Сердце Зверя. Любимая для колдуна - Елена Болотонь

Последнюю фразу Сирисский произнес тише. Наверное, увидел, как я сжалась в кресле. Меньше всего хочется присутствовать там, где грохочет гром, и сверкают молнии. Я встревожилась, а Вальд… Он, кажется, это почувствовал. Его взгляд тут же смягчился.

— Тебе ничего не угрожает здесь, Ев-ев, — ласково произнес. — Я позабочусь об этом.

— Вы уже считаете меня своей? — спросила и прикусила язык.

Вот зачем, спрашивается? Зачем спросила о том, на что ответы не готова услышать? Возможно, память о прошлом не дает покоя, заставляя просыпаться от страха. Меньше всего хочется снова стать узницей и новой игрушкой.

— Нет, — холодно отвечает Вальд и мрачнеет. — Не считаю.

— Откуда вы узнали, что это именно я была у Дамиана? — задаю новый вопрос, мучивший меня эти дни. — Почему именно я? Из-за Евы? Но мы с ней просто похожи.

— Когда пришел огонь, я сразу догадался, что у Дамиана проблемы. Но Тарийский исчез, оставив разруху. Потом появилась Ева, ее нашел Ридерик. Он влюбился в нее. Понимаешь, Евлина, у Вселенной свои законы. Законы замещения и одинаковости подсказали, что не все так сложно, как кажется. Нам дали подсказку. Когда ты пришла вместо Евы, я спросил на удачу о Дамиане и угадал.

— Вот как?

Я горько усмехнулась собственной наивности. Ничему меня жизнь не учит. Я попалась на уловку легко и быстро, будто любопытная рыбка из речки. И та осторожней, чем я.

— А Ева лучше всех нас справится с задачей узнать, что случилось у Дамиана.

— А сами? Сами не можете узнать? Обязательно туда отправлять слабую женщину?

— Леврию бросить? Всех людей предоставить огню?

Вопросы лорда Сирисского остро резанули по моей личной боли. Родители, родственники, братья и сестры… Где они теперь? Появилась благодарность к драконам, что сохранили мой мир от полного уничтожения.

— Ни у меня, ни у Ардена нет достаточной силы, чтобы покинуть этот мир, не разрывая связь, — продолжил рассказ лорд Сирисский. — Ридерик бывает слишком несдержан, а потому несет опасность не только Леврии, но и остальным мирам. Мы не знаем до конца, что в голове у Огненного.

— И где же сейчас Дамиан?

Задала вопрос, не сводя глаз с перстня Каменного. У всех драконов, получается, есть такие? Темно-зеленый камень играл на свету, почти такой же был и у Огненного. Только ярко-оранжевый. Интересно, а у Вальда тоже на предплечье есть татуировка из символов, оживающая время от времени? Не языками пламени она говорит, а чем? Было бы интересно увидеть… Внезапно вспыхиваю от собственных мыслей. Они кажутся мне кощунственными и неприличными. Откуда они вдруг возникли? Это все после разговора с Мелиссой, которая недавно отметила, что Каменный дракон словно ожил, как только я во дворце появилась…

— Живет в мире Евы, — как-то слишком раздраженно отвечает Вальд. — Подпитывается стихией из Леврии и, похоже, чувствует себя просто отлично. Скучаешь по нему?

Что? Скучаю? Какая нелепость! Почему Каменный дракон решил, что я скучаю по Огненному? Разве можно скучать по тому, кого всей душой ненавидишь?

— Да я… мечтаю, чтобы он никогда не вернулся, — с жаром говорю, не понимая, почему Вальд рассердился.

Разве я что-то спросила не то? Мне интересно знать, где сейчас находится Огненный ради собственной безопасности. Мое замешательство не осталось незамеченным, потому что черты лица лорда смягчились.

— Тебе ничего здесь не угрожает, Ев-ев, — мягко успокаивает дракон. — Можешь жить в моем дворце столько, сколько сочтешь нужным.

