Спасти будущее! «Попаданец» Вождя - Виктор Побережных

– Хреновые дела, Семен Павлович, прости меня, Господи, грешного, – привычно перекрестившись, он со вздохом посмотрел на бокал в своей руке, снова вздохнул, сделал глоток, на секунду задержав дыхание, грустно усмехнулся и продолжил: – Если все, что говорилось в представленных вами бумагах, и то, что озвучивается сейчас на Западе и о чем гудит Интернет, правда, то дела действительно очень плохи. Второго прихода Антихриста Русь-матушка не перенесет! И…

– Да ты прямо скажи, отец Михаил, что испугалось АОЗТ РПЦ[14]доходы и влияние потерять, – со смешком прервал его щуплый рыжеволосый мужчина с каким-то хитро-ехидным выражением на скуластом лице, неуловимо напоминающий своим видом д’Артаньяна. Только не в исполнении Михаила Боярского, а того, каким его многие представляли, читая великий роман Александра Дюма. – Хотя вам-то какая разница, кому осанну петь? Бабло закапает, вы и Гитлеру здравие отслужите!

– Ты, Дмитрий Николаич, говори, да не заговаривайся! Я ведь и промеж ушей за такое ох…ть могу! – Отец Михаил вскочил со своего места, нависнув над рыжеволосым во весь свой немаленький рост. – Мой дед Берлин брал, когда твой на Ташкентском фронте продуктами спекулировал! Не доводи до греха, не то…

– Да успокойтесь вы! – хозяин рыкнул, словно вожак на перегрызшихся волков и, добившись схожего результата – отец Михаил уселся на место, злобно сверкнув глазами на рыжего, а тот, покосившись на закаменевшего лицом хозяина, – вынужден был извиниться.

– Извините, отец Михаил. Глупость сказал. Но про доходы я ведь прав?

– А только ли церковь потеряет, Дима? Можно подумать, ты при своих останешься или кто-то из нас? Уже сейчас, как у классика, за рубли в морду бить начнут, – самый старший из присутствующих решил высказаться. Встав со своего места, он подошел к камину, поправил щипцами полешко в огне, прикурил сигарету от уголька, поднятого теми же щипцами, и, выдохнув дым, продолжил: – Все взрослые, опытные люди, а ведете себя как гопота какая-то. Не стыдно, господа? Мы всегда находили приемлемое решение, хоть и не испытываем друг к другу братских чувств, но сейчас речь идет не о наших разногласиях в бизнесе, а о нашем будущем и каким оно будет. Если будет. Ведь именно так складывается ситуация. Я верно озвучил вашу озабоченность, Семен Павлович?

– Не преувеличивайте, Аарон Исаакович. Не настолько все плохо. Скорее даже неплохо, на мой взгляд, – четвертый гость ярко выраженной кавказской внешности говорил без малейшего акцента немного глуховатым голосом. Покрутив в руках бокал с клюквенным морсом, так и не сделав глотка, он поставил его на стол. – Мне кажется, что складывающаяся ситуация нам скорее выгодна, чем опасна.

– Интересно, интересно! И чем же нам выгоден приход Сталина в наш мир, если вся эта шумиха не является каким-то хитрым и непонятным ходом американцев? – Отец Михаил возмущенно вскинулся, впрочем, не вставая с уютного дивана. – Вы представляете, ЧТО он может натворить? Что наделают все эти сталинисты, которых развелось видимо-невидимо в последние годы, зная, что их разлюбезный вождь жив и здоров и имеет доступ в Россию? Что с нами всеми будет, даже если Запад не вмешается? На Руси с испокон веку кровушку пускать любили, а уж за идею… А Запад ведь вмешается! Просто не сможет не вмешаться! Для них и так серьезная война – это спасение. А уж заполучив такой повод, как борьба с кровожадным тираном… И дай Бог, если обойдется без «Томагавков» и другой летучей нечисти! Ведь все идет именно к этому! Вы газеты откройте и ящик этот отупляющий включите! Да…

– Да что вы трясетесь-то?! «Томагавки», «Томагавки», – передразнил отца Михаила рыжий, лицо которого стало еще более хитрым, хотя минуту назад казалось, что более хитрого выражения и быть не может. – Не будет никаких «Томагавков», пока у России свои «деревья летающие» есть! Не самоубийцы же они, в самом-то деле?

– Это вы о разрекламированных «Тополях»? Аргумент, конечно… и они там не самоубийцы. Да. Но чувство самосохранения может заставить их рискнуть. Да и… сколько нам известно? Капли реальной информации, мутный поток пропаганды и дезы с их стороны, да местами откровенный бред из Интернета! Кремль попросту отмалчивается, что наводит на самые грустные размышления, – включился в разговор хозяин. – Насколько мне стало известно, вчера Шойгу вылетел в Екатеринбург. С ним пара человек из администрации[15]и пара ребят Золотова[16], из особо верных. Удалось узнать, что вылетели для проведения важных переговоров. Сами догадаетесь, с кем могут проводиться переговоры в глубине страны, или подсказать?

– Догадываемся, догадываемся, Семен Павлович. Но я заметил еще один момент, который вызывает у меня определенный оптимизм, – рыжий Дмитрий Николаевич снова включился в разговор.

– Это вы о реакции Китая? Вернее, почти полном ее отсутствии? Да и те высказывания, которые позволил себе их представитель в Совбезе на позавчерашнем заседании, доведя американку[17]до истерики… Такое впечатление, что Пекин точно уверен, что свой кусок пирога он получит. Знать бы еще, что известно Китаю, раз они так доброжелательны к России и почти безразличны к воцарившейся шумихе вокруг нее. – Аарон Исаакович задумчиво покрутил в руках бокал с коньяком, сделал небольшой глоток и, отставив его в сторону, вновь закурил, в этот раз воспользовавшись изящной серебряной зажигалкой. – Да и твое поведение, Дима, понятным становится. Ты ведь в основном на Китай завязан? Вот и ведешь себя спокойно, глядя на партнеров своих хитрозадых.

– И поэтому тоже спорить с очевидным не буду. – Дмитрий Николаевич улыбнулся и развел руками. – Только вот… происходи такое в середине или начале девяностых, я бы первым из России рванул! Ни на минуту бы не задержался и даже все финансы вытягивать бы не стал. Но сейчас не девяносто пятый, а две тысячи тринадцатый. У власти в России не пьянь штакающая, а Путин. И Россия как минимум с одного колена уже поднялась и меж рогов любому зарядить может. А уж если ее Китай поддержит… никакая амероевропа не страшна!

– А бизнес? С ним как быть? – Аарон усмехнулся.

– А что бизнес? Семен Павлович, у вас, как и у всех присутствующих, есть же выходы на самый верх? – Он повернулся к хозяину и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: – В политику мы не лезли, если не считать поддержки едрасни, в нефтянке и газе не светились, поэтому конкуренции власти не составляем, но нас знают. Причем знают как людей лояльных, поддерживающих власть. Не так? Та-ак! Плюс к этому все мы производственники, хоть и торгаши.