День драконов - Андрей Земляной

– Пусть будет Кло. – А потом совсем другим, собранным и деловым тоном: – Силовая часть наверняка в самом низу. Точнее, на нижних этажах.

– А мы с тобой где?

– Вот и хорошо! – Она снова улыбнулась. – Тогда мы рядом.

Идти действительно оказалось недалеко. Мы спустились по аварийной лестнице буквально на один пролет вниз, когда путь нам преградила массивная стальная дверь. Так как я был в форме, то нахально замолотил кулаками по железу. Через некоторое время в двери громко скрипнуло. Тяжко повернувшись на толстых петлях, она распахнулась. За столом у пульта сидел загорелый мужчина и с удивлением рассматривал мою явно незнакомую физиономию. Не давая ему опомниться, я ткнул пальцами в кадык. Подхватывая падающее назад тело за голову, развернул его животом вверх и несильно встряхнул. Шея тихо хрустнула. Спи спокойно, дорогой товарищ…

Стол, за которым сидел покойный, был чем-то вроде импровизированного поста охраны, но очень слабенького. Буквально пара мониторов и несколько кнопок.

– Ты местная? – спросил я свою попутчицу.

– Нет, а что?

– Ну язык-то местный хотя бы знаешь?

Она кивнула.

Я ткнул пальцем в пульт:

– Переводи…

– Так… Дверь верхняя, дверь нижняя, заслонка водостока, вентиляция нижних уровней…

Господи, ну я идиот! Ведь если здесь реактор, то наверняка и водосток у него соответствующий. Любому реактору нужно сбрасывать тепло. Ну хоть иногда. Неужели шанс? Я понажимал на все кнопки и удовлетворенно отметил, как огоньки поменяли свой цвет с голубого на красный.

– Так. Где-то здесь контрольный пост реактора. Там основное управление. Если сумеем просочиться, то все будет нормально. Ищем?

– Ищем, – с готовностью сказала Кло.

Нашли мы его, в общем, быстро. Толстые вязанки кабелей вдоль недавно прорубленных коридоров привели нас к такой же глухой двери. Но один и тот же фокус дважды не проходит. Это старая истина. Поэтому стучаться я уже не стал.

– Кло, зажмурься и закрой глаза руками! – скомандовал я. Потом взял скальпель в руку, тщательно прицелился и, зажмурившись, метнул его в силовой кабель. Бронированный, а полыхнуло так, что даже сквозь закрытые глаза было видно! Через секунду дверь распахнулась и прямо на нас выскочил ошалевший человек. Из-за кровавого марева перед глазами я среагировал чуть позже, и его ловко насадила на свое копье моя попутчица. Потом мы вдвоем ворвались на пост управления реактором и добили остальных трех дежурных.

Стандартный, насколько я мог судить, реактор работал в половинном режиме. Из десяти ячеек светились только пять. Естественно, я даже приблизительно не знал, как управляется вся эта сложнейшая техника. Но ломать не строить, и я не боялся ошибиться. Логика работы подобных устройств едина во всех мирах. Кло вновь перевела мне все надписи с местного языка на Ингал-2, и я начал действовать.

Для начала я переключил все датчики температуры и потока на нерабочие ячейки, указав с клавиатуры компьютера новую локацию замеров. Потом с этого же пульта увеличил как мог частоту питающего напряжения и отключил второй пульт управления. Далее блокировал механическую защиту реактора включением режима «аварийный». И напоследок накоротко замкнул вводной и выходящий потоки воды. Теперь вода ничего не охлаждала, а бесцельно циркулировала по трубам. В общем, время пошло. Нормальная аппаратура выдержит повышение питающей частоты только минуты две. И то…

– Уходим! – Я махнул рукой.

– Куда?

Если б она знала…

Не отвечая, я потащил ее в сторону реактора. Нахватаем мы, конечно, прилично, но не смертельно. Остановился я только возле двери с универсальным изображением мусорного бачка и какой-то надписью.

– Мусоросброс? – спросил я, ткнув пальцем в надпись. Она только кивнула. Сегодня явно наш день. Выберусь, точно свечек в храме понаставлю. Знать бы только кому…

За дверью находился только невысокий бетонный колодец. Я заглянул в него и крякнул от досады. Труба без малейших намеков на скобы уходила вниз метров на пятьдесят. А может, больше. А внизу ревела с бешеной скоростью вода, уходя от турбин насоса. Хорошо, что труба была не очень широкая. А то все.

Торопясь, я стягивал с себя униформу, а Кло с ужасом за этим наблюдала. Она, похоже, до последнего момента не верила, что я собираюсь бежать именно через трубу.

Разорвав штаны на лоскуты, я обвязал как мог плотно колени, локти и кисти. Спину прикрывала подкладка от куртки. Потом я, не доверяя женским рукам, замотал как мог Кло и надел на нее остатки одежды.

– Зачем это все? – Она посмотрела сначала на меня, затем на свои обмотанные тряпками руки.

Я ответил коротко как мог:

– Есть шанс выжить. Попробуем?

В ответ она собранно кивнула.

Я наскоро объяснил, как упираться и как правильно соскальзывать. Под конец сказал:

– Вообще то полагается пустить тебя первой. Если ты сорвешься…

– То я не потащу тебя за собой, – безжалостно добавила она и, плотно сжав губы, шагнула к колодцу.

– Правильно. Но пойдешь второй, – продолжил я, удерживая ее. – Только не отставай. Если пролетишь метра два-три, возможно, я и удержу тебя.

– Почему? – спросила она, вглядываясь мне в глаза.

– Знаешь, почему-то мысль о потере члена команды, даже случайного, вызывает у меня глубокое отвращение…

На самом деле еще большее отвращение вызывала возможная гибель молодой красивой женщины, но я счел за лучшее промолчать.

Стенки колодца были обжигающе холодны. Отчего ж я тараканом не родился? – подумал я запоздало и начал свое скольжение вниз.

Тонкая ткань подкладки почти сразу собралась у лопаток тугим валиком и прикрывала лишь частично. Это я сразу ощутил, когда решил сбросить темп скольжения. Интересное ощущение – ледяной ожог. Хорошо, что труба была в меру гладкой. Над моей головой отчаянно сопела Кло. Я, пожалуй, в ней не ошибся. Девчонка старалась изо всех сил и падать мне на голову не собиралась. В отличие от нее я, похоже, быстро выдыхался. Все-таки местная медицина сохранению спортивной формы не способствует. Но дно было уже рядом, чему я немало обрадовался. В первый момент… А потом бешеный поток чуть тепловатой воды подхватил меня, и я подобно унитазному объекту полетел вдоль водовода, радуясь, что успел набрать воздуха в легкие.

Шмяк.

Искры из глаз, птички и массивная решетка, которую я нащупал собственной головой. Что характерно, руки, выставленные вперед именно на этот случай, прошли точно в ячейки решетки. А голова наткнулась на толстенный металлический прут. Мне даже не пришлось ничего делать. Я просто довернул голову в сторону, и меня протащило сквозь решетку, словно фарш через мясорубку. Я уже покидал ее, когда сокрушительной силы удар потряс мое тело до ногтей и выдавил остатки воздуха из легких. Похоже, что-то случилось с тюрьмой. Неужели авария? С чего бы вдруг?