Мерле и повелитель подземного мира - Кай Майер

— Эй, Зимний Холод!

— Да? — Он оторвался от горлышка.

— Эта Жара…

— Летняя Жара, — поправил он. — Летняя.

— Да, конечно… Она такая же, как ты?

Он усмехнулся.

— Ты хочешь сказать, тоже выглядит как человек?

Мерле кивнула.

— Да, она бывает такая же, — сказал он. — Когда пожелает. Как и я.

— Откуда ты ее знаешь?

— Нас таких четверо. Мы привыкли встречаться, а порой и дорогу один другому перебегать.

Весенний Ветер, Летняя Жара, Осенний Дождь и Зимний Холод. Мерле вспомнила, что как раз недавно она заметила, что на Земле давно уже нет ни настоящего лета, ни настоящей зимы, а весна и осень вообще как одно и то же время года.

«Понятное дело, — подумала она насмешливо. — Они и там, и тут друт за другом гоняются».

— И ты теперь ее ищешь? Она сбежала?

— Она исчезла. В один прекрасный день.

— Ты в нее влюбился.

Конечно, он влюбился. Иначе и быть не может. Теперь, когда Мерле узнала начало его удивительной истории, ей стало легче беседовать с ним на личные темы. Словно бы они разыгрывали пьесу в театре абсурда и она явилась на сцену с некоторым опозданием.

— Влюбился… Ха! — Смешок вырвался у него, как острая льдинка, — Никто и никогда не любил сильнее меня. Не было и не будет более прекрасного дня, чем тот, когда Жара прикоснулась к Холоду.

— Все-таки он — человек, — сказала Королева.

— Звучит довольно… романтично.

Зимний Холод печально смотрел на небо Ада через раздвинутые губы каменной головы.

— Там, в земном мире, стоило мне до кого-нибудь дотронуться, как все тут же обращалось в лед.

Он быстро протянул худую руку к ноге Мерле. Она вздрогнула.

— Если бы я захотел, ты не успела бы даже испугаться, как тут же заледенела бы.

Она с опаской отодвинулась.

— Ой, правда?

— Такое уж на мне проклятие. Моя вечная беда.

«Комедию ломает, — подумала Мерле. — Его же никто и никогда не видел».

— А здесь, внизу? — спросила она вежливо.

— Здесь не так. — Он покачал головой, будто сам не понимал, что происходит. — Здесь даже дыхание не замерзает от мороза. Здесь я — ничто. Почти как человек.

— Спасибо.

— Я не хотел тебя обидеть.

— Понятно.

Зимний Холод вздохнул и стал теребить сухими пальцами белые пряди своих волос.

— Мне не часто приходится разговаривать с людьми. Могу обидеть человека и даже не заметить.

— А Летняя Жара?

Он снова принял мечтательный вид, который ее забавлял и в то же время вселял в нее непонятную грусть.

— Она такая же, как я. И однако, совсем другая.

— Это часто можно слышать от влюбленных, — сказала она со знанием дела.

— А сама вспоминаешь о Серафине, — вставила Королева.

— Ничего подобного.

— Так ли?

Холод прищурился.

— Ты опять сама с собой разговариваешь?

Мерле энергично затрясла головой в надежде, что Королева ее не поддержит, хотя и сама считала, что врать нехорошо.

— Да, вот с собой разговариваю.

— Нет, тут еще кто-то есть. — Холод пристально смотрел на нее. — В тебе. Я это чувствую.

Мерле испугалась. Неужели он чувствует присутствие Королевы в ее мыслях? Его взгляд выражал такое осуждение, будто он уличал ее в тяжелом преступлении.

— Он все знает, — прошептала Королева.

Мерле невольно отодвинулась от него подальше. Он и пальцем не шевельнул, чтобы ее остановить. Наверное, был еще очень слаб. Но при том не сводил с нее глаз, стараясь поймать ее взгляд.

— Нет же, тут совсем никого нет, — сказала она не очень уверенно. — Расскажи лучше про Летнюю Жару.

Он ей не поверил, но отвел свои колючие глаза в сторону. Ей показалось, что у нее с лица скатились две льдинки.

— Летняя Жара не должна дотрагиваться до людей, как и я.

— А что может случиться?

Ответ она знала заранее и была довольна, что тоже способна видеть его почти насквозь. Ее тщеславие было удовлетворено.

— Все, кого Жара обнимет, могут сгореть, — сказал он.

Мерле кивнула. Она уже нарисовала себе конец истории.

— Поэтому, если вы обнимете друг друга, кто-то из вас или превратится в лед, или сгорит в огне. Верно? Вам нельзя быть вместе.

Холод искоса взглянул на нее.

— Ты так считаешь?

— Я… — она чуть не сказала «уверена», — я догадываюсь.

Он опять вздохнул и, не торопясь, продолжал говорить с печальным выражением лица:

— Она — единственное создание, которое я могу обнять, ничего не опасаясь. И она меня тоже. Мы созданы друг для друга.

— Вот именно, — пробурчала Королева. — Они все так говорят.

— Ты думаешь, она здесь? В Аду?

— Ее похитили.

Кто мог похитить существо, которое может любого изжарить, если остаться с ним наедине? Но Мерле не хотела ему перечить.

Она встала, поставила ногу на один из внутренних выступов и выглянула наружу. Собственно говоря, ей очень хотелось избавиться от пронизывающего взгляда его темных бездонных глаз.

Вдруг она замерла и задержала дыхание.

— Эй, Холод!

Сзади послышался шорох, старик с трудом поднялся, встал рядом и вытянул шею.

— Вот это она и есть? — выдохнула Мерле.

Уголком глаза она заметила, что он кивнул.

— Да, Ось Земли, — сказал он. — Столица Ада.

Далеко впереди высилась скала, своей вершиной упиравшаяся в верхнюю часть Ада. Если бы не видневшаяся в ней широкая расщелина, можно было бы предположить, что там конец подземного мира. Что кроется за расщелиной, представить себе было невозможно. Однако у входа в нее Мерле разглядела две гигантские каменные фигуры. Каждая из них высотой около пятисот метров или больше. Они стояли перед расщелиной, лицом друг к другу, немного согнувшись, будто в поклоне. И в то же время они были похожи на сцепившихся борцов.

— Вечные Борцы, — тихо сказал Холод.

— Их так называют?

— Да. О них идет широкая молва. Их велел воздвигнуть сам Лорд Свет. Видишь, в какой они стоят позе? По приказу Лорда Света они однажды оживут и продолжат свою борьбу. При этом они должны будут до основания разрушить все, что находится в самой расщелине и за ней.