След зомби - Олег Дивов

— И? — не удержался от вопроса Лысый.

— И тогда начнется самое интересное. Вы все правильно рассудили у себя на сходке, мужики, — мягко сказал Мастер (Лысый подавился табачным дымом). - Но вы не так ставите вопрос. Вам хочется знать, где Техцентр находится и как он выглядит. Но проблема-то в другом! Когда мы найдем Техцентр — что мы с ним будем делать?

— Как это — что?.. - возвел глаза к небу Лысый. Был в утренней дискуссии какой-то изъян, и сейчас он его нашел. Действительно, все говорили лишь о том, как найти Техцентр. Казалось естественным, что достаточно Техцентр увидеть, как станет ясно, с чем его едят.

— Так что же? — допытывался Мастер. — Может, мы его взорвем? Или возьмем штурмом? А? Или постучим в ворота и убежим? А они пусть себе голову ломают…

Лысый понуро глядел в стену. В сходке не хватало еще одного важного компонента. На нее не позвали Мастера. Возникла такая идея, но Мастера не было в Школе. А стоило бы его подождать, потому что голова у него работает, может быть, не лучше, чем у других, — но факт, что работает она совершенно в другую сторону.

Рядовыми охотниками Лысый с Мастером были друзья, собирались даже работать в паре. Школа все расставила иначе, виделись они теперь редко, но доверие осталось. Лысый всегда поддерживал Мастера, а тот отлично знал, какой авторитет у Лысого в группе Мэкса. Вообще «Трешка» была в Школе самая ненадежная — крепкая, но дерганая. Максаков сбил-таки ее в единый организм, но организм этот постоянно тошнило. И умница Лысый, в частности, тоже был тот еще рвотный порошок.

— Где бы карту достать, — тоскливо вздохнул Мастер, щелчком выстреливая недокуренную сигарету в форточку. — Аэрофотосъемку. А то еще заблудимся на территории. Он ведь здоровый.

— Откуда ты знаешь?.. - Лысый и сам не заметил, как перешел на шепот. Он догадывался, что Техцентр не маленький, но Мастер сказал так, как будто все точно знал.

— Это большое научно-производственное объединение, — сказал Мастер, глядя Лысому прямо в глаза. — Находится где-то на северо-западе, у края городской черты. Все внутри одного забора — как на Базе. Масса разных служб. И, наверное, полный виварий собак.

Лысый молчал. Он лихорадочно сверял услышанное со своими предположениями. Мастер сполз с подоконника и сунул руки в карманы.

— Я поищу карту! — только и мог сказать Лысый.

— Спасибо, — кивнул Мастер. — Только постарайся не очень шуметь. А то развели, понимаешь, базар, как на Птичке…

— Это вы о чем? — спросил Саймон, шаркающей походкой выползая из-за угла. На шее у него болтались наушники, штекер на длинном шнуре волочился по полу. Он только что сменился с оперативного дежурства и был весь серый и тусклый от усталости и небритости. Даже седые виски из снежно-белых превратились в стальные. — Кстати, я на Птичьем рынке не был уже года два…

— Это мы насчет тасманийского сумчатого дьявола, — невинно сообщил Лысый. — Типа где достать. На экзотику потянуло.

— Чего? — прищурился Саймон.

— Дьявола! — продиктовал ему на ухо Мастер. — Сум-ча-то-го! — Мастер уже успокоился, он взял Саймона под руку и весело отбивал ногой по полу такт. Саймон тупо посмотрел на него.

— Плевал я на вас, — гордо объявил Саймон. — Я устал и ничего не соображаю. Я даже не обиделся.

— А мы сейчас домой поедем, — утешил его Мастер. В голосе у него прорезались вдруг почти отеческие нотки. — Точно? Крокодилов возьмем и поедем.

— Точно, — кивнул Саймон. — Ты прости, я что-то действительно того… Не дежурство, а полный звездец.

— Вам хорошо, — позавидовал Лысый. — Живете, гады, в соседних подъездах. Кто не устал, тот и за баранку. А меня, хоть я ваще посинею, ни одна зараза не подвезет…

— А ты не живи у черта в заднице, — посоветовал Саймон, понемногу оживляясь. — Тебе же давали нормальную хату.

— Давали, — согласился Лысый, оглядывая Саймона с ног до головы. Никогда он его не жаловал, наверное, просто из ревности. Единственный, кто не замечал этой неприязни, был сам Саймон. — Квартирка — песня! Только вот еще не родился такой человек, чтобы в такую квартиру взял такую тещу. Я уж лучше подожду, у меня здоровья хватит. И выдержка развивается — с холостым не сравнить.

— Ну хочешь, я тебе плохую квартиру выбью? — спросил Мастер. — Гадкую такую, дрянную, мерзкую, непотребную, но зато поближе?

— Спасибо, — сказал Лысый. — У меня уже есть одна плохая квартира. Зачем одно говно менять на другое?

— Лучше купи ему хорошую тещу, — предложил Саймон.

— Не выйдет, — усмехнулся Мастер. — Теща поставляется только в комплекте с женой. Помнишь, был при большевиках такой прием — товар в нагрузку? На полкило конфет два ящика дверных петель.

— Не помню, — признался Саймон. — И счастлив, что не помню.

— Зато при большевиках тварей не было, — мечтательно произнес Лысый.

— Вот и ошибаешься, — сказал Мастер. — Еще как были, только местного производства. Из-под земли не лезли.

Лысый прищурился. Саймон, исподлобья глядя на Мастера, наматывал на раскрытую ладонь шнур от наушников.

— Чего притихли, отцы? — удивился Мастер. — В первый раз слышите, что ли? Газет не читали десять лет назад?

— Я точно не читал, — сказал Саймон. — Даже эротических.

Лысый что-то соображал.

— Дошло до тебя, аналитик? — спросил Мастер как-то не очень дружелюбно.

— А ведь дошло, — сказал Лысый, поеживаясь как от озноба. —

Туго, но дошло. Ё-моё… Это надо же… — протянул он, морща лоб.

— И что же до вас дошло, академик Лысенко?

— Зачем так злобно, старший? Ты все-таки не кавказская овчарка.

— Да как вам сказать, коллега… — Мастер потянул из кармана сигареты. — Вот объясни мне — на твой взгляд, я умнее тебя? Сообразительнее? Быстрее схватываю, а?

— У тебя очень неординарное мышление, — признался Лысый. — Возможно, у меня коэффициент интеллекта повыше, но ты зато умеешь зрить в корень. Так что не надо злиться. Ты просто не такой, как все. Ты же у нас Мастер, ёлы-палы.

Мастер вздохнул, сморщился и почесал нос. «А ведь смутил я тебя! — подумал Лысый. — Попробуй теперь на меня наехать, если знаешь, что я чувствую и признаю разницу между нами. Не станешь же ты меня презирать за такое признание…»

— Ладно, — кивнул Мастер, — закроем этот вопрос. Но учтите, коллега. Когда в следующий раз вам приспичит закатить референдум — вы уж будьте любезны, расскажите народу, что там до вас дошло. И Мэдмэксу — в первую очередь. Можно даже отдельно, без свидетелей. Чтобы понял, как опасна в наши дни самодеятельность.

— Хорошо, — покорно сказал Лысый. — Ты мне только вот чего скажи, если знаешь, конечно…