Заплатите налоги, госпожа попаданка! - Ольга Иконникова

Ждать следующей ночной грозы долго не пришлось.

После ужина, когда небо заволакивает темными тучами, а где-то далеко слышатся раскаты грома, я начинаю готовиться ко сну. Для начала беседую о дедушке с герцогиней – она рассказывает о нём множество забавных историй. Думаю, в нашем мире он мог бы стать известным ученым, а вот в Виларии его тягу к магическим знаниям оценить не смогли. Если бы король и его министры были более лояльны к таким магам-исследователям, как он, здешняя портальная наука сделала бы широкий шаг вперед.

Но нет, так нет. Может, это даже и к лучшему. А то шастали бы сейчас туда-сюда всякие подозрительные типы.

Уже забравшись в кровать, я перечитываю дедушкины записи. Пытаюсь представить его молодым – как раз в то время, когда он придумывал эти заклинания. Потом вспоминаю бабушку Надю – ужасно жаль, что она не смогла снова попасть в Виларию.

Так я и засыпаю.

На сей раз никакая ерунда мне не снится – сразу появляется граф де Ламарк, и теперь я слышу каждое его слово.

– Я рад, что ты оказалась достаточно сообразительна, – говорит он.

Нечего сказать, отличное приветствие для только-только обретенной внучки!

Но я не успеваю обидеться, как замечаю, что его глаза подозрительно блестят. Похоже за этой скупой похвалой скрыта целая гамма чувств.

– Ты очень похожа на Надин, – он отворачивается и достает из кармана платок. – Я узнал бы тебя, даже если бы увидел тебя не в нашем поместье. Но я рад, что ты здесь.

Вообще-то я хотела поговорить с ним о порталах, но не могу удержаться и не спросить:

– А Эжени? Ты знаешь, где она сейчас? Как у нее дела? Всё ли в порядке?

Он кивает:

– Не беспокойся о ней. То, что случилось, нельзя изменить. Но это перемещение пойдет ей на пользу. То, как она управляла поместьем де Ламарков, невозможно описать словами. Надеюсь, в новом месте она учтет свои ошибки и попытается стать хорошим человеком. Мне нравится, что ты не похожа на нее.

Мне становится немного стыдно:

– Ах, ваше сиятельство, но я еще почти ничего не сделала ни для поместья, ни для здешних слуг. То, что во мне проснулась магия – совсем не моя заслуга.

По его губам пробегает грустная улыбка:

– Нет, кое-что ты уже сделала! Магическая школа для девушек графини де Ламарк – звучит отлично! Но управлять ей нужно разумно – вокруг слишком много завистников. Впрочем, не будем отвлекаться! Гроза вот-вот закончится, а мне нужно многое тебе сказать. Те листы с моими записями, которые ты нашла в шкафу, – это детский лепет. Я занимался этим, когда был молод и глуп. Но, к сожалению, более серьезные и нужные заклинания были записаны в тетрадях, что хранились в башне. Их уничтожил пожар, и большую их часть я совершенно не помню.

– И заклинание, которое перемещало вас между мирами? – дрогнувшим голосом уточняю я.

Он багровеет от досады:

– Ах, за него мне обиднее всего. Это был шедевр магического искусства. Представляю, что сказали бы эти идиоты из королевской академии магии, если бы я показал его действие. Они бы позеленели от зависти и… запретили бы его использование. Да-да, всё именно так, дорогая! Вилария еще не готова к новым идеям. Но не будем отвлекаться!

Я немного теряю нить его рассуждений, потому что всё еще пытаюсь переварить мысль о том, что граф не сможет сказать мне заклинение, которое могло бы переместить меня домой.

– Значит ли это, ваша светлость, что мы с Эжени не сможем вновь поменяться местами?

Он смотрит на меня с удивлением:

– А зачем тебе это? В тебе есть магия, в Эжени – нет. Теперь вы каждая на своем месте. И хватит уже об этом! Да, я не помню заклинание перемещения между мирами, но заклинание, позволяющее строить порталы в этом мире, сказать тебе могу. Оно куда проще и понятнее, думаю, ты сумеешь его освоить.

Ну, хоть что-то. Удобно же, что ни говори: раз – и ты уже в столице!

– Что для этого нужно, ваше сиятельство? Какие приспособления, амулеты?

Он презрительно хмыкает:

– Амулеты – для слабаков, девочка! Запоминай заклинание, произноси его и сосредотачивайся! Но учти – оно выкачает из тебя много магии. Ты должна помнить об этом и учиться накапливать магию.

Он произносит заклинание. Оно почти целиком состоит из совершенно непонятных мне слов. Просто абракадабра какая-то. Мне кажется, я не смогу это запомнить. Как жаль, что не могу и записать.

– Запоминай! – кричит граф и сурово сводит брови над переносицей. – Не манкируй!

Каждую фразу я повторяю несколько раз – до тех пор, пока де Ламарк не кивает с некоторым удовлетворением.

А потом я просыпаюсь. Вот только что разговаривала с дедушкой, а теперь одна в своей постели.

Вскакиваю с кровати, бегу к окну. Гроза уже закончилась, и воздух свежий и чистый.

Я хватаю перо, бумагу, и на белый лист ложатся неровные строчки. Это заклинание следует держать в тайне, но если я не запишу его сейчас, то вряд ли вспомню уже наутро. Только последнее четверостишье я не решаюсь доверить бумаге.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Да, вот так. Утром я постараюсь применить всё это на практике. Граф посоветовал для начала не замахиваться на что-то сложное и переместиться на небольшое расстояние. Так я и сделаю. Мне же всего лишь нужно проверить и убедиться, что дедушка ничего не напутал. К тому же, в своих силах я совершенно не уверена. То, что легко получалось у него, могло не выйти у меня. И с де Крийоном в этом вопросе посоветоваться я не могу.

Так, стоп, а почему утром? Я же сейчас всё равно не смогу заснуть.

Я гоню от себя мысль о том, что это неразумно. Да, ночь, ну и что? Зато никто не увидит моих экспериментов. А то неловко получится – появлюсь я где-нибудь в столовой или в оружейном зале, а так как раз лакей или горничная обретаются. Во-первых, перепугаются. Во-вторых, начнут болтать лишнее, а слухи здесь распространяются мгновенно.