Заклятье зверя - Юлия Набокова

– Чего натворил? – поинтересовался Хартвиг. Скорее из вежливости, чем из любопытства.

– Сам не знаю. – Лайнус досадливо почесал бороду. – Асассины, которые его изловили, нам ничего не сказали, а сам не признается. Наше дело доставить. А там пусть разбираются.

От костра потянуло дымком, запахло жареным мясом. За время рассказа Хартвига кабанчик на вертеле уже пропекся, и оголодавшие за день воины потянулись за своей порцией. Хартвиг только сейчас понял, как проголодался.

Привал был в полдень, а надежда отобедать в замке Кармиллы обернулась гнилыми яблоками и боем, который вымотал его и отнял все силы. Бенедикта, строго делившая мясо на порции, сжалилась над усталым воякой – выделила кусок окорока побольше да понежнее. А вот Вернеру, который подошел следующим, повезло меньше. Ему достался подгорелый кусок лопатки – сплошные жилы да кости. Не любит его Бенедикта, отметил про себя Хартвиг. И чем парень перед ней провинился?

Бенедикта проводила тревожным взглядом удалявшегося мага и в задумчивости закусила губу. Не нравится ей этот Вернер, ох, не нравится! Что же с ним не так? Что он от всех скрывает? Чего боится? Еле ноги передвигает, а от ее помощи рьяно отказывается. Даже посмотреть не дает, что у него за рана. Как будто у него там не ноги, а лапы демона! И плащ этот некромантский нацепил зачем-то.

Говорит, что его одежда пришла в негодность, вот и пришлось прикрыться первым попавшимся. Да только чует сердце, он что-то скрывает. Дайте ей только немного времени, она непременно узнает всю правду!

Проследив, чтобы никто не остался голодным, Бенедикта бросила кусочек мяса в свою походную деревянную миску и подсела к Ивонне. Девушка была грустной и притихшей: все переживала, что из-за своего сумасбродства втравила их в неприятности.

– Не переживайте, госпожа, – шепнула ей Бенедикта. – Кармилла была так убедительна. Нельзя было ее не пожалеть.

– Но ведь ты сразу почуяла запах мертвых, – с убитым видом возразила Ивонна. – Теперь я понимаю, почему. Невозможно жить в замке с нежитью и не пропитаться запахом гниения и тлена.

– Нельзя знать все наперед, – заметила Бенедикта. – Но прислушиваться к интуиции стоит.

– И что она говорит тебе сейчас? – Ивонна вымученно улыбнулась.

– Говорит, что все будет хорошо. Скоро вы будете дома и встретите своего жениха, – ободряюще сказала Бенедикта.

– Так надолго я не загадываю, – вздохнула Ивонна. – Пережить бы эту ночь.

Она поежилась, обведя взглядом темнеющий по сторонам лес.

– Все будет хорошо, – повторила Бенедикта. – Сегодня нас охраняют вдвое больше воинов. Ничего не случится.

И отвернулась прежде, чем Ивонна почувствует фальшь в ее голосе. Вопреки благоприятным прогнозам, которые она дала Ивонне, ее чутье вопило об опасности. Лес, обступивший поляну со всех сторон, казался затаившимся вражеским войском, которое только и ждет, чтобы начать наступление. «Откуда придет беда? – с тревогой думала монахиня, поглядывая по сторонам. – И что на этот раз нас ожидает?»

За спинами воинов мелькнула черная тень, и Бенедикта испуганно вскочила с места. Ах, нет, это всего лишь Вернер в своем темном плаще, снятом с некроманта. Но погодите, что он делает? Осторожно обойдя пирующих воинов, увлеченно рассказывающих о своих подвигах и передающих по кругу фляжку с элем, Бенедикта увидела, как Вернер остановился неподалеку от сосны, к которой был привязан пленный эльф.

