Право убежища - Лидия Захарова

— Сколько таблеток он съел? — спросил Луис.

— Я не видела.

Каро покачал головой.

— Не стоило давать ему целый пузырек.

— Он не обдолбан, ему просто больно! — возмутилась Саран.

Кирилл всегда был очень сдержан во всем, кто касалось алкоголя или наркотиков. И он бы точно не стал закидываться таблетками в такой ситуации.

— Поверь, ему уже не больно.

Луис нажал на вывихнутое плечо, но Кирилл этого как будто даже не заметил.

— Видишь?

Он повернулся, чтобы отпереть дверь. Саран отерла пот со лба, изо всех сил стараясь удержать Кирилла в вертикальном положении. Это должен быть шок. Кирилл не виноват. Она пихнула его локтем под ребра. Ноль реакции. Чем Луис его накачал? Каро распахнул дверь, пропуская их с Кириллом вперед. Представшая глазам Саран квартира была… самой обычной. Вешалка в прихожей, светлый диван, журнальный столик и телевизор в одной комнате, двуспальная кровать и платяной шкаф — в другой. На кухне — стандартный набор бытовой техники и стол, покрытый нежно-голубой скатертью.

— Давай его на кровать, — сказал Луис. — Пусть проспится.

Вдвоем они довели Кирилла до кровати и усадили на пушистый плед. Луис передал Саран упаковку с бинтом, а сам принялся осматривать вывихнутое плечо.

— Надеюсь, обошлось без перелома, иначе дело плохо. Придержи его, чтобы не упал.

— Тебе уже приходилось вправлять вывихи?

— Пару раз. Держи крепче. Он тяжелый.

Кирилл не открыл глаз, не застонал — даже не вздрогнул ни разу, пока Луис вправлял сустав и накладывал фиксирующую повязку.

— Наверное, мне стоило предупредить заранее, — улыбнулся он. — Шаманский яда действует не хуже опиума.

— Ты сказал яд? — насторожилась Саран.

Она только-только уложила Кирилла, довольная, что тот ничего почувствовал, и по той же причине злая. Ей нужны были ответы, а не его блаженная улыбка!

— Яда, — поправил Луис. — Это такой минерал, используется шаманами в ритуалах и при создании зелий. Или как быстрое и очень эффективное обезболивающее. В некоторых случаях — слишком быстрое и эффективное. Пойдем. Он проспит еще часа четыре, не меньше.

Они оставили Кирилла отсыпаться, а сами перешли в соседнюю комнату. Луис по-прежнему вел себя непринужденно и тут же с удовольствием растянулся на диване. Саран опустилась в кресло по другую сторону журнального столика. Она сплетала и расплетала пальцы, нервно пощипывала внутреннюю поверхность ладоней и все не могла решить, что ее беспокоит больше: нападение, возможная причастность Кирилла к убийству Нелли или кремовые розочки на обоях.

— Я могу задать личный вопрос? — неожиданно спросил Луис.

Саран замерла, потом кивнула:

— Если хочешь.

— Ты и Кирилл — вы ведь… — он несколько раз щелкнул пальцами, подбирая нужное слово, — друзья?

Саран нахмурилась. Отличный он выбрал момент для ревности.

— Мы давно знакомы, — ответила она. — И много времени проводим вместе. Из-за Пхатти. Кирилл состоит в его свите, я иногда помогаю, и… Ну, в общем, да, мы друзья.

— Но ведь дело не только в Пхатти? Кирилл тебе не безразличен.

— Нет, он… Послушай, если тебе интересно, спали ли мы, то нет. И не собираемся. По крайней мере, я не собираюсь.

Это прозвучало не очень хорошо, и Саран тут же поспешила объясниться:

— Дело не во внешности. Да, Кир не красавец, но это не важно, я давно привыкла. Просто мы… — она неопределенно взмахнула рукой. — не стыкуемся. В плане секса. Мы просто друзья. Хорошие, старые друзья.

— Тогда почему ты не помогла ему?

— Пардон?

— Когда на Кирилла напали, ты ничего не сделала. Не попыталась помочь, не сопротивлялась, когда тебя схватили, даже не закричала. Ты просто стояла и смотрела.

Саран сглотнула.

— Ты следил за нами?

— Разумеется.

Она отвернулась и намотала на палец прядь волос. Сидеть напротив Луиса вдруг сделалось очень неуютно.

— Я… не умею драться.

— Можно было позвать на помощь.

— И никто бы все равно не пришел. Подземная парковка, трое нападавших, — Саран покачала головой. — В этом не было смысла.

— Но ты могла хотя бы попытаться.

— Кирилл попытался! — не выдержав, Саран вскочила с кресла. — Сильно это ему помогло?

— Вдвоем у вас было бы больше шансов.

— Хватит! Прекрати! Я такая. Если хочешь — дура и трусиха. Я не дерусь. Не могу. Просто не могу, понимаешь? И не думай, что сможешь изменить меня несколькими прочувствованными фразами про друзей и взаимовыручку. Разочаровала? Ну так извини.

— Я тебя не критикую, — Луис потянулся, чтобы взять Саран за руку, но она не позволила. — Просто хочу понять…

— Еще бы ты меня критиковал! Ты говорил, что мне ничто не угрожает!

— Разве я соврал? На тебе ни царапинки!

Он одним пружинистым движением поднялся на ноги и остановился напротив Саран. Она снова попыталась уклониться, но на этот раз Каро проявил настойчивость. Его руки легли ей на плечи, а взгляд сделался мягким, сочувственным.

— Тебе по-прежнему нечего бояться. Все будет хорошо.

— Но почему эти люди напали на нас? Разве… разве Кириллу не положено быть на их стороне? — спросила Саран, больше не пытаясь высвободиться.

— Я пока не знаю, но…

— Ты ничего не знаешь! Только все портишь!

— Я пока не знаю, — повторил Луис, делая ударение на «пока», — но рассчитываю получить кое-какие ответы, как только твой друг проснется.

Саран вздохнула. Что еще ей оставалось? К тому же в объятьях Каро было слишком уютно, чтобы снова отталкивать его и продолжать скандал.

— Сколько нам ждать? Четыре часа? — спросила она, уткнувшись Луису в плечо и на секунду прикрыв глаза, пока никто не видит.

— Около того.

Она снова тяжело вздохнула. Было бы проще — намного-намного проще, — если бы Луис не обнимал ее так или наоборот попытался поцеловать — тогда Саран имела бы полное право оскорбиться и оттолкнуть его. Но Каро просто был рядом, теплый, сильный, наверняка что-то замышляющий, но в эту минуту — очень нужный.