Грезы Февра - Джордж Мартин

– Нет, – наконец произнес он и, снова сосредоточив внимание на кофе с молоком, отхлебнул глоток. – Ночь только наступила, и улицы слишком людны, а я устал. Давайте передохнем.

Снедаемый нетерпением Арман сразу понурился. Джулиан одарил его улыбкой и, подавшись вперед, коснулся его рукава.

– До наступления утра мы утолим жажду, – произнес он. – Даю тебе слово.

– Я знаю одно местечко, – тоном заговорщика сказал Мрачный Билли, – просто сказка, а не дом, с баром, красными бархатными креслами, хорошей выпивкой. Девушки там только красавицы, вот увидите. Там на всю ночь можно снять такую красавицу всего за двадцать золотых монет. А утром… – он хихикнул, – но нас к тому времени, когда они обнаружат то, что обнаружат, уже и след простынет. И поверьте мне, это гораздо дешевле, чем покупать девушек для забавы. Так-то, сэр.

Глаза Деймона Джулиана засветились радостью.

– Билли вечно пытается выставить меня скопидомом, но что бы мы без него делали? – Он снова обвел округу скучающим взглядом. – Мне следовало бы выходить в город почаще. Когда ведешь затворнический образ жизни, лишаешься стольких удовольствий… – Джулиан вздохнул. – Ты чувствуешь? Воздух пропитан этим. Билли!

– Чем? – спросил Мрачный Билли.

– Жизнью, Билли. – Джулиан смотрел на него с насмешливой улыбкой, и Мрачный Билли заставил себя тоже улыбнуться в ответ. – Жизнью, любовью, похотью, хорошей едой и хорошим вином, славными мечтами и надеждой, Билли. Все это вокруг нас. Столько возможностей! – Глаза его засверкали. – Зачем мне преследовать красотку, которая прошла мимо, когда вокруг полно других красоток, других возможностей? Ты мне не скажешь?

– Я… мистер Джулиан, я не…

– Нет, Билли, ты не скажешь, правда? – Джулиан рассмеялся. – Мои прихоти связаны с жизнью и смертью этих скотов, Билли. Если тебе суждено стать одним из нас, Билли, ты должен понять это. Я – удовольствие, Билли, я – власть. И сущность моего естества, то есть удовольствия и власти, заключается в возможностях. Мои собственные возможности огромны, неизмеримы, как безграничен наш век. Но я есть предел этого быдла, я – конец их надежд и всех их возможностей. Ты начинаешь понимать? Утолить красную жажду – это еще не все. Для этой цели подойдет и жалкий цветной старикашка на смертном одре. Но насколько же приятнее наслаждаться кровью молодых, богатых, красивых, у которых впереди еще вся жизнь, дни и ночи которых несут столько надежд! Кровь – всего лишь только кровь. Любая тварь способна припасть к ней, любой из них. – Он ленивым жестом указал на вереницу пароходов на пристани, где толклись с поклажами чернокожие и прохаживался богатый люд Вье-Карре. – Благородным и хозяином делает не кровь, Билли, а жизнь. Поедая их плоть, сам становишься сильнее. Наслаждаясь красотой, становишься прекрасней.

Мрачный Билли охотно внимал словам господина. Редко доводилось ему видеть Джулиана в таком возбужденном состоянии. Сидя в темноте библиотеки, Джулиан казался мрачным и страшным. Оказываясь вне пределов дома, он снова искрился радостью, напоминая Мрачному Билли о том, каким был когда-то, когда впервые прибыл на плантацию, где Билли служил надсмотрщиком. Он сказал об этом.

Джулиан кивнул.

