Во имя Зоны - Лев Жаков

От грохота заложило уши. Сердце зачастило, разгоняя кровь по жилам, от адреналина на миг затошнило, ноги сами понесли Рамира к окну. Он выпрыгнул и побежал к палаткам, стреляя по мелькающим между брезентовыми куполами камуфляжам. Он ощущал, как в виске стучит пульс, горячка боя будоражила и гнала вперед. «Военсталы слабаки! — билась в голове мысль. — Протасов не такой уж и умный! Это был эффект стада: один боится — ничего, а когда двое среди толпы, то страх передается. Да мы легко сделаем его! Добьем этих, затем захватим базу… там людей осталось всего тьфу… вышвырнем этого Протасова вон из моей Зоны! Ха! И уходить не надо будет!»

Цыган добежал до ближайшей палатки, присел за ней на одно колено, отщелкнул магазин, вставил новый, часто дыша. Он столько лет провел в Зоне, что плохо представлял себе, как жить за Периметром. Как можно ходить на улице без оружия? Как добиваться своего без оружия? А работать под чьим-то началом — это у него никогда не получалось, еще до Зоны. После того как он сменил несколько мест работы из-за проблем с начальством… Короче, чего вспоминать, в Зоне он на своем месте. Дьявол, лучше сразу в нужнике утопиться, чем целый день программировать мобильные приложения! Радом на землю плюхнулся ухмыляющийся Падла.

— Наша взяла! — крикнул он. — Гоним их до базы! Рамир кивнул и, вскинув автомат, вышел из-за палатки.

Они с Падлой двинулись вперед, останавливаясь за каждым брезентовым навесом, выглядывая из-за него и шагая дальше. Стреляли редко: военсталы отступали, прячась. Дым рассеивался, в лунном свете были видны мелькающие тут и там между палатками сталкеры с поднятыми «калашами».

Когда взяли склад, увидели, как военсталы драпают в лес. Как только сталкеры полезли за стену, с опушки ударил пулемет, но быстро заткнулся — сразу два десятка стволов посмотрели туда.

Началась погоня. Лавина разгневанных сталкеров, полных жажды мести, покатилась за кучкой оставшихся в живых военсталов.

В лесу оказалось темнее, чем в лагере, земля была полосатой, как снежный барс, военсталы в «цифре» сливались с тенями. Здесь погоня замедлилась. «Где все аномалии?» — в который раз с недоумением подумал Цыган.

Они с Падлой перебегали от дерева к дереву, то же делали остальные сталкеры. Протасовцы стали в лесу практически невидимы, и их пуля могла прилететь откуда угодно. Они словно дразнили сталкеров. Отойдя на безопасное расстояние, попрятались и из укрытий отстреливали преследователей по одному. Обнаружить военстала можно было только по слабой вспышке выстрела.

— Эй, братан, у тебя должен быть ночной прицел! — окликнул Рамира Падла. Они стояли, прижавшись спинами к толстому дубу. Лес понемногу редел, подлесок становился ниже и жиже, переходя в папоротниковый ковер. Еще кое-где торчали кусты шиповника, но в целом погоня становилась опаснее.

— Бесполезно, — откликнулся Рамир, опять перезаряжая G-36. Патроны уходили быстро, несмотря на то что стрелял он одиночными, и готовые магазины уже кончились, приходилось останавливаться и заряжать патронами из коробки. Случайно он задел цевье и вскрикнул: — Черт!

— Тише! — шикнул Падла.

Из леса прилетела пуля и выбила труху над головой Цыгана. Он сунул обожженный палец в рот. Ствол раскалился, теперь на подушечке вскочит волдырь, начнет болезненно ныть, и в следующий раз перезаряжать будет сложнее. «Кара минжа! Это совсем не похоже на победоносное наступление! Погоня конкретно затянулась».

— Сколько мы прошли? — спросил он у бандита. Тот стоял, подняв «калаш», и изредка быстро выглядывал.

