик.

–Если ты хочешь сохранить эту власть, то не называй моего настоящего имени другим,– посоветовала Твайла, снова начав перебирать подол своего платья.– Слух у демонов лучше, чем у людей, и я услышу тебя за несколько миль – так что шепчи мое имя, но не называй его слишком громко, иначе потеряешь власть.

–Почему ты так доверяешь мне?

Этот вопрос терзал Пайпер с самой первой секунды их разговора. И Твайла, не мешкая, ответила:

–Потому что я доверяю Силе.

Пайпер все еще сомневалась, но все же попросила:

–Покажите мне кристалл.

Твайла, повернувшись к господину Илиру, приложила ладони к ушам. Увидев это, он при помощи нескольких движений снял барьер вокруг себя.

–Она хочет видеть кристалл.

Старик крикнул:

–Егерь, бегом ко мне!

Пайпер ожидала чего угодно,– от слуги до еще одного демона,– и уже приготовилась защищаться, но сквозь стену, как совсем недавно это делал мейн-кун, в комнату проскочил еще один кот, на этот раз – совсем уж странный. Его шерсть была салатового цвета и слабо мерцала, глаза – желтые, с расширившимися черными зрачками, а во лбу, точно под вибриссами, красовался круглый желтый камень. Кот с радостным мяуканьем подскочил к господину Илиру, и тот, не теряя времени, прикоснулся к этому камню. Никаких чудесных преображений не произошло, и никакие чары не рассеялись – возникла только слабая вспышка света, в результате которой в ладони господина Илира оказался маленький прозрачный вытянутый кристалл.