Правонарушители - Николай Якубенко

Постояв минуты три, он пришел к выводу, что ему снится какой-то очень странный учебный класс — окружающие носили в руках какие-то свитки с записями, и палочки, напоминающие карандаши. Рядом с кафедрой стояли два «преподавателя» — человека и обсуждали что-то между собой. У Ильи сложилось впечатление, что они ждут кого-то, чтобы начать занятие.

Смысла стоять в стороне Илья не видел — ведь это сон! Можно делать все, что захочется! Без особого труда он подобрался к самой кафедре, уселся на скамейку между странного вида эльфом и гномом и стал слушать разговор «преподавателей».

— Макс, ты никогда не задумывался над тем, почему в земном фентези эльфы обязательно изящные, тонкие и культурные, даже если живут у черта на куличках в лесном селении безо всяких театров, музеев и с канализацией в виде выгребной ямы? Ведь «по жизни», они самые обычные колхозники! Посиделки с гармошкой, местная самодеятельность и самогон по праздникам — вот оно, исконное эльфийское, а никак не изящные вина, или произведения искусства высокого уровня. Матрешки и хохлома — вот настоящее эльфийское творчество. Без вариантов.

Или гномы. Эти ребята живут большими группами, имеют развитую технологию, образование, своеобразный фольклор и развитую общественную структуру. Имеют центральную канализацию и отопление. При этом, все как один, они грубые и приземленные. Так не бывает! Почему уровень их культуры настолько низок, что уступает даже «колхозникам» — эльфам? Как подобное возможно?

— Никогда не думал об этом, — без особого интереса сказал длинный и худощавый парень в светлой футболке, джинсах и каких-то примитивных сапогах из плохо обработанной кожи. Он склонился над кафедрой и принялся там что-то изучать. Другой «преподаватель», чуть ниже и плотнее — продолжил.

— Это проекция нашего мира на мир фентезийный. Четкое деление на социальные и поведенческие роли упрощает наше восприятие воображаемого мира. Так проще. Если видишь эльфа — изволь говорить с ним о литературе и ни в коем случае нельзя рассказывать ему похабных анекдотов. А с гномом обязательно нужно выпить пива и поговорить о бабах — все очень просто и понятно.

В таком мире правила едины и неотвратимы, картина мира словно взята из инструкции по эксплуатации холодильника. И главное — неизменность происходящего. Изменения противопоказаны миру фентези!

Короли, императоры и прочие феодалы являются логическим продолжением этого, потому что, по своей сути, являются консерваторами — перемены в общественной жизни для них грозят потерей трона, а то и виселицей. Страстный поклонник фентезийного мира от этого приходит в восторг! Ему чертовски нравится неизменные, нерушимые правила, одинаковые для всех. Увлекшись, такой человек переносит правила воображаемого мира в мир реальный.

— Ветал, по-твоему, это плохо?

— Это показательно! Большинство людей не видят себя в мире индивидуальностей. В сложном, непрерывно меняющимся мире. Гораздо больше им нравится, когда страсти и интриги бушуют в закрытом пространстве условностей и нерушимых правил. Как пение птицы в золотой клетке.

Тот человек, которого назвали Веталом, посмотрел на самые обычные наручные часы и ушел за каменную громаду кафедры. Другой «преподаватель» развалился на небольшом стуле и начал рассматривать собравшихся в аудитории.

Илья тоже стал изучать соседей. Слева от него сидел самый настоящий эльф — высокий, с длинными ушами и косой, свисающей с узких плеч. Только лука за спиной не хватало. И все же этот эльф был странным — не такими их представлял Илья.

Эльф должен быть в изящных одеждах, блистать искусными украшениями. Быть одухотворенным, возвышенным и прекрасным. Этот эльф сидел в простой рубахе и кожаных штанах, местами сильно потертых. На его ногах были грубые башмаки — по лесу в такой обуви не побегаешь! Никакого дискомфорта от этого эльф не испытывал. Руки его были грубыми, покрытые многочисленными мозолями — они больше подходили для тяжелой работы, чем для игры на лютне.

Словно почувствовав на себе взгляд, эльф обернулся.

— Новенький? — спросил он.

— Ага.

— Понятно, то-то я смотрю, как ты пялишься на меня, словно урга увидел в постели со своей женушкой.

— Я эльфов другими немного представлял.

— Интересно, какими?

— Ну, возвышенными, утонченными… думал, что вы только охотитесь, вино пьете и песни поете.

— Что за глупости?! Кто же тогда будет выращивать хлеб, строить дома и выжигать уголь для кузницы? Само все появится? — удивился странный эльф.

— Эээ… — не нашел, что ответить Илья.

— Молодой человек, на занятия не принято приходить в подобном виде. Даже если вы пришли сюда в первый раз. В следующий раз потрудитесь одеть хотя бы самую простую рубаху.

Илья перевел взгляд на нового собеседника. Это был гном, который сидел справа от него. В отличие от эльфа, гном от тяжелой работы явно не страдал. Весь его вид говорил, что он культурный, образованный и разносторонне развитый гном. Традиционной для фентези, огромной гномьей бороды у него не было, вместо нее он носил коротенькую бородку — шотландку.

Илья хотел что-то сказать в ответ, как прямо из воздуха материализовался чуть полноватый, небольшого роста человек в зеленой мантии. Если бы не обычные «земные» кроссовки, его легко можно было принять за классического фентезийного «колдуна» — уж больно он на него был похож в своей мантии темно-синего цвета. К появившемуся из ниоткуда «колдуну» тут же подошла парочка «преподавателей».

— Агрис, где ты шляешься?

— Мужики, у нас проблема. Какая-то фигня в пространстве, словно кто-то пробил проход на Землю. Неужели не чувствуете? — взволнованно ответил «колдун».

Двое лекторов внимательно рассмотрели пространство аудитории, но никаких выводов явно не сделали.

— Непонятно. Вокруг мешанина из маны. Но здесь всегда так — занятия магией все-таки! — ответил тот, которого называли Виталиком.

— Агрис, это уже по твоей части, — добавил самый длинный и тощий «преподаватель».

В ответ на это человек, которого назвали Агрисом, стал рассматривать аудиторию, пока его взгляд не упал на Илью.

— Мужики, что это за хмырь болотный?! — удивленно сказал Агрис и указал рукой на Илью. Он говорил с чудовищным акцентом, от этого его слова звучали зловеще и даже пугающе.

Ветал и Макс принялись рассматривать непонятно откуда взявшегося «ученика», от удивления их челюсти стали непроизвольно опускались вниз.

— Парень, ты реально с Земли? — изумленно спросил Ветал.

— С Земли. Меня Илья зовут. А что?

— Как ты здесь оказался? — пораженно пробормотал «колдун».

— На космическом корабле прилетел! А вы как думали, долбанные глюки?! — весело ответил Илья.

— Мы — глюки? — пришел черед удивляться тому, кого называли Максимом.

— Кто же вы еще? Вы мне снитесь, если не в курсе. И вообще, все вокруг — сон!