Отвернувшись в другую сторону, маг делал вид, что рассматривает лес, но монахиня видела, что его губы шевелятся, ведя едва слышный разговор. И губы пленника шевельнулись, отвечая ему. Пользуясь тем, что воины увлечены выпивкой и разговором, их маг расспрашивал пленника. О чем?

Вернер бросил еще пару слов, повернулся к эльфу спиной и снова подошел к костру. А Бенедикта так и осталась стоять на месте, с тревогой глядя на мага. Что задумал этот мальчишка? Какие беседы у него могут быть с пленным эльфом? Возможно ли, что они раньше были знакомы?

– Ох, голубчик, – пробормотала Бенедикта, – инквизитора на тебя нет. Уж он бы тебе мигом язык развязал.

Сейчас приходится мириться с его странным поведением: мальчишка хоть и ученик мага, а вампира с некромантом в одиночку уложил. Бенедикта уже чуть с жизнью не простилась, а Вернер их всех спас. В пути его поддержка еще очень пригодится. А по окончании инквизиторам найдется, о чем с ним побеседовать. Уж Бенедикта-то проследит, чтобы ни одна странность мага не осталась без объяснений! А то, что жених Ивонны – племянник инквизитора Себастьяна, ей только на руку. Можно быть уверенной, что сухим из воды Вернеру выйти не удастся.

– Ты снимешь с меня заклятье? – тихо повторил Вернер, с тревогой оглядываясь на спящий лагерь.

– Клясться не буду, – прошелестел в ответ пленный эльф. – Но сделаю все возможное. – Он усмехнулся. – На свете не так много заклятий, которые были бы мне не по силам. И все они наложены величайшими эльфийскими магами, а не людьми.

Вернер в сомнении посмотрел на лагерь, отыскал глазами спящего Хартвига. Если тот узнает, что он отпустил пленника, – убьет! Потом взглянул на лицо эльфа, которое в свете луны казалось красивой маской, отлитой из серебра. Красивой, но не безупречной. Впечатление портили свежий шрам, пробороздивший щеку, и разбитые губы. Видно, что эльф сражался за свою свободу до последнего.

– Ты так и не сказал, кто ты такой, Альвиан, и за что тебя ищут инквизиторы, – угрюмо заметил Вернер.

– Я же не спрашиваю, за что на тебя наложили заклятье и что скрывает твой плащ, – дерзко прошептал в ответ эльф, и его голубые глаза сверкнули сталью.

Вернер вспыхнул, а Альвиан уже спокойно продолжил:

– Какое это будет иметь значение, если ты избавишься от заклятья, а я перестану быть пленником?

– Обещаешь не причинять зла моим спутникам и сразу же исчезнуть? – уточнил Вернер.

Эльф кивнул:

– Клянусь Галлеаном.

Решившись, Вернер наклонился и перерезал его путы. Пленник вскочил на ноги неслышно и легко, будто бы не провел долгое время в неудобной позе. Поманил его за собой, уводя от лагеря.

«Что я творю? – в смятении подумал Вернер. – Он ведь может меня убить голыми руками». Но терять ему все равно было нечего: за возможность избавиться от заклятия Гидеона и стать нормальным человеком он был готов рискнуть жизнью.

Эльф легко шагал впереди, едва касаясь ногами земли. И казалось, еще немного, и он оторвется от земли и воспарит в звездное небо по лунной дорожке. Его кудри отливали бронзой. Наверное, такого же цвета листва в Священном лесу – родных местах Альвиана, куда тот торопится вернуться.

– Здесь.

Дойдя до залитой лунным сиянием цветочной поляны, эльф остановился, вдохнул полной грудью аромат ночного цветения, обернулся.

– Подойди.

Глаза эльфа были двумя яркими звездами, ладони, которые коснулись его сердца, – прохладной родниковой водой. Вернер почувствовал, как чужая волшебная энергия заструилась по его венам, и возликовал: вот оно! Альвиан найдет метку заклятья, снимет разрушительные чары. Но внезапно блаженство, окутавшее его тело, прекратилось. Эльф резко отдернул руки.