Лорд Хаоса - К. Н. Кроуфорд

Перед мысленным взором быстро пронеслись образы пуританских тюрем: сырых, кишащих крысами и вшами, являющимися рассадниками дизентерии. С другой стороны, из их древних ружей ни за что не попасть в цель – хоть какое-то утешение!

Вероятно, жителей деревни привлек серебристый свет Умирающего Бога. Или его нетерпеливые понукания Ориона. Теперь, когда Таммуз ушел, нам лучше всего было скрыться в тенях.

– Орион, – шепотом позвала я, – нужно выбираться отсюда.

Судя по всему, он не намеревался спасаться бегством. Казалось, даже ждал прибытия этих людей!

– Орион! – От отчаяния у меня внутри все сжалось.

– Убегай, – чуть слышно велел он. – У меня есть планы на этих охотников на демонов, и я с нетерпением жду их прибытия.

Похоже, сюда явились те самые люди, которые много веков назад пришли за его семьей.

– Бежать нужно нам обоим! – Я схватила его за руку, но с тем же успехом могла бы попытаться сдвинуть с места огромный валун. – Тебе даже убить их не удастся, поскольку они уже мертвы. Они просто вернутся обратно. А как насчет меня? Я не хочу умирать. Мы рискуем навсегда застрять в этой дерьмовой дыре.

Орион раздраженно приподнял бровь.

– Тебе никто никогда не говорил, что ты зануда? Только и можешь, что настроение портить. Убийство пуритан для меня – лучшая забава, поэтому не мешай мне хорошо проводить время. Да, я в курсе, что они вернутся. Зато я могу заставить их почувствовать ужас и неописуемую боль. Поэтому хватит ныть и указывать на очевидные факты. – Он вздохнул. – Ну же, улепетывай! К тебе это не имеет никакого отношения, и помощь твоя мне не требуется. Здесь каждый сам по себе, милая. Пошевеливайся!

Мне хотелось орать в голос, но вместо этого я пробормотала «идиот» и скрылась в темноте. Если Орион одержим местью людям, умершим много веков назад, так тому и быть, но я здесь не для того, чтобы меня застрелили или повесили.

Я подозревала, что он напрочь забыл, каково это – сражаться как простой смертный, без богоподобной силы, которой обладал в мире живых.

Я запахнула коут на груди и пустилась бежать по мерзлой земле, то и дело наступая на сучья, похрустывающие под ногами. Зимний воздух щипал кожу, и я не имела ни малейшего представления, куда податься в кромешной тьме. Следовало ли вернуться в поселение, если сумею его найти?

Острое раскаяние пронзало грудь, из головы не шел Орион.

«Вдруг он не сумеет драться в одиночку? Не бросила ли я опять кого-то на верную смерть?»

Эта мысль пронзила меня как стрела, и тут раздался леденящий кровь вопль – мужской, исполненный агонии. У меня перехватило дыхание.

«Хоть бы это был не Орион!»

Я оглянулась, и сердце екнуло при виде охваченного пламенем тела в отдалении. Трудно сказать, на кого я больше разозлилась: на Ориона за отказ бежать или на себя саму – за то, что оставила его одного.

Чувствуя, как грудь сжимает костлявая рука страха, я повернула назад. Душу терзало ужасное предчувствие, что найду Ориона полуживого и объятого огнем. Я уже улавливала характерный запах горящей плоти и видела разлетающиеся по ветру хлопья пепла.

«Пожалуйста, только не Орион…»

Невзирая на наши непростые отношения и все, что он мне наговорил, этот болван был мне все же небезразличен.

Пламя пожирало распростертое на лесной подстилке тело. Подойдя ближе, я увидела в отблесках небольшую группу людей и вздохнула с облегчением – Орион находился среди них. Он стоял с поднятыми руками, лицом ко мне, и по его лбу текла кровь.

Пытаясь оценить обстановку, я не спешила выходить из тени. Один охотник на демонов прижимал к голове Ориона кремневое ружье, второй связывал ему веревкой руки, а третий стоял ко мне спиной.

– Нечестивый, блудливый дьявол, чернокнижник! – выкрикивал он. – Разденем его по пояс, усадим на задок телеги да и будем возить по улицам города, угощая плетью!

– Не надо угрожать мне весельем, – отозвался Орион.

Похоже, он воспользовался факелом, чтобы поджечь одного из противников, но те превзошли его числом. Я поняла, что действовать нужно немедленно, пока Ориону не успели связать руки за спиной. На мгновение он перехватил мой взгляд и незаметно поднял бровь.

– Мы выбьем из тебя признание! – подхватил второй мужчина, тот, который возился с веревкой.

Решив, что сначала нужно вывести из строя стрелка, я подняла с земли большой камень – зазубренный и неприятно холодящий пальцы – и с этим грубым оружием наперевес выскочила из темноты и обрушила его стрелку на затылок. Он зашатался, однако успел обернуться и ударить меня в висок кремневым замком.

Боль пронзила череп, но я не выпустила из рук камня. Охваченная паникой, я стукнула его еще раз – посильнее. Затрещали кости, и он пошатнулся, ошеломленный и истекающий кровью. Мое сердце пропустило удар, когда я заметила у него на груди серебряную булавку в виде молотка – такой же знак носили и Корвины. Молот демонов, «Маллеус Даймониорум».

Мужчина рухнул на скованную льдом землю, заливая все вокруг кровью из раны на голове, а я попятилась, не сводя с него глаз.

Когда я снова подняла голову, Орион уже освободился от пут и, схватив второго противника за горло, принялся с остервенением колотить головой о ствол дерева, пока не раздробил череп.

Я окинула взглядом ужасную картину: один охотник на демонов корчится в муках, сгорая заживо, второй – тот, которого Орион забил до смерти, – дергается у моих ног, третий пытается поднять оброненное ружье. Орион крутнулся и со звериной свирепостью двинул ему по черепу. А потом продолжил наносить удары.

Лишенный магической силы, он не мог убивать чисто и аккуратно. Этой страшной бойни и вовсе бы не случилось, если бы Орион бежал со мной, но он задался целью ее развязать, жаждал кровопролития.

Я попятилась в оцепенении, чувствуя, как к горлу подступает желчь. Подспудно задавалась вопросом, не вернется ли сейчас Умирающий Бог, чтобы разорвать принесенную Орионом клятву. Тогда мы могли бы уйти отсюда и никогда не возвращаться.

Осмотрев себя, я обнаружила запекшуюся кровь на участках кожи, обнажившихся во время битвы – опять этот предательский коут распахнулся! – но понятия не имела, моя она или убитого мной человека.

С тех пор как попала в мир демонов, я начала осознавать, что в некоторых ситуациях есть только два варианта развития событий: либо убить самой, либо умереть. Памятуя об этом, я повернулась к валяющимся на лесной подстилке мужчинам и ощупала их в поисках какого-нибудь оружия.

Кремневое ружье ввиду его габаритов и громоздкости пришлось оставить. Человек, которого я стукнула камнем, все еще ползал по льду, хотя и был на последнем издыхании. У него на поясе обнаружился нож, который я вытащила из чехла. Чувствовала я себя при этом так, будто моя душа обледенела.