Доминирующий вид - Эдуард Шауров

– Дефо.

– Да, Дефо. Пока можете быть свободны.

Доктор опять чуть искривил губы. «Бесполезно, – решительно подумал Крайц. – Все совершенно бесполезно. Здесь действует слаженная террористическая группа. И мы ничего не добьемся, пока жестко не возьмем в оборот этого Вагоша. Хренов смотритель – это единственная осязаемая ниточка».

– Господин директор, – тихо встрял Бишоп, – узловой вызывал вас на десять. Вы не забыли?

– Нет, – резко проговорил Крайц.

В голове крутилось что-то про ловца и зверя.

* * *

Господин Ямада напоминал огромного императорского пингвина. Именно такое впечатление производила его чуть откинутая назад большеносая голова с покатым лбом, почти безо всякой шеи усаженная на мощный корпус. Узловой директор крупнейшей исследовательской станции на плоскогорье Койота восседал в своем навороченном пневмокресле за подковообразным столом для совещаний. По правую руку от него расположился старший консультант юридической службы. Кроме них, в кабинете никого не было. И это сразу представлялось директору по безопасности большим плюсом. Минусом ситуации было то, что Сатоши Ямаду уже ввели в курс утреннего происшествия, и беседа с самого начала текла в обвинительном русле.

– Но, если я правильно понимаю, два предыдущих допроса Джейслава Вагоша результатов не дали, – проговорил узловой директор, постукивая о поверхность стола трубочкой инфонакопителя.

– Сатоши-сан. – Крайц вдохновенно подался вперед. – Результаты будут. Это я вам готов обещать.

Ямада чуть заметно качнул лысой головой. Его узкие удлиненные глаза внимательно изучали собеседника, словно пожилой японец собирался, по-змеиному скользнув вперед правой ногой, обрушить на директора по безопасности длинный отточенный клинок катаны. Крайц внутренне усмехнулся.

– Я более чем уверен. – отчеканил он звенящим голосом, – что в Соммерсе действует слаженная ячейка террористической группы. Джейслав Вагош – это хвост, торчащий из норы, и мы будем круглыми дураками, если за этот хвост не уцепимся. Я настоятельно прошу визы на допрос подозреваемого с использованием психоактивных веществ.

Лицо Ямады моментально сделалось кислым. Отношения узлового директора с главным гардом купола осложнялись запуганной системой непреложных правил. С одной стороны, в вопросах ведения следствия Крайц был волен действовать по собственному усмотрению, с другой стороны, он не имел права подвергать сотрудника станции допросу под стимулятором по единоличному решению.

– Мартин, – сказал Ямада, подбирая слова, – вопрос крайне щекотлив. Я должен буду запросить разрешение с Базы Центральной, База Центральная потребует серьезных обоснований, у нас же вместо обоснований пропавший труп… а возможно, два трупа.

– У нас есть недублированная запись с камеры, – мрачно напомнил Крайц.

– Подлинность записи еще нужно доказать.

– Вчера мои люди закончили серию тестов. – Крайц откинулся на спинку своего кресла. – Запись подлинная.

– Вы проделали тесты силами своих сотрудников? – удивленно спросил Ямада.

– Да. Не хотел бы привлекать посторонних.

– Мартин, вы опять сгущаете краски. – Ямада устало помассировал пальцами тяжелые веки.

– Сатоши-сан, – вкрадчиво проговорил Крайц, – вы ведь лично получали шифрованное сообщение с Центральной.

«Паранойя», – тоскливо подумал Ямада.

– Я вполне вас понимаю, – продолжал Крайц. – Мне тоже не хочется верить, что во вверенном нам куполе работает организованная группа террористов. Но факты штука упрямая… Нужно просто расколоть Вагоша.

Да. Факты штука упрямая.

– А вас не смущает то, что человек, выходивший из номера Зимина и Гфочека в ночь убийства, был виден не совсем четко. – Ямаде почему-то упорно не хотелось верить доводам. – Он, помнится, прикрывал лицо рукой. быть может, это все-таки не Вагош. Мы должны быть абсолютно уверены…

– Голокамеры имеют довольно ощутимый угол разрешения. Мы можем совершенно точно утверждать, что на записи Вагош.

Ямада всем корпусом повернулся к молчавшему до сих пор юрисконсульту:

– Вильям, скажите, может ли запись с камеры наблюдения считаться аналогом свидетельских показаний, данных под присягой?

Консультант пошевелил сплетенными в замок пальцами:

– Да, если суду будет представлена недублированная оригинальная запись именно с той камеры, которая фиксировала момент выхода подозреваемого из дверей номера убитых. Просто изображения Вагоша, идущего по коридору, недостаточно. Кроме того, запись должна быть проверена экспертами: цифровиками и физиопластиками, – сказал он и, замявшись, добавил, – но, прежде чем высказывать свое окончательное мнение, я бы хотел посмотреть собственно запись.

– Давайте сделаем так, – Ямада весомо опустил начальственную длань на имитирующую дерево столешницу. – Господин Крайц продемонстрирует нам запись, и мы сообща наметим дальнейший план действий.

– Прекрасно! – Крайц поднялся из кресла. – Сегодня после шести. Вас устроит?

Ям ада кивнул.

– Господин директор, я могу быть свободен?

Ямада кивнул вторично.

– А вы пока задержитесь, – сказал он, обращаясь к юрисконсульту. – И вот еще что, Мартин. Я надеюсь, вы разберетесь с исчезновением трупа.

– В самые короткие сроки, – пообещал Крайц. – Мои люди уже проверяют записи камер наблюдения возле всех крупных утилизаторных камер. – Он сделал малюсенькую паузу. – А если их усилия окажутся напрасными, то допрос Вагоша расставит все по местам и с телом Зимина, и с телом фочека.

– Вы думаете, Грочек мертв? – быстро спросил Ямада.

– Несомненно. Полагаю, Вагош вынес его в большой походной сумке, которая фигурировала на записи.

– Но взрослого мужчину нереально запихать в сумку. – Узловой директор нахмурился.

Крайц тонко улыбнулся:

– Реально, если заталкивать с умом, а этот смотритель, судя по всему, умный, ловкий и решительный парень… Сатоши-сан, я еще раз хотел бы заострить ваше внимание на вопросах конфиденциальности. Нам необходимо проследить, чтобы информация об аресте Вагоша оставалась в узком кругу ответственных лиц. Мои сотрудники контролируют все передачи с центральной антенны, а так же все запуски радиоракет. Жене Вагоша на АМК-16-10 уже сообщили, что ее муж в течение двух ближайших недель будет сопровождать группу в верховья малого Шакала. Было бы неплохо…

– Да, – сказал Ямада. – Я лично доведу до руководителей, поставленных в курс дела, что вольное или невольное разглашение секретных сведений будет приравниваться к пособничеству.

– Прекрасно. – Крайц коротко поклонился и вышел из кабинета.

Господин Ямада некоторое время смотрел ему вслед, потом сказал, обращаясь к сидевшему рядом консультанту: