Девятимечье - Иар Эльтеррус

— А твой господин — он из этого города?

— Нет, он человек… был. Пока не умер, — со странным смешком проговорила рабыня.

— Разве людям разрешено иметь рабов? — искренне удивился Сергаал, пристальнее вглядываясь в ауру собеседницы.

— У вас — конечно же, нет. Но мой бывший хозяин был издалека, а на Некрополь приехал по делам. А тут неправильно себя повел, его и… — она красноречиво недоговорила.

Разговорчивость девушки насторожила Волчонка. Быстро прикинув, как бы действовал на его месте другой «подтвержденный кандидат», он схватил рабыню за руку и втянул в комнату, захлопывая за ее спиной дверь. Темноволосая тихо ойкнула, но никак более не проявила страха.

— Не боишься такое говорить без пяти минут вампиру? — Хранитель скорчил самую страшную гримасу, на какую только был способен.

Рабыня внезапно дернулась, освободила руку, и отшатнулась к стене.

— Не боюсь! — дерзко выкрикнула она, глядя в глаза Сергаала. — А чего ты мне сделаешь, выродок? Убьешь? Так я только спасибо скажу!

— Неужели жить не хочется? — тихо спросил он, глядя ей в глаза.

— А это жизнь? — еще тише проговорила рабыня, не отводя взгляда. — Надоело. Пусть уж лучше все закончится скорее.

Волчонок шагнул вперед, до боли стиснул ее плечо, прижал к стене… и тихо шепнул на ухо:

— Отвечай быстро и тихо. Ты знаешь расположение магических ловушек и защит в доме?

— Примерно, — судорожно выдавила девушка. — Но…

— Потом будешь вопросы задавать… если выживем. Эта комната прослушивается?

— Нет, но я точно не знаю…

— Сколько вампиров в доме?

— Двое, повелитель, и его друг, он хотел присутствовать на церемонии…

— Кто еще? Нежить, слуги, рабы?

— Рабы есть, но только пищевые и бытовые, они как животные. Нежити повелитель внутри дома не держит. Слуг тоже нет, со всем рабы справляются, — сбивчиво, быстро говорила она. В голосе девушки вспугнутой птицей билась и дрожала еще даже не надежда — тень ее. — Еще есть человек, его перед рассветом притащили, для церемонии. И еще человек, странный, похож на охотника — но он как бы в гостях у повелителя, я не знаю, кто он, но велено исполнять его прихоти, как приказы самого повелителя.

Ох, как же потом проклинал себя Сергаал за то, что не смог сложить один и два, не сообразил, о ком говорит рабыня вампира и почему эти трое здесь!

— Хорошо. Веди себя так, как будто ничего не произошло. Делай свое дело, и ничему не удивляйся — будет шанс выжить и получить свободу. Все поняла?

— Да, но…

— Потом! Все, иди!

Девушка стремглав вылетела за дверь.

«Это ты еще что-то задумал или просто синдром спасателя прекрасных дев проснулся?»- язвительно поинтересовался Эстаи.

«Еще не знаю, но она может быть полезна, — отговорился Хранитель, быстро приводя себя в порядок. — На всякий случай приготовься — мало ли что я буду делать».

«Да я-то готов».

«Вот и хорошо».

Последний раз проведя гребнем по волосам, он быстро оглядел себя — вроде, все в порядке — и, глубоко вдохнув, открыл дверь и спустился по лестнице вниз.

В холле его ждала все та же темноволосая рабыня. Низко поклонившись и не смея смотреть в глаза, она робко попросила следовать за ней.

Они пересекли холл, несколько комнат, спустились по лестнице, прошли через просторный зал, и остановились перед еще одной лестницей.

— Прошу вас, господин. Дальше вы должны следовать один, — девушка вновь поклонилась.

Сергаал усмехнулся и быстро сбежал по ступеням. Оказался перед небольшой дверью, толкнул ее, и сделал шаг вперед…

Перед его взором предстала небольшая круглая зала. В неглубоких нишах по стенам горели сотни свечей, в центре стоял каменный алтарь, с которого свисали цепи, вокруг алтаря горели дополнительные свечи — высокие и толстые. Стены, кроме каменных ниш, были задрапированы синей и темно-голубой тканью. У самой дальней стены стоял столик, за которым пили нечто красное (Волчонок искренне постарался поверить, что это вино) двое. Одного из них Хранитель уже знал — это был тот самый вампир, который получил право обратить его. Второй же был значительно старше на вид, но уже начавший немного разбираться в этом Сергаал понял, что на самом деле он моложе своего друга лет на… триста. На столике стояла бутылка вина (молодой человек с облегчением выдохнул, что не укрылось от взгляда старшего вампира), блюдо с ломтиками сыра и третий бокал. Мест тоже было три, два из них — заняты.

— Приветствую, — он склонился в глубоком поклоне.

И в следующее мгновение рухнул на пол, скорчившись от дикой боли. Через секунду все прошло, Волчонок смог поднять голову — и наткнулся взглядом на холодную усмешку старшего вампира.

— Не считай себя ровней нам, тварь, — презрительно процедил он, опуская руку. — Пусть даже ты и заслужил право стать вампиром — но стать вампиром это еще слишком мало, чтобы заговаривать со мной первым. Встань!

Сжав зубы и гася в глубине души приступ ярости, он поднялся на ноги, и тут же вновь склонился в поклоне.

— Назови мне свое имя, — бросил вампир.

— Райт, господин, — покорно ответил Сергаал, глядя в пол.

— Что же, Райт, заставило тебя желать лучшей доли, чем та, что положена тебе по праву рождения? — с интересом спросил второй вампир.

— Я не совсем понимаю, о чем вы, господин, — «Райт» склонился еще ниже.

— Почему ты решил, что можешь подняться выше уготованного человеку места? Что позволило тебе набраться наглости и пожелать себе лучшей доли, больше того — открыто заявить о своем намерении стать одним из высших существ, хотя по рождению ты являешься существом низшим? — терпеливо проговорил вампир, внимательно изучая собеседника.

Несколько секунд Сергаал размышлял, как бы ответить так, чтобы и не солгать, и не унизить себя, и в то же время дать ответ правдоподобный, и который устроил бы вампира. Наконец, он решился.

— Я подумал, что многие из вас когда-то точно так же решились. Пришли и взяли силой право. И были награждены за это. И я решил, что даже если ставка в этой игре — жизнь, то я готов играть.

— Похвально, хотя и нагло, — усмехнулся вампир, пригубив вино. — Ты прекрасно сражаешься. Откуда такие навыки у жителя вольной деревни?

«Эстаи, срочно! Что такое „вольная деревня“?» — мысленно крикнул Волчонок, внешне изображая попытки сформулировать ответ.

«Что-то вроде стада на выпасе в полях. Вроде как свободные, но во всем подчиняются вампирам. Они же производят корм для городских рабов. Почти все новообращенные вампиры — выходцы из „вольных деревень“ — там меньше давление со стороны „хозяев“, и потому большее количество людей сохраняет волю и разум».