Страхи мудреца. Книга 2 - Патрик Ротфусс

Я повидал достаточно кабацких драк. Вы, возможно, думаете, будто в таком месте, как Университет, драки редкость, но алкоголь — великий уравнитель. После шестого-седьмого стакана разница между мельником, что повздорил с женой, и юным алхимиком, который плохо сдал экзамен, совсем невелика. Обоим не терпится ободрать кулаки о чьи-нибудь зубы.

Даже в «Эолиане», на что культурное место, а и там случались потасовки. Если засидеться допоздна, вполне можно было увидеть, как парочка аристократов в расшитых камзолах обменивается пощечинами.

Короче, к чему это я: будучи музыкантом, ты непременно навидаешься драк. Некоторые ходят в трактир, чтобы пить. Некоторые — играть в кости. А многие ходят, чтобы подраться, а другие — в надежде посмотреть драку.

В таких драках серьезно пострадавших обычно не бывает. Как правило, дело обходится синяками да рассаженной губой. Ну, если очень не повезет, тебе вышибут зуб или сломают руку, но все равно дружеская потасовка в кабаке не имеет ничего общего с побоищем в темном переулке. Кабацкая драка проходит по определенным правилам, и вокруг стоит толпа самозваных судей, которые внимательно следят за тем, чтобы правила соблюдались. Если дело заходит чересчур далеко, зрители всегда готовы вмешаться и растащить драчунов, потому что всякий рассчитывает, что и для него в свое время сделают то же самое.

Разумеется, исключения бывают. Всякое может случиться, а я со времен обучения в медике прекрасно знал, как легко растянуть запястье или вывихнуть палец. Конечно, для погонщика скота или трактирщика эта травма пустяковая, но меня, человека, зарабатывающего себе на жизнь почти исключительно ловкими и умелыми руками, мысль о сломанном пальце пугала до чрезвычайности.

У меня засосало под ложечкой, когда я увидел, как Темпи отхлебнул еще виски и встал на ноги. Проблема в том, что мы здесь были чужаки. И если дело примет дурной оборот, могу ли я рассчитывать, что разозленные наемники вмешаются и остановят потеху? Трое на одного — это нельзя назвать честной дракой, и, если дело таки примет дурной оборот, это произойдет быстро.

Темпи глотнул пива и спокойно посмотрел на меня.

— Следи за моей спиной! — сказал он и направился туда, где стояли другие наемники.

Для начала я просто удивился, как хорошо он говорит по-атурански. За время нашего знакомства Темпи, который прежде был почти безъязыким, заговорил правильными фразами. Но моя гордость быстро развеялась: я отчаянно пытался придумать, что я могу сделать, если драка вдруг зайдет чересчур далеко.

И ни черта придумать не смог. Я не предвидел такой ситуации и не заготовил заранее никаких хитрых уловок. За неимением другого выхода я достал из ножен свой нож и стал держать его наготове, пряча руки под столом. Мне меньше всего хотелось кого-нибудь пырнуть, однако я, по крайней мере, мог пригрозить им ножом и выиграть, таким образом, время, чтобы мы успели добежать до выхода.

Темпи окинул троих наемников оценивающим взглядом. Тэм был гораздо выше его, с бычьими плечами. Рядом с ним стоял лысый мужик со шрамами на лице и кровожадной ухмылкой. И, наконец, белокурая женщина, на добрую ладонь выше самого Темпи.

— С вами только одна женщина, — сказал Темпи, глядя в глаза Тэму. — Достаточно ли этого? Можете позвать еще одну.

Наемница ощетинилась.

— Не размахивай своим членом! — бросила она. — Я тебе покажу, на что способна баба в бою!

Темпи вежливо кивнул.

Видя, что он совершенно не тревожится, я вновь начал успокаиваться. Разумеется, я наслушался историй о том, как один-единственный наемник из адемов уложил дюжину солдат. Может, Темпи и впрямь способен управиться с ними троими одновременно? По крайней мере, сам он явно в этом уверен…

Темпи обвел их взглядом.

— Я в первый раз так дерусь. Как положено начинать?

Моя ладонь, сжимавшая рукоять ножа, внезапно вспотела.

Тэм подступил к нему вплотную. Он горой нависал над Темпи.

— Начнем мы с того, что отлупим тебя до крови! Потом отпинаем ногами! А потом повторим все сначала, чтобы убедиться, что ничего не упустили!

Сказав так, он с размаху боднул Темпи в лицо.

У меня перехватило дыхание. Драка кончилась прежде, чем я успел его восстановить.

Когда бородатый наемник резко опустил голову и подался вперед, я ожидал увидеть, что Темпи отлетит назад с разбитым носом, обливаясь кровью. Но вместо этого назад отшатнулся Тэм. Он выл, закрывая лицо руками, и между пальцами у него хлестала кровь.

Темпи шагнул вперед, ухватил верзилу за загривок и без труда уложил его на пол нескладной кучей.

Затем Темпи, не мешкая, с разворота ударил белокурую женщину ногой в бедро так, что она пошатнулась. Пока она пыталась восстановить равновесие, Темпи врезал ей кулаком в висок, и она мешком свалилась на пол.

Тут в дело включился лысый. Он шагнул вперед, растопырив руки, как борец. Стремительно, как змея, он ухватил Темпи одной рукой за плечо, а второй — за шею.

По правде говоря, я не знаю, что произошло дальше. Я увидел лишь размытое движение, а потом Темпи, который держал противника за плечо и запястье. Лысый рычал и вырывался. Но Темпи просто вывернул ему руку, и лысый согнулся в три погибели, глядя в пол. Затем Темпи вышиб из-под него ноги, и мужик рухнул на землю.

И все это заняло меньше времени, чем я об этом рассказывал. Не будь я так ошеломлен, я бы зааплодировал.

Тэм и блондинка лежали абсолютно неподвижно, как могут лежать только люди, потерявшие сознание. Однако лысый взревел и принялся неуверенно, но решительно подниматься на ноги. Темпи подступил к нему, стукнул его по голове с небрежной точностью, и мужик обмяк.

Я мимоходом подумал, что это самый любезный удар, какой я когда-либо видел. Таким аккуратным ударом искусный плотник забивает гвоздь: достаточно сильно, чтобы гвоздь вошел по самую шляпку, но не так сильно, чтобы повредить доску.

В трактире воцарилась гробовая тишина. Потом высокий мужик, который с самого начала отказался драться, приветственно вскинул свою кружку, пролив немного пива.

— Молодец, парень! — со смехом крикнул он Темпи. — Никто тебя не упрекнет, если ты угостишь Тэма башмаком под ребра! Видит бог, он сам всегда так делал.

Темпи посмотрел на пол, словно обдумывая предложение, потом покачал головой и молча вернулся за стол. Все присутствующие по-прежнему следили за ним, однако взгляды были уже не такие враждебные, как прежде.

Темпи снова сел за стол.

— Ты следил за моей спиной?

Я тупо уставился на него, потом кивнул.

— И что ты видел?

Я только теперь сообразил, что он имел в виду на самом деле.

— Ты держал спину очень прямо.

Одобрение.

— У тебя спина неровная.

Он поднял распрямленную ладонь и склонил ее вбок.