Некромант - Лия Джонсон

Я знаю, что она чувствует и понимаю это. Но внутри невольно все равно расплылось сладкое злорадство. Сама Вселенная отстаивает мое право на счастье. Стоило прислушаться и пойти мне навстречу. Теперь у нас всех несоизмеримая куча проблем.

Боги, мы совместимы… Одна лишь мысль уносит землю из-под ног. Но это все объясняет. Иначе почему враг забрался так глубоко? Я не испытывала неприязни с первой же встречи. Я романтичная идиотка, но это судьба.

Судьба, которую у меня отняли. Отняли мое. Проклятье, его ведь собираются убить…

– Антандра…

– Молчи, Лили, – хрипло проговорила сестра на выдохе. – Ради Вселенной, молчи. Не сейчас.

Она запустила пальцы в волосы, пнула кресло и отвернулась к окну. Вокруг темных волос завихрились темно-синие ленточки магии. Почти черные — тревожный знак. Ее душевное равновесие было на грани и готовилось выплеснуться на мир катастрофой.

Только я давно перестала быть ее маленькой невинной сестрой. Ее злость меня больше не волнует.

Они собираются отобрать мое. Свет внутри меня еще никогда не был так кровожаден.

– Я не подчинюсь тебе. Не в этот раз. – От холодной уверенности в моей голосе она невольно вздрогнула и напряглась.

Антандра тихо вздохнула и взглянула на меня через плечо, но поднять глаза выше моих колен не решилась. Отчаяние на их дне отдалось глубоко внутри тупой ноющей болью. Но ее поступки причинили мне больше боли.

– Эта связь опасна. Он не нужен тебе.

– Это тебе хочется, чтобы не был нужен. Но ты знаешь, что это не так. Все идет не по твоему плану, и ты всеми силами пытаешься вернуть себе контроль, – холодно кинула ей в лицо, но голос предательски надломился от обиды.

Ее опека перешла все границы.

Антандра промолчала. Прикрыв глаза, сестра отвернулась и взглянула в окно. Сальвос хорошо поколдовал — отсюда и не скажешь, что мы в подземелье. Качественная оптическая иллюзия, создающая впечатление, что комната находится на первом этаже.

За окном переливалась всеми красками зеленого роскошная природа Терума. Природа планеты, расположенной в сотни тысяч миль от того, кто был мне нужен больше всего.

Она понимала, что я все равно приду за ним. Он враг для большей части Вселенной. Он враг для моей семьи. Он враг для нее. Но не для меня.

Для меня он дом — все, чего я когда-либо хотела.

Я покосилась на застывшего Ксафана. Зверь осторожно поглядывал на сестру, опустив в унынии плечи. Крупная морда выражала досаду и вину. Ох, как много нам нужно исправить…

Правильно расценив состояние всех троих, Сальвос со вздохом отодвинул стул. В звенящей тишине скрип ножек прошелся по всем нервным окончаниям. Артефакт мягко опустился и оперся локтями о стол.

– Помнишь, я рассказывал, почему остался один? – вдруг произнес он, выжидающе глядя на сестру. – Наши жестокие законы уничтожили всю мою расу, не позволяя ни вмешиваться, ни сражаться. Жестокость и принципиальность никому не помощник, Антандра.

Она медленно обернулась и прищурилась.

– Ты уже знаешь, что сделали некроманты. Мы их предупреждали. Это невозможно оставить безнаказанным.

– Предупреждали? – хмыкнул мужчина. – Вы согласились на мир и выпнули их. Великодушно позволили им погибать.

Ксафан фыркнул.

– Но мы не можем им ничем помочь.

Не оборачиваясь на него, Сальвос удерживал взгляд сестры.

– Так ли это?

На какое-то время повисла тишина. На удивление, не напряженная. Каждый думал о своем.

Антандра потерла лицо и, опершись ладонями о стол, нависла над ним.

– Тогда что ты предлагаешь нам делать? Я не пошутила, невозможно отменить последствия. Виновные будут наказаны.

Артефакт кивнул.

– Виновные.

Ксафан вдруг приблизился и заглянул в лицо сестры. Мне почти удавалось слышать скрип колесиков в его голове. Зверь явно что-то придумал.

– Ты слышала отчеты. Виновен Крейз и его помощники. Суду нужны козлы отпущения? Мы дадим им их. Но Ардоган был с нами. Тебе ли не знать, что даже самый сильный лидер не может держать под контролем каждого.

Антандра внимательно на него посмотрела и перевела взгляд на меня. Мое сердце дрогнуло в надежде. Внутри словно рассеялись тучи. Осевшая на дне души тьма перестала травить разум и свернулась в невинный клубочек.

– Я сделаю все, что в моих силах.

Пылающие синевой глаза выражали искреннее обещание. И я с облегчением поверила.

Быть сильной хорошо, но не одинокой — лучше. Я больше не хочу терять свою семью и кого-либо, кто мне дорог.