Никакого зла - Мария Сакрытина

— Дамиан! — сиплю я, но конечно, меня не слышно. — Не надо!

Дамиан спокойно сидит на скамейке и улыбается. Думаю, и этой улыбке найдётся место в моих кошмарах…

Время словно замедляется. Я пытаюсь встать, падаю, снова пытаюсь, снег забивается в рот, в ушах звенит крик, и я сама, кажется, кричу, сипло, неслышно от ужаса…

Мимо проносится тень.

Дамиан смеётся, и его смех заглушает крик Ромиона.

Я поднимаюсь и снова падаю.

Громадный, покрытый снегом валун с крестовиной наверху, светится золотом.

И тут же на весь сад раздаётся жуткий скрежещущий звук, перебивающий и крик Ромиона, и смех Дамиана, и, конечно, меня.

Наступает тишина. Спокойно кружатся в воздухе снежинки…

Затихший Ромион падает на землю, а Дамиан оборачивается, смотрит — на обалдевшего Артура с сияющим мечом в руках.

Тишина дрожит, пока…

— О, ну вот и мой сюрприз пришёл! — широко улыбается Дамиан, как ребёнок, получивший долгожданную конфету.

Артур переводит взгляд с меча на него, наконец-то закрывает рот. Отступает.

— А м-может, договоримся?

— Да, — кивает Дамиан, из воздуха вынимая меч. Естественно, чёрный, с алыми, как кровь, знаками на клинке. — Конечно! И прямо сейчас.

Я отворачиваюсь: и так ясно, что будет дальше. Дамиан нападёт, этот трус побежит. Всё это неважно, куда важнее, что Ромион лежит в снегу и, кажется, не дышит.

Из последних сил я ползу к нему.

Дамиан догоняет Артура. Звенят мечи. Артур что-то пытается сказать, Дамиан смеётся.

…Нет, дышит. Слава богу!

Я срываю с себя накидку, укутываю Ромиона, оглядываюсь. Слуги стоят в отдалении, слуги и лорды, но когда я зову их, делают вид, что не слышат. Или и впрямь не слышат. Схватка же наверняка интереснее…

— Виола, — шепчет очнувшийся Ромион. — Оставь меня. Ты должна… Дами… спасти…

— От чего?! — выдыхаю я и помогаю ему сесть. Дамиан тем временем бордо гоняет Артура вокруг камня.

Ромион тихо стонет и дрожит — кажется, смеётся.

— Но он же герой!..

— Каждому бы Властелину такого героя!

Ромион всё смеётся. Кажется, у него истерика. Дамиан тем временем загнал Артура к кустам роз. Артур вяло отбивается. Как в первый раз. Да даже я смогла бы лучше! Наверное…

Может, в них снежками покидать? Я не хочу смотреть, как Артур умирает!

— Это какой-то кошмар, — вторит моим мыслям Ромион.

— Ага. Герой!

— Да нет. У меня вся жизнь — какой-то кошмар, — тихо сообщает Ромион. — Брат — Властелин, невеста у алтаря замуж выходить отказалась, трон узурпировали… И вечно все прелести жизни получает кто-то другой. Ты, Дамиан, остальные… А я должен тихо работать, тихо стараться выжить, тихо… И никто мне спасибо никогда не скажет…

— Эм, Ромион? Прости, что прерываю, но тебе не кажется, что сейчас немного не время…

— Да нет, сейчас как раз самое время. — Ромион отталкивается от меня, встаёт, со второй попытки тоже вытаскивает из воздуха меч, для разнообразия — обычный. В смысле, без светящихся знаков и странного сияния. И зовёт: — Эй, братец! Мы с тобой не закончили! Ты мне сильно задолжал за этот год!

Дамиан, уже замахнувшийся было на безоружного Артура — этот идиот ещё и меч потерял — оборачивается.

— Что, брат, мало тебе? Ещё?

— Выходи на бой! — звонко кричит Ромион, а сам шатается, как травинка на ветру.

— Да вы с ума сошли! — А это уже я. — Хватит!

Дамиан хохочет, сквозь смех рычит: «Убью!» и бросается к Ромиону.

— Да остановите же их! — кричу я замершим в отдалении зрителям. — У вас совесть есть?!

На меня снова не обращают ровно никакого внимания. Видимо, сказочные каноны наконец-то вошли в нужную колею: Властелин бьётся со своим братом, сейчас убьёт его, потом прихлопнет героя и будет ждать следующего, финита ля комедия.

— Дамиан! — кричу я. — Не надо! — И бросаюсь к этим двоим.

Дамиан отвлекается на какую-то долю секунды, а я уже путаюсь в невидимой паутине и — чёрт, сколько можно! — снова падаю.

— Дами-м-м-м! — паутина забивается мне в рот.

Дамиан тем временем обезоруживает Ромиона — тот падает, пытается отползти…

— Слабак ты, брат, — вздыхает Властелин. — И вечно лезешь, куда не просят.

— Ну не всегда же мне быть твоей тенью, — Ромион прижимается спиной к ножке скамьи и гордо вскидывает голову. — Ну же, Дами. Бей.

Дамиан почему-то медлит.

— Ты — тенью? Это я всегда ею был! Твоей, этой дуры-феи!..

— Не оскорбляй девушку, — перебивает Ромион, спокойно глядя на брата. На него, а не на меч в его руках. — Где твоё воспитание?

— О, да ну зачем оно мне? — шипит Дамиан. — Я же бастард, простолюдин, королевский любимчик, а наследный принц у нас ты!

Ромион закатывает глаза.

— Звёзды, ну только не сейчас! Я не хочу слышать это перед смертью. Дался тебе этот титул!

Дамиан замахивается.

— Я лучший король, чем ты!

Ромион зажмуривается, потом открывает глаза.

— Ты дурак, брат! Я не хотел быть принцем, я не хотел быть королём, я бы отдал этот титул тебе, если бы ты хоть раз попросил по-человечески!

Дамиан замирает.

— Отдал? Отдал… трон? — И тут же, по-прежнему зло: — И как же — по-человечески? На коленях бы тебя умолял?!

— А-а-а, убей меня! — кричит Ромион — Пожалуйста! Я больше не могу это слышать!

Дамиан, рыча, снова замахивается.

— Не надо! — орёт Артур, который уже успел подобрать меч. Сверкающий клинок снова встречается с чёрным. Звон, сияние золота, алые всполохи колдовских знаков…

Я снова могу двигаться и ползу к Ромиону. Тот, закрыв глаза, бьётся лбом о ножку скамьи.

Артур с Дамианом уже который круг наворачивают вокруг камня. Забавно, сейчас у Артура лучше получается… Намного лучше…

— Ему надо кого-то защищать, — шепчет Ромион, проследив мой взгляд. — Он же герой… Виола, твой браслет! Уходи…

Мой браслет! Я не смогу приблизиться к Дамиану, он снова меня заколдует, а Артура он всё-таки припрёт к стенке или розовому кусту и… Был бы герой посильнее, что-нибудь бы и получилось… Хотя мы же должны были просто разыграть представление… И если бы один из актёров не упирался, как баран!..

Я срываю браслет, встаю.

— Что нужно делать? Просто пожелать?

— Да, — шепчет Ромион, кажется, из последних сил. — Пожелай мысленно…