— Ты от темы не уходи. Ночная оптика есть?

— Я же говорю, она не поможет. Ты разве не заметил, что у них не просто камуфляж, а «цифра»?

— Ну и чего? Я что, отстал от жизни?

— Лет на дцать, — хмыкнул Рамир. — «Цифру» в оптику не найти, силуэт распадается, ни черта не определишь.

— Мать вашу! — Падла смачно сплюнул, опустил «калаш» и громко поскреб небритую щеку. — Чё-то я слышал такое, да забыл. Тогда оптика не поможет. Чё делать будем?

— Сколько до базы? Ты же ходил здесь, знаешь места.

— Ясное дело, вон левее холм, за которым уже базу видно, до нее километра два осталось, что ли. Так что щас начнется погорячее, — ухмыльнулся бандит.

Куда уж погорячее! У Цыгана неприятно заныло под левой лопаткой. У него вообще болело все тело, ожог на пальце давал знать о себе, дрожали от усталости колени, ломило левое плечо под тяжестью сумки с ноутбуком, патронами и артефактами, а на правом наверняка уже синяк от отдачи.

Они с Падлой видели справа и слева от себя в лунном свете других сталкеров. Где-то был Долг, который отдавал команды, и их передавали по цепочке голосом или знаками. «Готовимся к броску! Надо взять холм!» — передали приказ.

— Верно, пора уже поиметь хоть какое-то преимущество, а то тычемся по этому лесу, как щенки в лужу своей мочи, — ухмыльнулся Падла. Рамир даже на миг позавидовал его жизнерадостности.

— Падла, чего ты такой веселый? — шепотом спросил он. — У вас, у бандитов, я так понимаю, жизнь не сахар? Бросаешься вперед, берешься за любое задание, под пули лезешь, будто у тебя девять жизней, как у кошки. В чем секрет, брат?

— Вареньем не намазано, — довольно отозвался Падла и вдруг стал серьезным. — А и скажу. Может, скоро подохну, а так хоть ты будешь знать большую бандитскую тайну. Я просто крутой, понял? Рамир подумал и качнул головой:

— Нет.

— У нас если ты не крут, то ты мертв. Можно быть шестеркой, но это значит, что ты мертв заранее. Окончательная смерть — дело времени. И скорее всего подохнешь от рук своих же. Чуть чем не угодил пахану — и ты покойник. Хотя… если ты крут, то это не значит, что ты умрешь от старости, просто ты проживешь несколько дольше.

— Тогда в чем смысл?

Падла опустил «калаш», вытащил из нагрудного кармана самокрутку, помял, сунул в рот. В нагрудном кармане у него всегда лежала парочка готовых на всякий случай. Бандит достал зажигалку, щелкнул кремнем, спрятав ее в ладонях, и закурил. Цыган сглотнул слюну и тоже полез за сигаретами. Они затянулись на пару и выдохнули дым в рукав. Падла продолжил задумчиво:

— Ты не поверишь, но каждый бандит мечтает о спокойной старости. Каждый, кто крут, верит, что заработает, накопит, вырвется, найдет хорошую, верную, хозяйственную женщину, родит детей и когда-нибудь будет нянчить внуков или выращивать гладиолусы в собственном садике. Эти мечты очень многое значат для нас, для тех, кто действительно что-то значит. Шестерки мечтают только о власти, поэтому мрут десятками, эту падаль никто не считает.

— Да я вообще не о том, — сказал Рамир. — Почему ты стал бандитом? В Зоне ничто не препятствует тебе стать вольным сталкером. Зачем ты…

По лесу пронесся шепоток — дан сигнал к атаке! Падла с Цыганом загасили окурки, подняли оружие и выскочили из-за дерева. По всему ночному лесу загрохотали выстрелы, темноту разрывали вспышки. Двадцать, тридцать… пятьдесят сталкеров неслись к холму, как воплощенное возмездие!