— Почему? — еще тише шепчу. — Почему вы так добры ко мне? Вы же дракон!

В глазах Вальда сверкнули насмешливые искры, сменившиеся легкой досадой. Он улыбнулся и встал с кресла, намереваясь уйти.

— Ты пытаешься быть полезной. Я это ценю.

Направился к дверям, на пороге развернулся, прищурился.

— Так как звать твоих отца и мать? Братья и сестры есть?

На мгновение затаила дыхание. Признаться во всем окончательно, значит, стать навсегда уязвимой. Любое неповиновение станет поводом, чтобы пригрозить смертями родных. Впрочем, их еще нужно найти. Если я сама начну искать семью, то могу потерять целые годы. Денег нет, связей нет, придется положиться лишь на удачу и случай. В руках дракона есть власть и возможности. Но друг он мне или враг?

До сих пор вел себя как друг, заботился, из дворца не гонит. Но я помню каким был Дамиан.

Вальд качнул головой недовольно, я заметила разочарованный взгляд. В серо-зеленых глазах милорда я увидела сожаление и горький отблеск досады. Он сжал челюсти так, что заиграли желваки, развернулся и вышел из библиотеки. В груди всколыхнулось раскаяние. Разве дракон чем-то заслужил мое недоверие? Он не обижал меня, скорее наоборот, защищал, ни в чем не ограничивал, держался на расстоянии все это время, не переходя границы приличий. Вскочила, бросилась следом за ним. Догнала уже в коридоре.

— Я — Евлина Рамидас, Вальд. Мой отец — Герд, мама Сария. Братья Сет и Мил, и есть сестричка Нинель.

Лорд Сирисский ничего не ответил. Просто кивнул и скрылся в магическом разноцветном тоннеле. Я осталась стоять и смотреть на проем, который постепенно закрылся. Затянулся, превращаясь в скалу. Что ж… Придется поверить ему и словам Мелиссы и надеяться, что Каменный не Дамиан.

На следующий день, ободренная словами Вальда о моей полезности во дворце, я вовсю суетилась на кухне. Привезли свежие овощи, фрукты, мясо, зерно.

— Это что еще такое? — строго спрашиваю поставщика и кручу в руках спелое яблоко. Вернее, уже переспелое. — Засахарилось. На вкус такие, как картошка. Еще немного и появится гниль.

— Леди Ев-ев, — начал оправдываться месье Пиль, — ну что же поделать? Разве я виноват? Сейчас такая неустойчивая погода. Постоянно боишься, что выпадет снег, или земля не остынет как нужно.

— Меня не волнуют ваши проблемы, — строжусь. — Мне кажется, вы вообще привезли сюда старый урожай в надежде, что его у вас примут. И нисколечко даже не думаете, куда и кому вы поставляете фрукты! А сколько денег за это берете?

Сухощавый месье начал покрываться красными пятнами, будто укушенный оводом. Похоже, никто до сих пор к его продуктам здесь не придирался. Неудивительно. Сколько раз я отмечала не очень хорошее качество, прикрытое оправданиями поваров и смотрящих. Даже Мелисса вздыхала, что не может за всем уследить. Жаловалась на возраст, на то, как поддается на уговоры, а где-то даже не понимает, что ей впихивают дороже, чем нужно. Она с радостью приняла помощь и разрешила мне самой принять весь товар.

— Но товар очень хорош. Очень!

— Тогда придется искать другого поставщика фруктов. Либо меняйте яблоки.

Я непреклонна и уверена в своей правоте. В конце концов, не зря я проводила столько времени за городом в доме дядюшки Тоса. Тетушка Лия научила меня разбираться в продуктах, мы с ней вместе не один раз бывали на рынке. Что-то продавали, что-то покупали. Все уловки продавцов я знала весьма хорошо. Так и здесь. Маленькие глазки месье бегали, пока он мысленно искал слова, как меня убедить. А еще прикидывал, что потеряет, если я выполню свою угрозу.