– Да, на плантации безопасно, но сама безопасность таит в себе угрозу. – Когда он улыбался, обнажались его белые зубы. – Чарльз Гару… Ах, возможности той юности! Он был по-своему красив – сильный, здоровый. Смутьян, непоседа, любимец женщин, он вызывал восхищение других мужчин. Даже черномазые любили мистера Чарльза. Он мог бы прожить замечательную жизнь! У него была такая открытая душа, что ничего не стоило подружиться с ним и заслужить его искреннее доверие, стоило только спасти его от бедного Курта. – Джулиан со смехом замолчал. – Потом, когда меня пригласили в дом, мне уже не стоило особого труда появляться там каждую ночь и пить его кровь. Он бледнел и худел, все думали, что он умирает. Однажды он проснулся, когда я находился в комнате. Тогда он подумал, что я пришел, чтобы утешить его. Я склонился над его кроватью… он, протянув руки, обнял меня и прижал к груди, а я сосал его кровь. Ах, милый, милый Чарльз, где его сила и красота?

– Старик страшно расстроился, когда он начал хиреть и умер, – вставил Мрачный Билли.

Сам он был доволен. Чарльз Гару всегда говорил отцу, что Билли слишком жестоко обращается с неграми, и хотел его уволить. Будто можно заставить негра работать, обращаясь с ним мягко.

– Да, Гару был расстроен, – согласился Джулиан. – Как же повезло ему, что я оказался радом, чтобы утешить его в горе. Лучший друг сына. Как часто потом, когда мы вместе горевали, он говорил мне, что я стал для него четвертым сыном.

Мрачный Билли тоже хорошо помнил это. Джулиан действительно здорово все устроил. Младшие сыновья подвели старика; Жан-Пьер стал пьяницей, слабак Филипп, как женщина, рыдал на похоронах брата, но Деймон Джулиан являл собой образец мужской силы. Чарльза они похоронили на семейном кладбище на окраине плантации. Из-за того, что почва в тех местах такая сырая, его тело поместили в большой мраморный мавзолей с крылатой Никой на крыше. Даже в августовскую жару он оставался прекрасным и прохладным. Много лет Мрачный Билли спускался туда, чтобы выпить бутылочку и помочиться на гроб Чарльза. Однажды он затащил в мавзолей чернокожую девку, поколотил ее там, а потом три или четыре раза поимел ее, чтобы дух старины Чарльза видел, как следует обращаться с ниггерами.

Мрачный Билли вспоминал, что Чарльз был только началом. Шесть месяцев спустя Жан-Пьер, отправившись в город, чтобы пройтись по шлюхам и поиграть в азартные игры, больше не вернулся на ранчо. Вскоре после этого в лесу нашли растерзанное неизвестным зверем тело бедного скромного Филиппа. К этому времени у старого Гару не на шутку разболелось сердце, но Деймон Джулиан, готовый прийти на помощь, всегда находился рядом. В конце концов Гару усыновил Джулиана и переписал завещание, оставив ему практически все.

Вскоре после этого настала ночь, которую Мрачный Билли никогда не забудет, когда Деймон Джулиан показал, как действительно мало сил осталось в дряхлом теле старого Рене Гару. Случилось это в спальне старика, наверху. Присутствовали Валерия, Адрианна и Алан; в большом доме всегда радушно принимали друзей Джулиана. Они стояли вместе с Мрачным Билли и слушали, как Деймон Джулиан, сверля бедного старика черными глазами, у подножия огромной, с пологом кровати рассказывал старику о том, что на самом деле произошло с Чарльзом, Жаном-Пьером и Филиппом.

Джулиан носил на пальце кольцо с печаткой Чарльза, в то время как у Валерии на шее на цепочке висело точно такое же. Оно когда-то принадлежало пропавшему без вести Жану-Пьеру. Сначала Валерия не хотела надевать его. Преследовавшая ее жажда была так сильна, что с престарелым Гару она хотела покончить как можно быстрее и без всяких там лишних разговоров. Но холодный взгляд Деймона Джулиана и его мягкие слова сумели укротить ее, и сейчас, с кольцом на шее, Валерия безропотно стояла и слушала.

Когда Джулиан закончил свою историю, Гару трясло, его больные глаза были полны боли и ненависти. Тогда, к удивлению всех, Деймон Джулиан приказал Мрачному Билли протянуть старику нож.