Избранница весны - Александра Черчень

Однако время шло, а боли никакой не было. Вообще ничего не было.

– Ты там долго еще?! – не выдержала я. – Давай уже! Я готова!

– Ошибаешься, милая, – Крис прилег рядом, согревая теплом своего тела. – Ты еще не готова… Но я этим займусь.

Кажется, я хотела что-то возразить, но горячая ладонь накрыла мои губы. Не те, разумеется, которыми я разговаривала. И все же от этого прикосновения способность говорить я утратила.

Крис опустился ниже, устроился у меня между ног, и поцеловал. Прямо туда. Язык игриво обследовал мои складки, коварно пробирался между ними, будто бы невзначай задевая твердеющую горошинку.

Дьявол-искуситель действовал медленно, никуда не спеша, пускал в ход все свои развратные приемчики, то орудуя только языком, то подключая пальцы. И если сначала мне было неловко, и я постоянно дергалась, ожидая проникновения, то постепенно все мои чувства сосредоточились внизу живота.

Я истекала влагой, сочилась, как спелое манго. Тело вибрировало, и будто бы со стороны я слышала собственные хриплые стоны, не веря до конца, что эти звуки издаю именно я. Крис сводил меня с ума, я невольно разводила ноги еще шире, предлагая ему себя, – и Крис принимал этот подарок с жадным нетерпением, словно хотел изучить все функции своей новой игрушки.

Как выяснилось, о некоторых функциях своего организма я и сама не подозревала. Крис задевал неведомые для самой меня точки, заставляя биться в конвульсиях, кусая губы и комкая простыню. И в тот момент, когда он сжал мой бугорок, слегка оттянув, и одновременно вошел в меня пальцем, меня, наконец, накрыло волной такого экстаза, о котором я и мечтать не могла.

Мое тело уже не принадлежало мне, – оно целиком состояло из электрических волн, и волны эти искрились, как те самые вспышки во время перехода между мирами. Когда же я, наконец, смогла отдышаться, а мозг включился после всепоглощающего оргазма, я обнаружила, что девственницей меня назвать уже нельзя.

Крис лежал на мне и, судя по непривычному давлению в промежности, вошел в меня полностью и замер, дав время свыкнуться с новыми ощущениями.

– И все? – ошарашенно выдохнула я. – Ты… Ты уже все?

– Милая, ты меня недооцениваешь, – последовал ответ. – Я только начал…

Он осторожно задвигался, стараясь не причинять боли. Его рука скользнула вниз, туда, где соединялись наши тела, и принялась снова распалять угасшее пламя.

Я была почти уверена, что после такой мощной кульминации нового захода точно не осилю, но Крис довольно быстро убедил меня в обратном. Он дарил мне сладкое чувство наполненности – и вместе с тем, как ни парадоксально, ноющей пустоты, желающей вобрать в себя еще больше. Я дрожала, обливалась потом, царапала мускулистую спину Криса, оплетала его торс ногами…

В этот раз мы финишировали в унисон. Мой стон утонул в его глухом рыке, Крис дернулся в последний раз, и я ощутила, как внутри подрагивает упругая плоть, как толчками изливается в меня горячая влага, несущая новую жизнь.

Теперь, обнимая крепкое мужское тело, что накрывало меня, будто защищая от всех невзгод, я поняла в полной мере, что значит этот обряд Единения. Дыхание Криса стало моим дыханием, его наслаждение – моим. Кулончик на груди заметно нагрелся, кристалл светился мягким розовым светом. Да, теперь сердце Криса билось с удвоенной силой.

– Я люблю тебя, – шепнул он, откатившись на свою половину, и мне отчего-то стало зябко и неуютно.

Не от слов Криса, нет. А оттого, что он оторвался от меня.

Я посмотрела на мужчину, который сделал меня своей, и от которого, по всей вероятности, мне предстояло родить ребенка.

Странно, но эта мысль больше меня не пугала, наоборот, дарила какую-то непривычную радость, наполняла надеждой и предвкушением. Комнату заливал теплый солнечный свет, – облака ушли, небо вновь было ясным, – и я гордилась тем, что мне удалось сделать для этого мира нечто значимое.

Накрывшись одеялом, я украдкой положила руку на свой пока еще плоский живот и прислушалась к себе. Неужели прямо сейчас там творится самая древняя и самая великая магия? Неужели совсем скоро я стану мамой не просто человека – а самого настоящего бога? Каким он будет? Унаследует ли восхитительные зеленые глаза своего отца или родится похожим на Лейдина, раз уж ему уготована роль Зимнего Лорда? Смогу ли я воспитать его правильно?.. Я решительно отмела этот глупый вопрос. Конечно, смогу!

Ведь теперь я не одна – и никогда больше не буду одна. Сын у нас родится или дочь – неважно. Получится с первого раза или придется еще постараться… Какая разница? С таким помощником, как Крис, я не против стараться столько, сколько потребуется, – и даже больше. Главное, что у моего будет ребенка отец, который всегда поддержит, утешит, обнимет. Родительские ошибки неизбежны, но если рядом есть тот, кто готов пройти весь этот путь рука об руку, то все получится.

– Я тебя, наверное, тоже, – тихо ответила я Крису.

Но он, кажется, меня уже не слышал: с соседней подушки доносилось его размеренное дыхание. Крис спал.

Я невольно улыбнулась.

Что ж, спи, любимый. Ты заслужил этот отдых честным трудом.